Сияя синим светом - Ли Лит

Госпожа Сигэ мотнула головой.

— Слишком быстро, Доу не глупые, сразу поймут, что что-то не так. К тому же, надо дать время наёмнику передать им новость.

— Поэтому за три дня надо успеть подготовиться, — проговорил Гао Вэньцзянь.

— Этого хватит и для наёмника, и для украшения, и для подготовки воинов, — кивнул старейшина Хо.

— Тогда обсудим детали, — старейшина Цзинь указал на боковые покои, за местом главы клана.

°°•°•°

Быстро и, не теряя времени, они обсудили главное и договорились, что Гао Вэньцзянь предоставит им план, проработанный до мелочей.

— Вэнь Цзянь, — окликнул Син Лун младшего у ворот главного зала. — Я не понимаю одного.

— Спрашивай, — Гао Вэньцзянь кивнул ожидавшим его Ши Лэю и Шан И.

— Почему барышня Лань? Я к тому, что она же совсем не подходит, да и ты сам не проявлял к ней интереса. Как же барышня Ци? В этом есть что-то скрытое?

— А сам чего Мэн Шии выбрал? — фыркнул Шан И.

— У нас по-другому, — пожал плечами Син Лун. — Я спрашиваю не для того, чтобы пристыдить, высмеять или поковыряться в душе, ничего подобного. Просто… не хочу, чтобы ты в будущем жалел о своём выборе. Понимаю, тебе хочется уничтожить Доу и готов пользоваться любыми возможностями. Но подумай о чувствах. Сейчас ещё можно.

Заложив одну руку за спину и тихо выдохнув, Гао Вэньцзянь проговорил:

— Через три дня картина станет яснее, и на многие вопросы ответы сами выйдут наружу.

Он перешагнул порог, за ним проследовал Син Лун.

— Что до барышни Лань, — Гао Вэньцзянь посмотрел на небо. — Она вольна поступать, как ей будет угодно.

— Если она сейчас не согласна? — прошептал Гао Синлун. — Как быть?

— Достаточно поговорить, — Гао Вэньцзянь спустился на ступень ниже, ставя точку в разговоре.

В молчании они дошли до дальнего места, в котором расположилось большое каменное здание с подземными этажами.

— Не пойдёшь на церемонию, — догадался Шан И, проходя ворота двора темницы.

— Без меня всё тихо пройдёт, — Гао Вэньцзянь прошёл мимо стража и направился прямо по коридору к лестнице на нижний этаж. Ши Лэй остался с охраной в коридоре.

Покусывая губу, Шан И всё же спросил то, что вертелось на уме долгое время:

— Ничего не было?

Гао Вэньцзянь остановился на предпоследней каменной ступени.

— Или использовали…

— «Или», — тихо, но чётко выговорил Гао Вэньцзянь, а Шан И сначала приподнял брови, а потом нахмурился. — Сделай для меня одно дело.

°°•°•°

Скуление разлеталось за пределы камеры. Гао Вэньцзянь бросил долгий взгляд на чан с еле тлеющими углями у стены рядом с камерой и ступил в неё.

— Ты не имеешь права пытать меня, — сглотнул ком Гао Чунцзин, чьи руки сковывали прочные наручи, а к ним цепи тянули их вверх.

Воин в серо-чёрных одеждах с закатанными рукавами отошёл к столу у стены и положил плеть.

— Два удара, и мольбу просишь? — Гао Вэньцзянь коснулся подноса с невысокими кувшинчиками на узеньком столике у противоположной стены от воина.

— Отпусти меня! Пока моя вина не доказана, ты не можешь и пальцем меня трогать!

— Я и не трогаю, — Гао Вэньцзянь взял светло-зелёный кувшин и тряхнул его. Жидкость внутри ударилась о стенки.

— Отпусти, иначе!..

Гао Вэньцзянь на ходу к нему вынул пробку из кувшина.

— Только посмей влить в меня отраву! — Гао Чунцзин отпрянул от него.

— Не стану, — оттянув края одежд, Гао Вэньцзянь поднял голову и перевернул кувшин, выплёскивая содержимое на открывший участок тела. — Ран не так много, больно не должно быть.

Но, вопреки его словам, Чун Цзин громко взвыл.

— Жжёт? — Гао Вэньцзянь отошёл поставить полупустой кувшин.

— Тварь! — процедил сквозь стон Чун Цзин. — Обязательно за это ответишь!

— Как и ты, — Гао Вэньцзянь подхватил изумрудного цвета кувшин и передал воину. — Нужен живым.

Воин покорно коротко склонил голову, принял кувшин, вылил содержимое на плеть и обрушил удары на кричащего и извивающегося Гао Чунцзина. Отступив, Гао Вэньцзянь наблюдал за ними.

Стены нижнего этажа темницы принимали и впитывали в себя мучения. Молчанием они обещали, что сохранят каждый крик и стон, чтобы в ближайшем будущем мучительным эхом возвращать их владельцу.

°°•°•°

По пути во двор Шаньяо Ци Вэньай столкнулась с Гао Шанъи, который держал резную шкатулку.

— Украл и с места преступления бежишь? — с шутки начала она, преграждая путь.

— Мне не до тебя, — Гао Шанъи шагнул в сторону, но ему тут же снова преградили путь.

— Смотрю, в клане Гао часто вещи и люди пропадают, вот и беспокоюсь, что, когда господин Цзянь спросит, может возникнуть недопонимание, — мягко приподняла уголки губ в скромной улыбке Ци Вэньай.

Вспыхнув, Гао Шанъи произнёс:

— Это свадебные украшения госпожи Цзянь. Брат попросил забрать их.

— Свадебные украшения? — удивилась Ци Вэньай и потянулась к шкатулке.

Гао Шанъи поднял взгляд выше её головы и отступил.

— Не отнимай время. Мне нужно отнести украшения Лань И.

Ци Вэньай складывала руки на животе, как они дрогнули.

— Больше нет нужды по несколько раз на дню приходить к моему брату, — Гао Шанъи с легкой победоносной улыбкой посмотрел на неё сверху. — Очень скоро брату будет о ком заботиться и радовать.

Обойдя, он продолжил путь, а Ци Вэньай впилась в его спину потемневшим взглядом, сжимая до скрипа пальцы.

°°•

Примечание:

1. Глубокий (трёхлетний) траур по родителям — В этот период не полагалось жениться и праздновать какие-либо праздники.(Чжань Цуй — 齐衰 — [носить] глубокий траур (трёхлетний) по родителям (по императору))

36 — Обещание

Громкие неразборчивые голоса звучали над ухом. Лань И хваталась за одеяло, натягивала его на голову. Но безрезультатно: голоса звучали, а руки не двигались с места, да и темнота не расступалась перед глазами.

Глаза открылись сами. Неожиданно и отрезвляюще на мгновение. Голоса не звучали, руки двигались, темнота исчезла.

Тихие шаги доносились сбоку.

Лань И хлопнула ресницами и, ещё не понимая, как себя чувствовала, повернула голову. Медленно, точно мёд стекал из одной ёмкости в другую, истома в смеси с болью растеклась по телу.

Знакомая комната. Это долина Чистого времени. Шаги принадлежали никому иной как У-эр.

Язык прошелся по сухим губам.

— У-эр.

— Барышня, — бросилась к Лань И У-эр, упав на колени перёд кроватью. Перепуганная, взволнованная, с подрагивающими руками. — Вы наконец пришли в себя.

Вместо слов Лань И выдохнула. Слабость набирала вес. Она упитанным большим котом, принимала лучшую для себя позу, разваливаясь и подминая под себя.

— Господин Шуй целый день готовил отвар и давал его Вам, — шёпотом произнесла У-эр. — Наконец Вы