Древние Свитки V. Скайрим. История одного прохождения. - Александр Калинкин

одноручным мечом. А М'урр-зику для своего удара требовалась самая малость. Кости неупокоенного посыпались на пол вместе с секирой.

У одной из усыпальниц, каджит заметил удивительную шкатулку с каким-то интересным алым камнем.

Стоило его взять с собой! Мимо этого каджитская душа пройти не смогла. А вот где амулет жреца, М'урр-зик пока не понимал.

Оставалась последняя не открытая дверь. Она привела в очередную усыпальницу с многоярусными нишами с останками в стенах. И вот здесь, на одном из столиков, рядом с венком из цветов, лежал амулет Аркея.

- Ты то мне и нужен! - схватил его каджит.

Все. Смело можно выбираться на поверхность.

Едва открылась дверь из склепа, М'урр-зик увидел, что старик идет ему на встречу.

- Я столько времени провожу с покойниками, что иногда забываю, как же здорово в мире живых. - пояснил он каджиту.

- А если ещё и периодически выходить на солнце из этих подземелий, то вообще, жизнь, оказывается, прекрасна! Вот твой амулет. - передал украшение и символ Аркея смотрителю тан.

- О, хвала Аркею! Пожалуйста, возьми эту награду за помощь. - вытащил он из кармана горсть монет и передал каджиту. - Да благословит тебя Аркей. - пожелал он.

- А недурно тут. - окинув взглядом соседние с залом помещения, заметил каджит. Имея очень большую высоту потолков, над лавками для посетителей, свисали длинные красные шторы по бокам от оконных проемов. Смотрелось приятно. Захотелось присесть и почитать книгу, прихваченную в подземельях.

"Смертельный удар Абернанита с комментариями мудреца Джеократеса Варнуса.

Разбитые стены и башни, упавшие наземь,

Здесь некогда Ужасу поклонялись.

Пятьдесят долгих зим жестокие вьюги

Крошили, крушили врата нечестивые,

И упал отвратительный, мерзостный шпиль.

В пыль, во прах всё обратилось.

Высохла кровь, и замолкли стоны.

И в рамке печальных холмов

Морровинда

Лежат обнажённые кости Абернанита.

Когда Рангидил трижды благословенный увидел впервые Абернанит,

Серебро его вечностью, властью светилось.

Ужасное место и стражи ужасные,

В глазах их сила, что даётся Ужасом.

Знал Рангидил, врагов много больше,

Чем войско его, из ординаторов и стражников вечных,

Смотрел он с холмов на замок смерти,

Грозно стоящий, проклинающий души народа

Морровинда.

Ужасный, проклятый замок Абернанит.

И призвал рог на бой святое воинство,

Чтоб ударить по щиту мерзости копьём правосудия,

Чтобы ринуться в бой и храбрыми быть до конца.

Рангидил взял свой щит, и копьё своё взял,

И великая битва в тот миг началась,

И содрогнулись небеса, и упали с них облака.

И стены упали, и кровь залила

Поле битвы, подобной которой не знал

Морровинд,

Чтоб покончить со злом Абернанита.

Сильна, могуча была ужасная орда,

Но три святых кулака Матери, Лорда и Волшебника

Снова и снова отбрасывали войско чудовищ.

Рангидил смотрел с высоты и молил солдат защищаться,

А сам Дагот Трас притаился в своей остроконечной башне.

И знал Рангидил, что стоит найти сердце зла,

И будет земля навеки спасена.

И вознёс молитву он Храму и святому Трибуналу

Морровинда,

Чтобы помогли они взять башню Абернанита.

Все силы напрягли они и бросились к башне, фундамент ломая,

Но шпиль, как и прежде, стоял невредим,

Словно вся сила Ужаса удерживала эту башню.

И проход наверх был столь узок,

Что два воина не смогли бы пройти там плечом к плечу.

И поодиночке бойцы карабкались вверх,

Чтобы захватить башню и покончить с властью

Одного из самых жестоких тиранов в истории

Морровинда,

Дагота Траса из Абернанита.

Они ждали победного крика от того, кто взобрался первым,

Но дождались лишь молчания, а затем и крови.

Сначала то был ручеёк, потом поток бурный,

Грохотал он по ступеням, а сверху неслись крики:

«Дагот Трас перебьёт нашу армию по одному!»

И тогда Рангидил бойцов своих отозвал

И сам бросился по ступенькам наверх,

Мимо кровавых останков лучших воинов

Морровинда,

К вершине башни Абернанита.

Словно ворон смерти в своём гнезде был Дагот Трас.

У двери башни стоял, щит его в крови был и меч в крови.

Каждый удар копья Рангидила отражал он,

Каждый взмах меча Рангидила отражал он,

Каждое движение булавы Рангидила щитом встречал,

Ни одна стрела цели не достигала.

Ибо такова была сила чудовища, Ужасом благословлённого,

Что не было оружия во всём

Морровинде,

Что справилось бы со щитом Абернанита.

Час проходил за часом, и понял Рангидил,

Как погубил Дагот Трас величайших воинов.

Ибо истощал он их, удары отражая,

А потом уставших убивал с лёгкостью.

Терпелив был злодей, щитом хорошо владел,

И чувствовал Рангидил, как его могучие руки цепенеют,

Пока Дагот Трас отражает удар за ударом.

И подумал он, что без благословения Троих божеств

Морровинда

Суждено умереть ему в башне Абернанита.

И вскричал он, нанося всё новые удары:

«Враг! Я Рангидил, защитник истинного Храма,

И сражался я во многих битвах, со многими воинами,

И кто бы ни пытался остановить мой меч — погибал.

Немногие догадывались, куда я хочу ударить,

И ещё меньше было тех, кто мог отразить удар

И у кого хватало на это силы.

Нет никого во всём

Морровинде,

Кто владеет щитом лучше владетеля замка Абернанит.

Враг мой, тёмный лорд Дагот Трас, прежде чем убить меня,

Умоляю, расскажи, как ты делаешь это».

Возгордился Дагот Трас, услышав просьбу Рангидила,

И решил, что, прежде чем убить защитника Храма,

Он научит его тому, что полезно и после жизни,

И чуть только он начал своё объясненье,

Понял он, что сам не знает, как это ему удаётся,

И смотрел в изумленьи, как Рангидил наносит удар, который в легендах

Морровинда

Был назван «смертельным ударом Абернанита».

Джеократес Варнус объясняет:

(1) «Ужас» относится к принцу даэдра Мерунесу Дагону.

(2) «Пятьдесят зим», очевидно, означает, что поэма была написана через пятьдесят лет после осады Абернанита, имевшей место в 3Э 150.

(3) «Трижды благословенный Рангидил» – это Рангидил Кетил, родился в 2Э 803, умер в 3Э 195. Он был командиром ординаторов Храма, и «трижды благословен» Трибуналом.

(4) «Мать, Господин и Волшебник» относятся к Трибуналу: Альмалексии, Вивеку и Сота Силу.

(5) «Дагот Трас» был могущественным приверженцем даэдра. Происхождение его неизвестно. Он объявил себя наследником Шестого Дома, но нет доказательств того, что он действительно происходит из этого исчезнувшего рода."

Книга закончилась.

Всегда после прочтения книг, у каджита возникала мысль, зачем он тратит на них время. Но, увеличение навыка говорило, что делает то он все правильно. Вот только порой скучно это, до невозможности! С поэзией у каджита,