Древние Свитки V. Скайрим. История одного прохождения. - Александр Калинкин

Сразу бы так, приятель!

Каджит с Лидией сразу направились на площадь с деревом, чтобы послушать бессменного проповедника Талоса. Устроившись на лавочке, М'урр-зик стал дожидаться Йона.

Оказывается, жрецу уже внимала старушка Бергитта Дочь Битвы. Получается, далеко не все из их клана, заглядывают в рот Империи.

Йона ждать долго не пришлось. Только лапы вытянул - вот он уже тут как тут, стоит перед Кошакевичем.

Пришлось отойти в сторонку, к самой дальней лавке.

- Вот письмо. А теперь оставь меня в покое! - вымученно попросил воин.

Содержимое послания гласило о следующем:

"Мне стало известно, что иные осведомлялись о местонахождении Торальда Серой Гривы.

Я уполномочен сообщить, что узник поступил в распоряжение агентов Талмора, которые заключили его в Северную Сторожевую башню.

Полагаю, дальнейшие подробности излишни. В общих интересах будет закрыть эту тему раз и навсегда. Надеюсь, что больше она затрагиваться не будет.

Ген. Туллий".

Каджит даже присвистнул. Вот так дела! Как бы то ни было, книгу стоит показать Серым Гривам. Что они станут предпринимать, их дело. В любом случае, они достойны знать правду, какой бы она не была.

На улице, возле входа в дом Серых Грив, столкнулся с Фрейлией, матерью Торальда.

- Если бы только тебе удалось вернуть мне сына... - с надеждой произнесла она.

- У меня есть доказательства, что Торальд жив. - обнадежил ее каджит.

- Я знала, что он жив, знала, знала! - даже не потребовав этих самых доказательств, воскликнула пожилая женщина. Если бы каджит просто ей солгал об этом, она все равно была бы счастлива. Вот и думай, после этого, что лучше - горькая правда или сладкая ложь. В данном случае, каджит хотя бы не врал.

- У меня есть запись. - протянул тан ей книгу.

- Пожалуйста, скорее отнеси это Авюльстейну! - попросила Фрейлия. - Какая хорошая новость! А ведь я знала, знала! - ликовала она. - А теперь ступай и береги себя.

Дважды каджита просить не требовалось. Он вошёл в дом Серых Грив, Авюльстейн встретил его сидящим на лавке и пьющем вино из кубка.

- Есть новости? - отставил он пойло и уставился на М'урр-зика. - Тебе удалось что-нибудь узнать?

- Верно. У меня есть доказательства, что Торальд жив. - передал книгу в руки воина Довакин.

- Я так и знал. Дай взглянуть! - стал листать он страницы. - Талмор? Клянусь Девятью, все хуже, чем я думал. - помрачнел в лице собеседник. - Что ж...Северная сторожевая крепость. Теперь мы знаем, где атаковать.

- Ты собираешься атаковать Северную Сторожевую крепость? - подумал, что ослышался каджит.

- Я сделаю все возможное, чтобы спасти брата. Ты с нами? - со всей серьезностью спросил Авюльстейн. - Нельзя оставить Торальда на растерзание этим... чудовищам.

- Так, погоди! - давай рассуждать спокойно и логически. - Не думаю, что твой брат будет рад свободе ценой смерти своей родни, тебя или кого-то ещё. Поэтому предлагаю следующее. Давай посмотрим, может я его вытащу в одиночку. Без крови.

- Чего? В одиночку управиться с Талморцами? Это безумие, друг мой. - возразил Серая Грива. - Ты что, серьезно? - теперь уже он отказывался верить в услышанное. - Хорошо, я дам тебе шанс. Но если ты не справишься, я пойду туда сам. И не тяни с этим. Быть может, сейчас юстициары пытают его, пытаясь получить признание в поклонении Талосу и связях с Братьями Бури.

- Я поговорю с генералом Туллием. - заявил каджит.

- Полагаешь, он станет тебя слушать? - скептично хмыкнул Авюльстейн.

- Уверен, что да. Из Хелгена мы пытались вырваться в какой-то момент сообща. Кроме того, я Драконорожденный. Врятли от этого можно просто так отмахиваться.

- Что ж, может ты и прав. - согласился Авюльстейн. - Дерзай, не медли! - на последок попросил он М'урр-зика.

И вот зачем это всё каджиту? Кто ответит? Наобещал в три короба. Шажок за шажком он втягивается в эту гражданскую войну. А ведь был четко нацелен оставаться нейтральным. Хотя, разве можно остаться в стороне, когда конфликт проявляется во всем?

Это ещё Вайтран, делает вид, что держит нейтралитет. А что М'урр-зик увидит в других городах? Это ещё предстоит узнать. Не будут ли его пытаться насильно склонить на свою сторону?

В любом случае, решение вопроса Торальда отодвигалось в обозримое будущее, а у каджита есть и другие задачи. Пора прогуляться до местных браконьеров, которые окопались в Лагере Чистых родников. За них и награда обещана, да и, наверняка, у самих золотишко водится. Следует навести порядок. Неудивительно, что через некоторое время каджит и его верный хускарл издалека наблюдали за окопавшейся бандой.

Вообще, этот лагерь представлял из себя окружённую частоколом территорию. Имелось несколько входов, на нескольких наблюдательных вышках дежурили караульные.

Каджит не полез штурмовать в лоб этот рассадник бандитизма. Оставив Лидию неподалеку, сам тан Кошакевич, решил проникнуть внутрь нетрадиционным способом. Помотавшись по округе, каджит обнаружил яму, дно которой было утыкано острыми кольями, и служило ловушкой для тех, кто случайно в нее провалится, будь то спускающиеся к водопою мамонты, другие животные или человек. По крайней мере, череп мамонта отсвечивал в темном проходе пещеры. Оставалось лишь ловко спрыгнуть, минуя ловушку.

Надо отметить, каджит совершил безупречный прыжок. Внизу, заметил тело упавшего бедолаги, рядом с тушей такого же невезучего оленя. Погибшим оказался высокий эльф, а рядом лежал мешочек с монетами, видимо, принадлежавший ранее этому остроухому.

Проникнув в пещеру, каджит оказался в штольне, с кровавыми следами на земле. По ходу движения, местные расставили капканы, видимо, посчитав, что таким образом угроза с этой стороны снята. Каджит обошел эти ловушки, и заглянул внутрь основной пещеры. Там, лежала туша мамонта с огромными бивнями, вокруг которой хлопотал один из браконьеров. Назвать эту шайку охотниками, язык не поворачивался.

Каджит наложил "Приглушение шагов" и направился в сторону стоящего спиной к нему головореза. М'урр-зик остался незамеченным. Удар орочьим кинжалом сзади, и обмякшее тело опускается наземь. "Ни вскрика, ни вздоха. Но чей-то закончился рай..." - вспомнились стихи незатейливой песенки, подслушанной у бандитов.

Аккуратно придержать тело, чтобы не создать шума. Чуть впереди сидит подельник первой жертвы правосудия каджита, здоровяк за точильным камнем. Кошакевич не удержался, что бы не проверить содержимое карманов головореза - пара монет и топор браконьера - не густо. Ну и получай тогда