Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Его пальцы легли на панель управления, и руны на предплечье вспыхнули багровым светом. Механизмы контейнера отозвались тихим гудением — словно древний зверь, пробуждающийся от долгого сна.

Силовое поле мигнуло и погасло. Защитные пластины с шипением разъехались в стороны, открывая то, что скрывалось внутри. В центре конструкции с «паучьими лапами», удерживаемая невидимыми силами, пульсировала миниатюрная черная дыра. Она словно втягивала в себя окружающий свет, создавая вокруг себя ореол абсолютной тьмы.

Фома не мог оторвать взгляд от этого завораживающего зрелища. Что-то внутри него отчаянно кричало — беги, пока не поздно! Но другой голос, древний и властный, шептал — ты должен коснуться её. Должен почувствовать эту силу.

Его рука сама потянулась к черной дыре. Руны на предплечье пылали как раскаленное железо, но Фома уже не чувствовал боли. Все его существо было сосредоточено на этом движении — таком простом и таком невероятно важном.

Еще немного… еще чуть-чуть… Нужно погрузить свою руку в эту черноту…

Его пальцы почти коснулись края тьмы, когда за спиной раздались торопливые шаги и крики тревоги. Но Фоме было уже все равно — его рука неумолимо двигалась вперед, к пульсирующему сердцу древнего артефакта.

В конце концов, думал он отстраненно, каждый из нас рано или поздно тянется к тому, что может его уничтожить. Такова уж природа человека — и Безумия.

Его пальцы замерли в миллиметре от черной пустоты. Один крошечный шаг отделял его от… чего? Гибели? Просветления? Окончательного безумия?

Впрочем, это уже не имело значения…

Фома уже почти коснулся пульсирующей тьмы, когда за спиной раздались крики и звуки борьбы. Приглушенные выстрелы прогремели где-то в коридоре, потом послышался глухой удар тела о стену и все стихло. В наступившей тишине было слышно только его собственное дыхание да гудение систем вентиляции.

Мощный выброс силы за спиной буквально отрезвил его. Фома моргнул, ощущая, как туман в голове немного рассеивается. Самогон, конечно, был знатный — после такого обычно видишь розовых слонов и разговариваешь с домашними тапочками. Но сейчас в его затуманенном мозгу словно прояснилось. Он медленно обернулся, с трудом отрывая взгляд от завораживающей черноты.

На полу у входа в хранилище лежали несколько охранников — судя по всему, прибежали на сигнал тревоги. Чуть поодаль виднелось еще несколько тел — один так и вовсе был крепко впечатан в стену, оставив в ней вмятину…

А в дверном проеме стояли трое — высокий человек в длинном армейском плаще и противогазе с затемненными стеклами, а за его спиной две девицы. Красотки в облегающих черных костюмах и высокотехнологичных масках, больше похожих на произведения искусства, чем на боевое снаряжение. Воздух вокруг противогазника слегка искажался, словно сама реальность не могла определиться с его местоположением.

— О, гости! — радостно воскликнул Фома, отхлебывая из бутылки, — А я тут как раз собирался… эксперимент провести. Присоединяйтесь! Правда, бутылка только одна осталась… Пакет где-то посеял, вы не видели?.. Не?.. Ну что ж вы такие раззявы… Но ничего, я человек не жадный — угощу! Хотя… — он прищурился, разглядывая противогаз Незнакомца, — вам, наверное, неудобно будет пить через эту штуковину. Может, снимете?

Человек в противогазе застыл, явно удивленный его присутствием. Одна из девушек тихо присвистнула, в её голосе слышалась смесь восхищения и недоверия:

— Похоже, не только мы решили воспользоваться суматохой, устроенной британцами.

— Интересно, кто еще знал о настоящем хранилище? — пробормотала вторая.

— Какие еще британцы? Тут тока мы, — хохотнул Фома, делая широкий жест бутылкой, отчего по стенам заплясали причудливые тени, — Зрители там наверху так шумят, что хоть слона воруй — никто не заметит. Хотя слон мне без надобности… А вот эта штуковина, — он мотнул головой в сторону Черного Солнца, — она меня прямо завораживает. Зовет, понимаете? Как первая любовь… или хороший самогон.

— Не советую, — механически искаженный голос Незнакомца прозвучал как-то напряженно. В нем слышалась странная смесь приказа и просьбы, — Последствия могут быть… непредсказуемыми. Даже для такого… опытного экспериментатора, как вы, Фома Лисовский.

— Ой, да ладно! — Фома сделал еще глоток и поморщился, — Чего я только не пробовал за свою жизнь. Помню, был у меня рецепт — три капли жидкости из Разлома, щепотка пыльцы Поющего Цветка и настойка полыни… Вот от этого реально крышу сносило! Проснулся через неделю в чужом городе, в женском платье и с козой на поводке. Причем коза была фиолетовая и разговаривала на латыни! А здесь… — он пожал плечами, — Подумаешь, черная дыра. Я и похуже видал.

Девушки дернулись вперед — их движения были стремительны и грациозны, как у хищных кошек. Но Незнакомец остановил их властным жестом. Воздух вокруг него пошел рябью — словно кто-то бросил камень в зеркальную гладь реальности. Пространство начало загибаться само на себя, создавая причудливые геометрические узоры.

— Послушайте, Фома Лисовский, — его голос стал мягче, в нем появились какие-то гипнотические нотки, — Мы знаем о ваших… противоречиях с Кривотолковыми и Романовыми. О том, как они использовали вас. О том, через что вам пришлось пройти. Мы можем помочь. Исцелить вашу метку, дать новую цель в жизни. В нашем новом мире будет справедливость для всех, не только для аристократов.

— Ага, как же, — Фома сплюнул, и в месте, куда попала слюна, бетонный пол слегка задымился, — Знаем мы вашу справедливость — убийства дворян, шантаж и заговоры… С террористами не веду переговоров, даже по пьяни. У меня, может, с головой не все в порядке, но совесть еще осталась. И знаете что? — он поднял бутылку, разглядывая её на свет, — Даже мой самый забористый самогон не доводил до такого безумия, как ваши идеи о «всеобщем равенстве». Вы сами-то в них верите?

За дверями послышался топот множества ног — похоже, к хранилищу приближалось подкрепление. Девушки переглянулись и быстро вышли в