Мортерра. Будни некромантки - Екатерина Артуровна Радион

Кампера. Мы сумели воспитать одного из сильнейших некромантов Мортерры. Нам есть чем гордиться. А что до того, что она не такая… все выдающиеся личности не такие. С этим нужно смириться.

— Но что, если… она выйдет из-под контроля?

— Тебя это не должно волновать, Федель Кьярито. Лучше подготовься к этой ночи, молись Всеблагой за себя и за наше селение, ведь придёт много мёртвых, — старик ухмыльнулся. — А защищать всех нам вдвоём. Мальдира быстро бы раскидала это отребье, но, если ей показалось, что там таланты некроманта нужнее, кто мы такие, чтобы спорить?

— Живые. Мы — живые, которые повелевают этой ошибкой природы, — уверенно процитировал Федель слова из учебника по типологии нежити.

— Как много ты ещё не знаешь. Ох, зря сбежал до ритуала… Будешь же маяком для всех этих гадов, — Анитико вздохнул и поднялся, опираясь ладонями о колени, потянулся и добавил: — Готовься, раз пришёл помогать. К вечеру пойдём на стену. Штормовая волна приближается.

* * *

Федель не воспринял слова Анитико всерьёз. Привык, что молодёжь вечно пугают, стращают почём зря, но, взобравшись вечером на каменную стену, окружавшую город, понял, что старик не пугал, а предупреждал. Мир вокруг изменился. Над болотами поднялся густой белёсый туман, который одним своим видом обещал что-то нехорошее.

На стенах было много людей, в основном мужчины со странными светящимися кристаллами на груди. Такой же вручили и Феделю.

— Надень, чтоб нас виднее было, чтобы с одной стороны пёрли, — сказал мужчина в форме стражи и пошёл дальше вдоль стены.

— Как атмосфера, пришлый? — поинтересовался Анитико, становясь рядом.

— Напряжённо, — уклончиво ответил Федель. — Не нравится мне всё это. Небо… наливается каким-то непонятным зелёным свечением.

— Некротическая энергия, — пояснил опытный клирик. — Так много, что видно невооружённым взглядом. Наша задача: поддерживать в критические моменты. Скоро появятся первые вестники надвигающейся беды, лакримы. Не трать силы на них. С теми, кто имеет плоть, разберутся горожане. На нас — призраки и прочая нематериальная гадость. Всеблагая, храни нас в эту ночь!

* * *

Всё произошло так, как и обещал Анитико. Сначала появились крикливые птицы. Их истошный ор, казалось, заставлял сердце застыть камнем. Лакримы падали, пронзённые горящими стрелами умелых лучников, и их тут же добивали те, кто не так хорошо целился, добивая практически обездвиженных противников. Позже к нападавшей нежити добавились зомби. Федель смотрел на них со странным равнодушием. Они не выглядели серьёзными противниками поодиночке, да и хрупкие кости ломались камнями, запускаемыми со стен. Всё происходящее напоминало плохой, очень плохой сон, в котором время тянется неимоверно медленно, а потом и вовсе возвращается к некой исходной точке, и всё начинается сначала.

Стоящий рядом Анитико походил на каменное изваяние. Опытный клирик всматривался в клубы тумана, изредка прикладывая ладонь ко лбу, словно прикрываясь от несуществующих ярких солнечных лучей.

— Приготовься, — скомандовал Анитико, поудобнее перехватывая посох.

Федель напрягся, всматриваясь вперёд. Он не видел ничего, что могло нести большую опасность. Туман, толпы зомби, скелеты, костяные химеры, в которых тяжело опознать кого-то конкретного. А потом появилась она. Призрачная женская фигура, парящая в воздухе. Её длинные волосы окутывали саваном, а выбивающиеся их пряди тянулись во все стороны, касались некоторых живых мертвецов, и те словно приобретали больше сил.

— Преданная невеста, — хмыкнул Анитико. — Не самый сильный враг. Обычно. Эта уж слишком сильна. Не обольщайся, малыш. Придётся постараться. Всеблагая, пусть именно она будет предводительницей.

Стало холоднее, Федель поёжился, плотнее кутаясь в плащ. Казалось, что всё тепло, вся жизненная сила утекает куда-то. Присмотревшись, юный клирик заметил едва заметное свечение, окутавшее и его, и Анитико, и всех защитников на стене.

— Да. Она пьёт нашу жизненную силу. Приготовься милостью богини отправить эту тварь в край забвения!

И Федель выполнил приказ. Когда жуткий монстр приблизился, священник принялся читать заклинания одно за другим, забрасывая нежить энергией добра и света, дарованной Всеблагой. Анитико присоединился к нему и, пока люди отбивались от усилившей натиск толпы зомби и скелетов, два клирика силой веры изгоняли прочь преданную невесту. Призрак старательно уклонялся от направленных ударов и истошно кричал. Казалось, что вместе с этим нечеловеческим ором в мир приходит что-то жуткое и неправильное, и Федель лишь сильнее уверялся в том, что ему нужно нести свет именно в эти земли. Отомстить за страдания прошлого добром. Ведь именно этому учит богиня!

* * *

Всё закончилось часа через три. Невесту пришлось упокаивать несколько раз. Она оседала бесформенным облаком в туман, и казалось, что всё позади, но нет, набравшись сил, нематериальная тварь поднималась снова и снова. Окончательную победу удалось одержать лишь ближе к рассвету. Горизонт окрасился багрянцем, и силы мёртвых стали угасать. Федель обессиленно прислонился плечом к стене башни, вглядываясь в тающий туман. Зрелище было не из приятных: переломанные тела, торчащие обломки костей. В другой день его бы вырвало, но брезгливости не было, осталось лишь безразличие.

— Добро пожаловать в Мортерру, щегол, — кто-то похлопал Феделя по плечу, но он не обратил внимания.

Поймав кивок Анитико, отправился в сторону храма с единственным желанием: провалиться в сон и ни о чём не думать. Вообще ни о чём.

ГЛАВА 3

Скрипели колёса телеги, катящейся по тропинке на болотах. Над ухом жужжали комары. И это было странно. Что им понадобилось от костлявой девицы?

Мальдира с трудом разлепила веки и тут же зажмурилась из-за нестерпимо яркого солнца. Во рту пустыня, жаль, нельзя воду прямо из воздуха пить.

— Пришла в себя. Пришла в себя, — пронеслись рядом взволнованные шепотки.

— А мы уж думали, что померла. Сердце не билось, — довольно сказал кто-то рядом. — Потерпи, сейчас полегчает. Только немного. Мне ещё это… жену сегодня ночью… ну это.

Прошелестел металл, Мальдира услышала недовольное шипение и почувствовала запах крови. Солёный, желанный. Неизвестный мужчина поднёс запястье к её рту, и девушка каким-то невероятным образом нашла в себе силы вцепиться в его руку ладонями, присосаться к открытой ране. Спустя десяток глотков мир перестал быть кошмарным местом. С трудом заставив себя оторваться от желанной пищи, Мальдира резко оттолкнула от себя кровоточащую руку и открыла глаза.

Мужчина, сидящий рядом, отшатнулся, испуганно осенил себя знаком Всеблагой. Мальдира нахмурилась. Похоже, глаза опять выдали её голод.

— Живая я. Точнее не мёртвая. Не бьётся у меня сердце. Но ты лучше отойди. Я голодна.

Мальдира не спускала с него горящего взгляда, и мужчина поспешил выполнить эту нехитрую просьбу. Рисковать все только на словах горазды, а так от некромантов обычно держатся подальше.

— Где мы?

— В Кампер