Ловушка для полоза - Дина Сдобберг

- Это мы сами себе избушку ставить будем? А как же... Ты ж девица, а я кот. У меня лапы и хвост, я мурчать умею, мышь или птичку какую поймать, а избы? Избы строить мне не доводилось. Может нору какую найдём? - округлил глаза Черныш. - Тебе и силы прибудет, поделиться мать сыра-земля. Хотя... Нет, в сырой земле слишком сыро. А если дупло? Большое?

- Землянку поставим, - погладила его Рогнеда. - Место только найти, подходящее. Да огня бы добыть. Пойдём.

- Пойти оно конечно хорошо, только куда идём-то? - не спорил кот.

- А вот куда ноги идут. Знаешь, я как чую что-то. Слабый такой голос. Словно старик очень слабый. Еле шепчет. Он этот голос давно, только я его из-за собственной слабости не слышала, - только на особое, ведьмино, чутьё сейчас Рогнеда и полагалась. - К чему бы это?

- Голоса в голове, которых окромя тебя никто не слышит? - даже остановился фамильяр. - А кто ж его знает? Чего хоть говорит-то?

- Да я его как далёкое эхо воспринимаю. Так что и не разобрать. Но вот смотри, идти мне кажется, нужно вон в ту сторону. И вроде как тропинка есть, что туда и ведёт. Хоть и нехоженная, и едва видная, а вот откуда она взялась? Может, хозяин этих мест ведёт?

- Ага, к другу своему, хозяину местных болот, да? У того пиявки поди век живой крови не видели, - ворчал кот, внимательно озираясь по сторонам.

Но Рогнеда на это ворчание только улыбалась. Многие фамильяры, обретая дар людской речи, болтали первое время без умолку. Привыкали к новой способности. А ей и вовсе в радость было слушать голос единственного близкого существа, что был рядом. Собственные печали становились легче, с на душе было теплее. Не даром ведьмы так сильно были привязаны к своим спутникам.

Шли ведьма и её кот долго, уже и солнце в зенит вошло, расплескивая вокруг столько света и жара, что даже сквозь толщу листвы и хвои проливались солнечные земли до самой земли.

- Ох, тяжко этому лесу. Болеет сильно, - вздыхала ведьмочка, видя много сухих, или что хуже гнилых деревьев. - И муравьишек совсем нет. А они лес чистят.

- Какие муравьишки? Тут земля вон, под лапами хлюпать начинает. - Брезгливо отряхивал лапы Черныш.

Вскоре и впрямь стоялая вода начала заполнять любую канавку. А потом разрозненные лужицы превратились в застойные ручьи. В воздухе появился тяжёлый дух гниющей воды.

- Вода-то мёртвая, - тревожно хмурилась Рогнеда. - И всё заполонила. Корням даже глотка воздуха нет. Это уже не та вода, в которой всё живое нуждается. Словно гной в ране...

Вскоре Рогнеда и Черныш вышли к болотцу, посреди которого возвышался небольшой холм. А на холме стояло дерево. И вроде чаща закончилась, и даже казалось, что за ним простор какой-то. Оттого и было ощущение, что и болото этому дереву не вредит. На первый взгляд.

Листвы почти не было, кое где кора отпала, обнажая древесину. Толстые ветви-побеги были поломаны и торчали уродливыми культями. А те, что были потоньше, больше напоминали спутанные нити для вязанья. И почти всё дерево, словно покойник саваном, было укутано мхом.

- Ай, - сжала обожжённое резкой болью плечо Рогнеда.

- Что такое? - заволновался кот, видя побежавшие по щекам ведьмочки слëзы. - Чего это сила так взбунтовалась, что аж печать ожила?

- Этому древу нужна помощь. Оно почти погибло, но ещё живо. А ведьма не может отказать в помощи живому. Дар этого не потерпит, - пыталась справиться с болью Рогнеда.

Печать, хоть и была не полной, но боролась с силой дара ведьмочки.

- И что же делать? - муркнул кот.

- Помогать, иного пути нет, - решила Рогнеда.

- Ага, а ночевать где будем? - ворчал хозяйственный кот, наблюдая, как Рогнеда валявшейся рядом палкой щупает дно болотца. - Правильно, и ноги намочи! Лечиться-то где будем?

- Да вот вместе с деревом и будем, - посадила к себе на плечо кота Рогнеда.

Древнее родовое дерево погибшего боярского рода, давно ставшее прибежищем для пробуждëнного духа, незаметно для человеческого глаза расслабило ветви.

- Дождалось, - прошелестела под пробежавшим по кроне ветром редкая листва.

Глава 47

Глава 47

У Рогнеды дело со словом всегда по одной дорожке ходило. Вот и сейчас, едва переждав волну боли от рвущейся наружу силы, ведьмочка обходила холмик за который цеплялось дерево.

- Ой, как хорошо! Три ключа чистых, гнилью и болезнью не тронутых! - обрадовалась ведьмочка. - Вот с них и начнём.

Не боясь намокнуть и замёрзнуть, Рогнеда подоткнула подол рваной рубахи, полезла к самому сердцу ключа. К месту, где чистая вода прорывалась из-под земли на белый свет.

Ведьмочка тщательно собирала со дна и по краям пробитого водой русла весь сор, что нанёс туда ветер или талые воды. А Черныш, не теряя времени даром, сгонял всё что мог в одну кучу с холма. Когда Рогнеда чувствовала, что руки и ноги уже онемели от холода, то она помогала своему фамильяру. А потом и вовсе собрала пучок гибких веток и ими выметала прелую листву из-под корней дерева.

- Странно, - задумалась ведьмочка. - Столько всего сделали, а усталости не чувствую. Наоборот, словно сил прибывает.

- Так может от того, что делом занята, да по зову души? Вот собственное тело от остатков хвори да страха после застенков инквизиторских и избавляется. Ему-то такое добро к чему? - муркнул кот.

- И то верно, - улыбнулась котику Рогнеда. - Ты смотри, как здесь хорошо выходит. Как ступенечка, с которой чистая вода ручья с болотной мешается. А давай из камней запруду сложим? Чтобы чистая вода с гнилой не мешалась.

- А давай, - муркнул кот. - Я тут пробежался и осмотрелся. Оказывается, таких ступенек здесь еще штуки три поблизости.

- Да? Тогда и их поднять надо. Вода препятствий не терпит, наполнит нашу запруду до краёв и дальше побежит. А вот болотная вода смешиваться с чистой уже не сможет. Вспять ни одна река не бежит. Да и нам грязь убирать сподручнее, без пустых трудов, - загорелась Рогнеда.

Как и в школе, увлекаясь чем-то, она не терпела задержек и времени не