Отбор невест для принца, Неправильная невеста - Чинара

всем договорился. У тебя два дня, чтобы переехать. А если расскажешь мне, о чем вы тогда мило шептались с Дэреком, — он многозначительно сдвинул брови и перешел на шепот, — То я даже помогу перенести твои вещи.

— Ты не шутишь? — недоверчиво уточнила, окончательно проснувшись от его слов.

«А я говорил. — довольно усмехался дракон в моей голове.»

— То есть, все эти ваши вечеринки … а женщины? …

— В любом деле приходится идти на жертвы. И прости, но я не мог отказать себе в твоих пламенных взглядах. — откровенно посмеивался надо мной околунный. — Одевайся, хочу тебе кое-что показать. Скоро полдень, а ты все ещё дрыхнешь! Никогда бы не подумал, что ты способна пропускать время обеда…

Фыркнув, я закрыла перед его носом дверь и начала спешно собираться. А через двадцать минут мы уже стояли на той самой крыше, о которой я столько мечтала, и любовались непередаваемым видом на город.

Нилу каким-то образом удалось перетащить туда небольшой диванчик, стол и мягкое кресло.

— Нил, ты лучший! — в сердцах воскликнула я, сияя от переполняющего нутро восторга.

Повернулась к нему и вмиг застыла. Околунный задумчиво смотрел на город. Сердце предательски дрогнуло в груди, пока глаза неосознанно любовались его мужественным профилем. Густыми бровями, широкими острыми скулами, будто вырезанными умелыми руками мастера. Как же он невероятно красив… Стоп! Стоп! Стоп, Эйрин!

Мы с ним хорошие друзья.

Мы только друзья.

Он любит другую.

Я слишком отчетливо помню те слова…

♡︎ Глава 7. Этот вонючий глаз дринока…

Стоило лишь открыть дверь агентства и сделать шаг внутрь, как тошнотворный запах сбил с ног. Он мигом растворял плавающий в глазах осадок сна.

Поморщившись, я прикрыла нос рукой, но эта уловка ничем мне не помогла. Хотелось выскочить на улицу и бежать, не оборачиваясь, только бы не ощущать эту вонь. Некое дикое сочетание гнилых ягод и носков великанов вместе с примесью смрада из канализационных труб.

«Думаю, канализационные трубы все же верхние нотки в данной композиции. — претенциозно вставил свою ремарку Фей»

Ди сидела за своим столом и с бесстрастным лицом разбирала почту.

— Ты не чувствуешь...? — ошарашенно обратилась я к девушке, но она лишь молча протянула ко мне руку. Раскрыла ладонь и продемонстрировала маленькие светящиеся прищепки, над каждой из которых мерцала голограмма ягодки или фрукта. Только сейчас я обратила внимание на розовый атрибут, красующийся у неё на носу.

Прищепка- антибэдамбрэ никак не мешала дыханию, так как не являла собой настоящее орудие для развешивания белья. Она лишь меняла неприятный запах, поступающий в ноздри вместе с кислородом, на более привлекательный.

Я остановила свой выбор на малиновом помощнике и сразу надела спасательный артефакт на верхнюю часть носа. В ту же секунду вокруг все приобрело запах моей любимой ягоды. Фей кивнул в сторону салатовой, предпочтя аромат киви.

Модные, со светящими прищепками на носах, мы двинулись к кабинету околунных.

Хавьер, с перевязанной рукой и парой ушибов на лбу, сидел на своём обычном месте, а на столе перед ним лежал круглый пузырёк с сероватой жидкостью. Сэльма с Диланом, напоминая двух охотников, окруживших жертву, примостились на столах подле него. У каждого на носу красовалась защитная прищепка, но, следуя поверью «лучше перебдеть, чем недобдеть», они предпочитали находиться чуть поодаль от смердящего флакона.

Ожидаемо, пытки Хавьера вопросами, с целью выяснения картины случившегося, не принесли околунным ничего, кроме единственной скупой фразы — «чуть не погиб». Это, в свою очередь, еще сильнее разжигало общий интерес и множило возникающие догадки, но допрашиваемый никоим образом не шел на более сложносочиненный контакт.

Путем пауз и междометий удалось выяснить, что в Северных горах агент встречался только с дриноками, а значит….

— Они, конечно, мерзкие на вид и вроде бы агрессивные, — чесал карандашом свои светлые волосы Дилан, — Но, чтобы настолько…

— Ни разу не видела их вживую. — призналась я, пытаясь издали разглядеть содержимое пузырька.

— И не надо, — заверила Сэльма, — Они полу лысые, с хохолком и острым клювом. А глаза напоминают черные дыры, смотришь и мороз по коже. Ощущение, словно мерзко посмеиваются над тобой.

— Да, смотреть на них занятие не из приятных, — согласно хмыкнул Дилан, — Но вот послушать их славное…

— Дилан, — Ди показалась в дверях, — Ты уже закончил с картами? Лиам с Фрэнком будут с минуты на минуту.

— Карты! — резко подскочил околунный, — Ди, спасибо! Эйрин, быстро пойдем за мой стол, иначе я лишусь ушей.

— А вы уже решили, где будете делать татуировку? — спросила Сэльма, подсаживаясь к нам.

Мальчик с тетрадкой никогда не отличался особой аккуратностью. На его столе всегда буйствовал, как он сам выражался, «художественный беспорядок». Листы торчали тут и там, горками валялись незаконченные наброски, возвышались пирамиды из разнообразных карандашей и кистей, ждали своего часа цветные краски, перемешанные в блюдце и тут же брошенные, и гордо раскинулись целые залежи ластиков всевозможных форм, которые по виду казались покусанными и спешно отвергнутыми. Беззлобные попытки коллег помочь с уборкой никогда им не отвергались, только вызывали на лице тетрадочного добродушную усмешку, потому что бардак возвращался обратно еще до захода солнца.

Дилан достал завёрнутый в несколько слоев холст и одним взмахом развернул его над столом. Замок эльфов оказался настолько велик, что лист занял всю поверхность. Мы с читающей сны разом ахнули от открывшейся взору красоты.

Автор удовлетворенно окинул нас победным взглядом, а затем посмотрел на свое детище и медленно провел рукой над картиной. Рисунок дернулся и начал волнами подниматься над бумагой. И уже через несколько секунд мы разглядывали роскошный эльфийский дворец, представший перед нами в миниатюре.

— У расистов определенно присутствует чувство стиля. — хмыкнул художник и кинулся рыться в деревянной коробке у себя на столе.

— У них чувство стиля с рождения, — смахнув светлые волосы на плечо, вставила Сэльма.

Наконец, Дилан достал совершенно белую кисть, пару раз как следует встряхнул её и положил пучок на центральную башню.

— Nkar. — почти шепотом произнёс околунный, и карта вновь ожила.

Замок задрожал и начал таять. Чернила, превращаясь в реки, слаженно потекли к кисти, закручиваясь и поднимаясь по ворсу.

Мы с Сэльмой завороженно наблюдали, как холст преображается в девственно чистое нетронутое полотно, а инструмент в руке тетрадочного вспыхивает и окрашивается серым цветом.

Кироя — редкая волшебная