Малахитовый перстень - Наталья Валериевна Орлова

когда увидел прямо посередине леса старую деревянную избушку с покосившимся крыльцом. При этом Сашкино лицо отображало такое искреннее недоумение, что Зорянка, глядя на него, засмеялась и сказала:

– А вот тут, гости дорогие, мы с бабушкой и живем. Ну, если вам не нравится, можете оставаться здесь.

Старенькая избушка, которую Зорянка называла своим домом, стояла среди высоких деревьев, которые были такими большими, что, казалось, доставали до самого неба. С точки зрения Димки и Сашки, чей глаз привык к благам архитектурных стилей в виде каменных или саманных домиков, избушка выглядела нелепо. Вдобавок она была настолько ветхой, что, вероятно, могла развалиться от слабого дуновения ветра. И хотя бревна, из которых когда-то скатали стены, казались еще довольно крепкими, крыша оставляла желать лучшего. Увы, она давно поросла мхом и травой, а кое-где просвечивала дырами.

Если бы не дымящаяся труба, которая немного оживляла эту весьма неприглядную картину, вряд ли можно было бы подумать, что в избушке кто-то живет. Конечно, рассчитывать на квартиру с удобствами в этом незнакомом для ребят месте не приходилось, но дом в деревне с проходящими автобусами, чтобы вернуться домой, увидеть было бы очень кстати. Дима первый пришел в себя и побежал следом за девочкой.

– Нет, нет… Мы в полном восторге. Правда, Сашка? – Егоров кивнул в ответ, а Димка продолжил: – Нам очень нравится. Отличный дом. Такой себе коттедж посреди леса, стилизованный под… – Он не смог подобрать определение архитектурного стиля для старой избушки, а поэтому махнул рукой и продолжил: – Очень даже здорово и вполне современно. Можно сказать, даже в духе времени.

Дима посмотрел на друга и постучал себя по лбу, намекая: думай, что говоришь.

– Да я, собственно, ничего против не имею, – попытался реабилитироваться Егоров. – Классный дом. Мне очень нравится. Правда, правда.

Зорянка снова рассмеялась своей юной очаровательной улыбкой и открыла скрипучую дверь. Друзья последовали за ней, переступив порог «загородного коттеджа». Избушка внутри выглядела не лучше. чем снаружи. Стены из слегка подгнивших бревен, накренились и были кое-где подъедены короедом. Возможно, из-за этого окна избушки казались еще меньше, слабо пропускали свет и создавали сумеречный полумрак.

Но даже при таком слабом освещении невозможно было не заметить огромную печь. По-видимому, не так давно ее побелили, и теперь она, вольготно развалившись на пол-избы и потрескивая горящими поленьями, создавала резкий контраст своей белизной. А в довершение ко всему – пучки развешенной повсюду травы, наполняющие жилище своими ароматами. Все вместе это было похоже на избушку Бабы Яги из детских мультфильмов.

«Интересно, как выглядит ее бабка?» – эта светлая мысль посетила двух друзей одновременно. Они обменялись красноречивыми взглядами, а Зорянка, посмотрев на ребят, снова улыбнулась и позвала:

– Бабушка, у нас гости.

– Иду, иду, – донесся откуда-то приятный голос.

Появившаяся из-за печки хозяйка этого необычного жилья оказалась довольно-таки приятной на вид женщиной неопределенного возраста. Правда, Саша все же заметил, что ее гладко зачесанные и убранные под платок волосы, белая вышитая кофта и длинная юбка необычного кроя добавляли ее облику местного креатива.

– Ну здравствуйте, гости дорогие, – поздоровалась хозяйка.

– Здравствуйте, – произнесли ребята в унисон, немного растерявшись в необычной обстановке.

– День добрый, бабушка, – поцеловала ее в щеку Зорянка и указала на мнущихся у двери ребят. – Вот, в лесу встретила. Чудные они какие-то. Говорят вроде по-нашему. Только что – не понять. А еще мы есть хотим, – почувствовав ароматный запах хлеба, выпалила девочка.

Есть и вправду хотелось. «Целый день бегать по лесу и дышать свежим воздухом для молодого растущего организма…» – Егоров даже не успел додумать свою мысль до конца, когда понял, насколько он проголодался.

– Вы чего в дверях мнетесь? – спросила Зорянка. – Проходите, мы гостям всегда рады. Правда, бабушка? – Она поставила корзинку с травами на широкую лавку и еще раз поцеловала хозяйку избушки.

– Ну хватит, – улыбнулась та и спросила, обращаясь к мальчикам: – Как звать, величать-то вас?

– Ах да, – спохватился Саша, – позвольте представиться: меня зовут Александр. – И он поклонился. – Для друзей просто Сашка. А это мой друг – Дмитрий. – Сашка указал на улыбающегося Димку. – Можно просто Дима.

– Дима, – представился Родинин.

Зорянка протянула Димке руку и произнесла:

– А я Зорянка.

– Очень приятно, – пробубнил Сашка и подумал: «Я тут один распинаюсь, а он…»

– Ну что, Александр и Дмитрий, – молвила бабушка, – гостям мы завсегда рады. Ступайте руки мыть, после будем разговоры разговаривать.

От ласковых, добрых глаз Зорянкиной бабушки исходило такое тепло, что чувство неловкости исчезло напрочь. Ребята ощутили себя почти дома, ну или по крайней мере в гостях у близких друзей, а все, что произошло с ними в это утро, уже не казалось таким безнадежным.

Пока молодежь мыла руки, хозяйка накрыла стол белоснежной скатертью и водрузила в его центре кувшин с полевыми цветами. Откуда-то появились глиняные кружки да миски вместе с деревянными ложками. Но когда хозяйка достала из печи рассыпчатую картошку, порезала свежеиспеченный хлеб и налила в крынку парное молоко – все это проголодавшимся ребятам показалось просто волшебством.

– А ничего тут у вас – креативненько! – заявил Сашка, усаживаясь за стол и потирая руки.

Зорянка налила себе кружку молока и укусила горбушку душистого хлеба.

– Как вкусно! Бабуль, ты прелесть!

– Угу, – помотали головой гости, уплетая душистый хлеб с картошкой.

В этот момент ребята были готовы даже поклясться, что такого вкусного, еще горячего хлеба они точно никогда не ели. Испеченный в старой печи, он казался вкуснее всего, что друзья пробовали ранее. А молоко! Разве может магазинный напиток из пластиковых пакетов сравниться с настоящим парным молоком из простого глиняного кувшина?

– И откуда же это вы, Сашка и Димка, прибыли в наши края? Какими путями-дорогами шагали? – поинтересовалась бабушка после того, как ребята немного утолили голод.

– Да мы и сами не поняли. Мы на речку купаться пошли, а тут какая-то странная ворона, – начал рассказ Дима, – летает и кланяется, как в цирке…

При этих словах Зорянка прыснула:

– Я ж говорю, чудные какие-то.

– И ничего смешного, – обиделся Сашка. – Мы за ней побежали и у вас тут очутились.

– Прям так сразу и очутились? – поддразнила его Зорянка.

– Нет, не сразу, – пришел на помощь другу Димка, – а после того, как запрыгнули за этой птицей в дупло дерева.

– Так чего ж вы прыгали, если ворона странная? – смеялась Зорянка. – Вот умора!

Такое несерьезное отношение к их злоключениям поначалу вызвало у ребят досаду. Они даже хотели обидеться на девочку, но потом и сами начали смеяться: действительно, зачем?

Так за разговорами и обедом не заметили, как прошло время. Глаза понемногу начинали слипаться,