Экзорцист 1-5 - Павел Николаевич Корнев

— Чем могу служить? — оторвался от толстой амбарной книги сидевший за скособоченной конторкой бородач и откинул с глаз падавшие на лицо лохмы. Огоньки свечей в стоявшем по левую руку канделябре затрепыхались, и на стенах погруженной в полумрак комнаты забегали тени.

— Пару комплектов исподнего, рубашку, нательную фуфайку и штаны. Пояс, перчатки, бритву, дождевик, легкую кольчужную безрукавку, абордажный палаш и кинжал к нему в пару. Ножи… ножи буду подбирать сам, — выпалив все это на одном дыхании, я дождался, пока лохматый кладовщик перепишет мои пожелания на отдельный листок, и продолжил: — Огниво, трут, кремень и пару точильных брусков. Еще — фляжку полынной настойки.

— Допуск в «серую» комнату оформлен? — оторвался от записей бородач.

— Оформлен, — подтвердил сопровождавший меня господин.

В «серой» комнате хранились самые разнообразные эликсиры и микстуры, многие из которых за считаные мгновения могли отправить человека на встречу со Святыми.

— Минуту, — махнул рукой с гусиным пером кладовщик, и на столешнице стало на несколько клякс больше. — Макс!

Из завешенной плотной тканью двери выглянул молоденький парнишка, сноровисто измерил мой рост, ширину плеч, обхват груди, шеи и головы и, не говоря ни слова, убежал обратно. Я же в сопровождении своего неприметного спутника отправился в зал с ножами.

Впрочем, на стендах и полках там лежали не только ножи, но и удавки, стилеты, метательные пластины, трости со скрытым внутри клинком и трости, стреляющие отравленными иглами. Еще — шипованные и обычные кастеты, раскладные дубинки, струны, остро заточенные булавки и больше похожие на миниатюрные копья шпильки.

И, хоть подобные изыски были мне без надобности, задержаться здесь пришлось надолго. К сожалению, необходимость без лишнего шума и пыли отправить в мир иной ближнего своего возникает куда как чаще, чем полагается изначально. Особенно в делах, подобных предстоящему. С берега оно все видится несколько по-иному…

В итоге я отобрал пару ножей, на всякий случай сунул в карман удавку и конечно же не забыл про шило. Если появится нужда наделать в ком-нибудь несовместимых с жизнью дырок и при этом не перепачкаться с головы до ног в крови, заточка окажется как нельзя более кстати.

— Все? — уточнил прислонившийся к дверному косяку подручный Малькольма Паре.

— Все, — кивнул я и с отобранным оружием отправился к кладовщику.

Тот скрупулезно внес каждую единицу в амбарную книгу и указал на стол в противоположном углу комнаты, где уже лежали заказанные мной вещи.

Наскоро просмотрев мелочовку, я вытащил из ножен палаш и принялся изучать клинок. Слегка изогнутое лезвие с полуторной заточкой; полностью закрывающая кисть чаша, изнутри обтянутая кожей. У пяты клинка непонятное клеймо: не крылатый трезубец королевской оружейной палаты, а оскалившаяся волчья голова. Ладно, в руке вроде нормально лежит, да и в ход его, будем надеяться, пускать не придется.

Кинжалов принесли два. Выбрал с узким прямым лезвием и витой чашей. С одеждой тоже неожиданностей не возникло. Она хоть и производила впечатление поношенной, зато пришлась впору. Перчатки не жали, шляпа сидела как влитая. А вот кольчужная безрукавка оказалась широковата, но помощник кладовщика клятвенно заверил нас, что к утру ее подгонят по фигуре.

— Еще какие-нибудь распоряжения были? — отвинтил я крышечку и принюхался к содержимому фляжки. Так и есть — полынная настойка. Не обманули. Я, правда, не сомневался, но мало ли…

— Нет, — мотнул головой расписывавшийся за полученное мной снаряжение неприметный.

— Тогда с вас катушку ниток, иголку с наперстком и пару ненужных кожаных обрезков. — Спрятав фляжку в карман парусиновой куртки, я начал аккуратно складывать пожитки в вещевой мешок. — Ну и еще кувшин сидра не помешает…

IV

Назавтра пришлось встать ни свет ни заря. Я мрачно покосился на так и не соизволившего представиться подручного Малькольма Паре, сполз с кровати и прошлепал к рукомойнику. Наскоро умылся и, распахнув ставни, высунулся в окно.

Пока свежо, но день теплым быть обещает. Будто и не осень на дворе.

Дабы не выделяться из толпы, палаш и кинжал с собой брать не стал, вместо них сунул в одну из нашитых изнутри куртки петель шило и вышел к дожидавшемуся меня в коридоре неприметному.

— В порт?

— В порт, — зашагал к лестнице тот.

Я тяжело вздохнул и отправился следом. На свежую голову затея Малькольма казалась чистейшей воды авантюрой. Нет, если и в самом деле удастся раздобыть эти пресловутые наконечники, дела Паре резко в гору пойдут, но и он, и его покровители рискуют вытянуть пустышку. И тогда недовольные упрочившимся при дворе положением тайной службы не преминут подтолкнуть оступившегося графа в спину. И, что самое противное, мне в случае провала на снисхождение рассчитывать точно не приходится.

В порт нас доставили на все той же разъездной карете королевской тайной службы. Получив недвусмысленное распоряжение поторапливаться, кучер гнал лошадей по пустынным улицам во весь опор, и подремать в дороге не получилось. Куда там! Сон моментально улетучился, стоило несколько раз хорошенько приложиться затылком о стенку из-за угодившего в выбоину колеса.

Поэтому вовсе не удивительно, что в порт я прибыл в не самом добром расположении духа. Которое вовсе не улучшила муторная проверка при въезде на отведенную для военного флота территорию. Дотошный караул вымотал все кишки, и только вмешательство временно прикомандированного к бравым морячкам чина из контрразведки флота погасило уже разгоравшуюся ссору. Уж на что мой сопровождающий спокойным и уравновешенным человеком оказался, а и у него нервы не выдержали. Достали…

Но это еще были цветочки — следующий кордон обложил пирс, с которого на подготовленный к плаванию флейт отправлялись ялы с провиантом, бочонками с пресной водой и керамическими шарами с горючей смесью. Сам корабль швартоваться не стал и с убранными парусами покачивался на лениво накатывавших с моря волнах в некотором отдалении от берега.

Как ни странно, миновать оцепивших пирс служивых удалось без особых проблем. Повезло — здесь верховодили уже не флотские чины, а приставы надзорной коллегии. Да и от тайной службы представитель присутствовал. Мой сопровождающий разговорился со знакомыми, а я направился к отрешенно рассматривавшему серо-голубую гладь моря Пратту.

— Чего нового?

В отличие от рыжего пройдохи, вид моря меня нисколько не занимал. Вид корабля тоже. Да что там, в принципе, интересного может быть? Три мачты с убранными парусами. Вяло колыхавшийся на слабом ветру сине-белый флаг военного флота Стильга, на котором лениво изгибался морской змей. Несколько стоявших вдоль борта баллист. Стрелометы на носу и корме, вот, собственно, и все.

— Как думаешь, есть шанс выплыть у этих ребят, если кто-нибудь из них за борт сверзится? — Пратт пропустил мой вопрос мимо