Сокровища Зазеркалья - Варвара Кислинская

Закрывая за собой дверь спальни, я улыбаюсь, не смотря на все нехорошие предчувствия.

Серебряная леди Маргарита

Портал открылся, и через него прошла Алена. Одна. Улыбнулась нам. Я впервые наблюдала такое со стороны. Она изменилась. Это была совсем не та девушка, которая вчера ушла с Грэмом в Библиотеку. И дело не в том, что каштановые с рыжиной волосы стали гуще и словно подернулись пеплом более светлого подшерстка, не в том, что слегка посветлели карие глаза, и даже не во вновь обретенной грации хищника. Она просто была другая. Она больше не была человеком. Раньше я бы ни за что не обратила на это внимания. Ну, похорошела девочка, так мало ли для этого причин. Только теперь я поняла, что делает с нами тот мир.

После ночи, проведенной с Грэмом в лесу, она тоже изменилась, но то была обычная, человеческая перемена. Просто закомплексованная влюбленная девочка превратилась в счастливую влюбленную женщину. В ней проявились самоуверенность страсти и восторг обладания. Тогда я тоже это заметила, но никому ничего говорить не стала. Впрочем, это был секрет Полишинеля. Когда Син и близнецы увидели молодую пару, от них тоже ничего не укрылось. Гном тихо хмыкнул, а рожицы близнецов на мгновение приняли возмущенно-чопорное выражение, а потом эти мелкие сволочи покатились со смеху. Досталось от них Грэму не по-детски, но вервольф лишь вяло отмахивался, и на лице его продолжала блуждать счастливая, неопределенная улыбка. Лишь Рената поначалу никак не отреагировала, но долго вглядывалась в Алену и Грэма, а потом, погрустнев, ушла к себе в номер и в тот день так больше и не появилась. Утром без всяких комментариев она отдала мне кольцо из зиральфира. Я тут же протянула ей рисунок ее апартаментов в Библиотеке, пообещав нарисовать Подгорье, когда там побываю.

- Мне надо найти в себе силы поговорить с Грэмом, - печально вздохнула она, даже не поблагодарив.

Но видимо, ей так и не удалось застать оборотня одного, поскольку никаких изменений в его поведение я так и не заметила, а Рената все мрачнела.

И вот теперь Алена появилась одна, без Грэма.

- Всем привет, - она сделала ручкой и, обращаясь к Шете и Павлу добавила: - Я – Алена, Целительница оборотней.

И это было правдой. Перед нами стояла именно волчица, наделенная даром, высоко ценимым всем ее народом.

- А где Грэм? – недоуменно спросила Рената, словно не веря, что этих двоих можно увидеть по отдельности.

- Скоро придет. Они с Гектором там какие-то маневры проводят, чтобы он смог взять с собой только одну ундину. Гектор просил оставить портал открытым.

- Я схожу, поздороваюсь, - тут же вскинулся Павел.

- Уверен, что ты им не помешаешь? – озаботилась Шета.

- Уж постараюсь.

- Мы с тобой, - близнецы подхватили парня под руки и, прежде чем кто-то успел как-то отреагировать, исчезли с ним в другом мире.

Я закусила губу. Последовать за ними хотелось немилосердно. Я готова была бросить все, сорваться с места и бежать следом. Если я сейчас этого не сделаю, я не увижу Гектора да следующего портала. С другой стороны, я понимала, что мое появление там может сорвать какие-то их планы. Пока я раздумывала над дилеммой, Алена слегка коснулась моей руки,

- Марта, можно тебя на пару минут?

- Конечно, - удивилась я и, вздохнув, пошла за ней в соседнюю комнату.

- Марта, ты хорошо разбираешься в традициях оборотней? - спросила она, когда мы остались одни.

- Боюсь, что нет. Это вопрос, скорее, к Ренате или Гектору, если ты не хочешь говорить ни с кем из своего народа.

- Гектор... он... понял... ну, в общем, что мы с Грэмом близки, и... Марта, она просто впал в панику. Запретил нам вместе появляться на глаза кому-либо из оборотней. Сказал, что нас до весны никто видеть не должен.

- Ну, раз Гектор сказал...

- Ты так ему доверяешь?

- Абсолютно. Смотритель, в некотором роде, самое главное существо того мира. Гарант равновесия. Гектор никогда не сделает ничего, что могло бы навредить. К тому же он... – я запнулась, но быстро договорила, - очень привязан ко всем иномирцам. Но я повторяю, тебе лучше поговорить с Ренатой. Она в том мире уже больше трех лет и во многом успела разобраться, в отличие от меня. А еще она дружит с оборотнями и часто бывает в Мешфене.

- Знаешь... – Алена прикусила губу, - мне казалось, я все делаю правильно... ну, тогда... И даже казалось, что ты...

- Что это я спровоцировала тебя затащить Грэма в постель? – усмехнулась я, и вдруг поняла, что своим давешним куражом могла навлечь на головы этой пары серьезные неприятности.

- В некотором роде. Точнее, не спровоцировала, а... поддержала идею, что ли... Я ведь сама этого хотела.

- А теперь жалеешь?

- Что ты! – бурно отреагировала она, но тут же смутилась и покраснела. - Просто после сегодняшней ночи, мне вдруг стало казаться, что это было неправильно. Не плохо, нет. Просто неправильно.

- Ты стала оборотнем, Алена, - пытаясь подобрать правильные слова, я снова залюбовалась новым обликом девушки. - После сегодняшней ночи ты воспринимаешь их табу и доктрины, не как выученные правила, а изнутри. По себе знаю. Моя магия словно набирает обороты. Я, и не скажешь, что учусь, просто открываю ее в себе. Даже заметила, что во мне появилась некая эльфийская нетерпимость. Надеюсь, я не очень ею давлю.

- Нетерпимость? В тебе?

- А что, в глаза не бросается? – усмехнулась я, - Знаешь, пожалуй, пора нарисовать твой портрет, Целительница. Есть у тебя бумага для рисования и карандаши, или мне домой сбегать?

- Бумага и карандаши найдутся. Я же биолог. Нас на половине предметов рисованием насилуют, она порылась в столе и извлекла искомое. - Гектор почему-то тоже сказал, что тебе меня теперь нарисовать не мешало бы. А что, для просто Алены много чести?

- Нет, я людей рисовать не умею, только магических существ. Алена, я не знаю, почему с точки зрения оборотней ваша близость в человеческой ипостаси так неприемлема. Но, наверное, этому есть причины. Ты разберешься. Просто поверь на слово Гектору и слушайся его советов.

- Он очень расстроился, - вздохнула она. - Мне кажется, он искре хотел