Обыкновенные монстры. Из пыли и праха - Дж. М. Миро

С тех пор она еще кое-что узнала, а подозревала и того больше. Ей было известно, что находящаяся в руке Чарли пыль — пыль, которая была в Марбере и пережила его, — была веществом другра, той самой субстанцией, из которой состоял другой мир, мир мертвых. По-видимому, это вещество могло связываться лишь с одним живым талантом за раз. Почему им оказался именно Чарли, а не кто-то другой, почему Чарли избежал ужасной участи мистера Ренби, Кэролайн не знала. Но она четко помнила, что увидела в последние минуты жизни Ренби орсин, окно в иной мир.

И другров внутри.

С тех самых пор она не рассказывала об этом Чарли. Сначала ей хотелось узнать больше. Понятно, что пыль Марбера, испорченная пыль другра, — это редкое сильнодействующее вещество, которое хотел получить мистер Ренби. За ней охотилась костяная ведьма. И те зловещие беспризорники с глазами убийц и грозными ножами, следовавшие приказу Аббатисы. Но это и неудивительно, если пыль способна вернуть талант и, более того, открыть путь в иной мир.

Чуть позже их с Дейрдре уложили спать в вытянутой заброшенной комнате, почти пустой, с нарисованными на потолке выцветшими херувимчиками. Утром, проснувшись и увидев, что Дейрдре спит, положив теплую головку ей на руку и подставив похожие на веточки отростки с плеч солнечному свету, проникавшему через высокие окна и падающему на листочки в форме сердечек, Кэролайн ощутила огромное облегчение. Ребенок был в безопасности, и они наконец-то добрались до виллы под Агридженто.

Тихо поднявшись, миссис Фик пристегнула протез. Ночью кто-то принес сюда ее чемоданы с порошками, настойками и маслами, а также тщательно упакованные стопки редких рукописей и дневников. Она вспомнила оставшегося в Эдинбурге брата и понадеялась, что он с божьей помощью еще жив и здоров. Белый камень на полу слепил глаза. Из сада за окнами раздавались детские голоса.

Оставив Дейрдре в тишине этого места, Кэролайн пошла по коридорам с высокими потолками и стенами с осыпающейся штукатуркой к кухне. Вилла казалась заброшенной. Стены были бледными, деревянные двери — темными, а пустота и свет из окон делали все здание настолько непохожим на Карндейл, насколько это вообще возможно. На Карндейл с его мрачными проходами, тайнами и древними печалями. Постепенно Кэролайн уверилась в мысли, что это подходящее место для детей и всех выживших — место, где можно начать все сначала.

И сердце ее вновь заболело при воспоминании о детях, которых она потеряла: о Брендане, Шеймусе, Виславе и Мэдди — обо всех них. Они были бы здесь так счастливы.

В огромных кухнях в больших раковинах мокли терракотовые горшки. В печах лежал холодный пепел. Есть Кэролайн не хотелось. Отстегнув протез на кожаных ремнях, она положила его на грубый дощатый стол, на котором стояла синяя миска с апельсинами. Протез выглядел старым, потрепанным, изношенным от долгого использования. Его нужно было смазать. Она осторожно потерла культю.

Стоя у открытого окна, она принялась наблюдать за играющими в саду детьми и за их воспитательницей, стоявшей под лимонным деревом и раздающей указания, и в этот момент учуяла запах гниющей плоти. Через минуту из коридора в кухню зашел Оскар. Не один. За ним в дверной проем протиснулось покрытое пятнами крови огромное существо, при каждом шаге тихонько хлюпающее и оставляющее на плитках пола вязкие следы.

Оскар застенчиво надвинул на глаза очки в проволочной оправе — судя по всему, только недавно сделанные.

— Миссис Фик, надеюсь, вы хорошо выспались, — поприветствовал ее мальчик. — Вы нашли, чем перекусить? В кладовой есть сушеные хлебцы и лимонный конфитюр…

Но Кэролайн просто стояла, завороженно глядя на великана из плоти. Оскар неуверенно посмотрел на своего спутника, затем перевел взгляд обратно.

— Вы еще не знакомы с Лименионом? Лименион, это миссис Фик. Та самая, в свечную лавку которой мы пробрались в ночь перед пожаром. Я тебе о ней рассказывал.

— Р-рух, — пробормотал великан из плоти, пошевелив складкой из тьмы на месте рта.

— Лименион, — осторожно и вежливо повторила имя Кэролайн. — Очень приятно познакомиться.

— Р-р-рх-хух-х, — прорычало создание.

— Я же говорил, что она милая, — прошептал Оскар и с благодарностью посмотрел на миссис Фик.

Та постаралась собраться с мыслями.

— А ты Оскар Чековиш, насколько я помню? Ты вырос. И раньше не носил очки.

В груди у нее разливалось незнакомое тепло. Это было счастье. Она вспомнила, как мальчик пришел в «Свечную Олбани» со своими друзьями. Казалось, это было целую жизнь назад. Тогда он очень боялся и выглядел маленьким.

Оскар покраснел:

— Мисс Дэйвеншоу сказала, что вы не откажетесь взглянуть на надписи, которые мы нашли под прачечной. В потайной комнате.

Кэролайн моргнула:

— Я думаю, Чарли тоже хотелось бы пойти туда со мной.

— Чарли? — Оскар усмехнулся, закатив глаза. — Он просидел с мисс Дэйвеншоу до самого восхода. В любом случае толку от него там не будет. Разве что свечку подержать. Но я часто бывал в той комнате, с тех пор как мы ее нашли, и пытался понять смысл символов. Она вырезана прямо из известняка, я вам покажу. Пойдемте.

— Р-р-р, — тихо проурчал стоявший в дверном проеме великан из сочившейся плоти.

Кэролайн взяла свой протез, и Оскар повел ее через разрушающуюся виллу с пустыми комнатами и широкими бледными коридорами. Восточная часть была разбита, сквозь провалы в потолке виднелось небо, на стенах оставили свои следы потоки воды. Крыша местами провалилась. Они прошли по некому подобию бального зала, заставленного мебелью с накинутыми на нее белыми простынями. Великан из плоти, Лименион, все это время держался чуть в стороне. Оскар остановился, чтобы взять с полки фонарь. Повернув налево, они двинулись через широкий дверной проем и вышли под желтые лучи солнца, оказавшись в восточном конце сада. Затем проследовали вдоль высокой живой изгороди к прачечной — пустому кирпичному зданию среди листвы. Свет проникал в него через маленькие грязные окна. Внутри пахло животными.

Но вот Оскар зажег фонарь и показал на дальний угол, где в полу виднелся встроенный люк. Лименион ухватился за железную скобу и легко поднял крышку люка. Показались уходящие в темноту ступени, и Кэролайн ощутила дрожь нетерпения. Оскар стал спускаться по ступеням, а Лименион остался стоять на месте. Поначалу Кэролайн почти ничего не видела, только очертания древних канделябров, расставленных по полу пещеры. Но потом мальчик зажег свечи, переходя от одного канделябра к другому, и вскоре подземное помещение озарилось оранжевым мерцанием. На волосах заплясали тени, в очках отразились светящиеся язычки пламени. Улыбнувшись ей, мальчик раскинул руки.

У Кэролайн перехватило дыхание.

Такой красоты она еще не видела.

Как и говорил Оскар, помещение походило на вырубленную в известняке вытянутую пещеру с высоким потолком