Ты даешь мне крылья - Марианна Красовская

И в этот миг волки сцепились с жутким воем. Видно было, что более крупный волк побеждает, но и бурый не сдавался. Рычание, клочья шерсти, брызги крови и — закушенные губы и слезы на лицах некоторых зрителей.

Вот уже черный волк с победным рычанием стоит над поверженным противником… Казалось, все кончено, но в тот миг, когда черный, клацнул зубами, примеряясь к горлу бурого, в кругу один за другим возникли новые звери. Еще один волк, чуть светлее прежних, с рыжеватым оттенком. Белый горный кот. Медведь, черный с белой полосой на груди. Бескрылый дракон с длинной пастью — крокодил, водящийся где-то в стране Руху.

Черный волк поднял угрюмые глаза на новых противников, сжался. Как бы ни был он велик, с четырьмя огромными животными он не справится. Прищурившись, он мотнул головой и наклонил голову к неподвижно лежащему на земле не бурому волку — человеческому телу в окровавленных лохмотьях, всем своим видом показывая, что лишь они тронутся — и он перегрызет человека напополам. И в этот миг золотой молнией на его голову с клекотом обрушилось небольшое — в два раза меньше волка — существо с головой и крыльями орла и телом льва…

Отвлекшись на мгновение от человека, волк сшиб лапой храброго грифона, но этого мгновения хватило белому коту. Одним прыжком он закрыл собой человека, а коричневый волк прыгнул на спину черному. Приблизились и крокодил с медведем. Черный волк через несколько мгновений оказался погребенным под тяжестью противников.

Настала тишина.

Беловолосый вампир медленно и очень изящно приблизился к контуру круга. Склонив голову, он осмотрел застывших зверей и констатировал:

— Юлия, дорогая, нам здесь больше делать нечего. Наша карта бита.

Вампирша пожала плечами:

— Надо бы убедиться, что все закончилось.

— Сама справишься? — осведомился Князь Тьмы. — Я пока отведу наших друзей в безопасное место.

Юлия кивнула, а Марциус широким шагом приблизился к напряженным сторонникам черной волчицы, взмахнул плащом и исчез вместе с ними в облаке черного дыма. Их пленник, оказавшись без поддержки, упал на землю.

— Твою мать! — закричал волшебник Корт.

Прихрамывая, он приблизился к женщинам, связанным заклятьем неподвижности и покачал головой. Разомкнуть заклинание он не мог.

— Опоздали! — раздался сокрушенный голос из стены, и в пещере появился блистательный Борей, а за ним еще один т'ига.

Быстрым движением руки разорвав чары, удерживающие женщин (как просто!), он и его спутник приблизились к зверям.

— Так и будем доживать в таком облике? — ядовито поинтересовался Громовержец.

— Она слишком сильна, — пробормотал медведь смущенно.

— Вы что, её не грохнули? — изумился спутник Борея.

— Сам грохни, — огрызнулся медведь. — Если ты такой умный.

— А в чем проблема? — спросил нервно Корт. — Серебряная пуля нужна или что?

— А ведь точно, — почесал голову Варан (именно он был спутником Борея). — В принципе, убить т'игу может только немаг. Или маг, но сил он лишится навсегда, и он, и его род. Ну плюс проклятье крови на всех его нерожденных детей. Кто желает, господа? Да во имя богини, перевернитесь уже, уж вчетвером-то мы её удержим!

— Впятером, — поправил его Борей.

— Тем более.

* * *

Женщина была прекрасна. Белая кожа, девичий румянец, огромные глаза с черными ресницами, растрепанная коса до пят. Платье на ней было порвано и открывало точеное плечо, ссадины на ребрах, синяки на шее.

Мужчины вокруг отводили глаза. Пятеро мужчин, молодых и сильных, и еще двое раненых, и один бездыханный. И три женщины, хоть и красивые, но рядом с этой богиней казавшиеся простолюдинками. Блондинка, брюнетка и рыжая.

— Бор-а-три-онн. Шерх-а-рен-элль. Гор-а-прат-атт. Вар-а-норд-анн, — четко произнесла женщина, с насмешкой оглядев своих пленителей. — Черт возьми! Выжившие! Слюнявый поэт, жирный любитель серебра, бешеный пес и двуличный змий. Прекрасная компания! И кто из вас осмелится поднять на меня руку?

— Возможно, я, — скромно ответил Борей.

— Ты? — изумленно спросила Тироль. — Человечек?

— Не совсем, — любезно ответил Громовержец. — Неиницированный т'ига будет куда вернее.

— А! Один из двух! — понятливо кивнул тот, который Шерхар. — Давно знал?

— Да уж прилично, — пожал плечами Борей. — Тому три дня.

— А внешность обманчива! — ухмыльнулась Тироль. — Такой хорошенький, такой молоденький… И на всю жизнь без магии… На всю длинную, длинную жизнь…

— А если её разрубить на кусочки и закопать в разных местах? — нервно спросила Коранна, прикоснувшись к пустому ноющему животу. — Ну в крайнем случае, отрубить ей голову. Или они живут и без головы?

— Ну если жизнь не дорога, то можно, — пожал плечами Шерхар. — Она с собой всех нас захватит.

— Как?

— Проклятье крови, — вздохнул светловолосый Гор. — Долгая и мучительная смерть и проклятье на детей, внуков и правнуков. Мне-то в общем-то не жалко, мои давно мертвы, а вот у остальных…

— А как таких раньше убивали? — лязгнула зубами Коранна.

— Раньше? А их не убивали. Они либо своей смертью умирали, что, впрочем, бывало не часто, либо… У людей было заклятье.

— Мы не нашли, — тоскливо вздохнул Шерхар.

— Поэтому убью я, — спокойно сказал Борей. — У меня нет детей.

— Можно взорвать пещеру к чертовой матери, — предложил Эрхан. — Никто не выберется.

— Глупо, — вздохнула Лиэль. — Мне все равно жить осталось немного, давайте уж я.

— Браво, — засмеялась Тироль. — Кто следующий? Какое прекраснодушие!

Волшебник Корт аккуратно полировал ногти о жилетку.

— Все высказались? — спросил он. — А как насчет этого?

Он извлек из кармана смятый пергаментный свиток и кинул его Шерхару, так похожему на Тариэля.

— Вообще-то это подарок для моего друга, — вздохнул он. — Ты его брат? Он рассказывал о тебе.

Шерхар развернул пергамент, пробежал его глазами и выразительно зачитал первую строку:

— Хоррой-амга-домеро…

Его перебил нечеловеческий визг.

Не сразу поняли, что визжала Тироль.

— Ты! Человечишка! — извивалась она. — Как ты нашел? Где?

Из её прекрасных уст изрыгались потоки проклятий.

— Заткните ей рот, — попросил Шерхар. — И в самом деле, откуда?

— Места знать надо, — довольно ответил Корт. — Я уже несколько лет из библиотеки копии себе снимаю.

— Позвольте мне, — мягко произнес Харриан, дотрагиваясь до подбитого глаза.

— В каком смысле? — подозрительно спросил Шерхар, пряча пергамент за спину.

— Я не маг, — улыбнулся муж королевы. — Совсем не маг. Ни чуточки не маг. И детей у меня, наверное, больше не будет. Старый я.

Все посмотрели на него недоверчиво и взорвались дружным хохотом.

Харриан взял пергамент и начал читать:

— Хоррой-амга-домеро…

Полный мук вопль, столб дыма. И на месте черноволосой красавицы осталась горстка пепла.

— И это все? — разочаровано спросила Коранна. — Триста лет копала, вынашивала планы захвата мира, подсаживала демона девочке, похищала меня, и вот