Bloodborne: Песочный человек - Лемор

меня сожрать в любой момент. Кажется, кто-то слишком привык к тому, что внутри него всегда найдётся та, кто сможет своим ненасытным любопытством поддержать любую тему.

Возможно, во мне было намного больше человеческого, чем я думал. Как оказалось, одиночеством могут страдать даже блуждающие по бесчисленным мирам мелкие, насылающие яркие сновидения духи снов.

Как жалко.

Логариус ждал нас у одного из спусков. Как такового освещения и так почти не было, но ведущая в никуда старая лестница окончательно погружалась во тьму, не обещая ничего хорошего.

Интересно, сколько заплутавших ярнамцев, так и не наткнувшись на охотников, случайно находили такие вот спуски и, сами того не понимания, лишь глубже погружались в лабиринты павшей цивилизации?..

Ожидавший нас Логариус ещё на подходе почувствовал наше приближение, но это всё равно не помешало ему напрячься, когда наши фигуры с порывом ветра и рассыпающихся в ничто частиц песка возникли фактически из ниоткуда.

Ворона Айлин, не выдержав путешествия, поспешно сняла маску, попрощавшись с завтраком, начав с каким-то пугающим наслаждением вдыхать далеко не самый чистый воздух канализации. Логариус, как это ни удивительно, увидев это, даже не почесался, впрочем, став лишь напряжённее, сжав косу в руках.

— Укачало?.. — вскинул брови я. — Я думал, что у охотников хороший вестибулярный аппарат, дорогуша…

Айлин закашлялась, хрипло засмеявшись.

— Я постараюсь привыкнуть к этому, добрый Песочный человек…

— В этом нет необходимости, часто так катать я тебя не стану, — успокоил женщину я, переведя взгляд на бывшего лидера ковенанта палачей. — Надеюсь, тебе не пришлось ждать слишком долго, дорогой клиент.

Логариус на это лишь кивнул.

— Столько, сколько потребуется.

— Самый лучший ответ из возможных, — уставился в сторону спуска я. — Как-то здесь мрачновато, не так ли?..

У охотников были с собой лампы, но освещение они создавали слабое, да и необходимости благодаря мне в этом, к счастью, не было.

Я стукнул тростью. Реальность поплыла вокруг меня, распространяя едва заметный свет.

— Так будет лучше, не так ли?

— Это настоящее чудо, добрый Песочный Господин, — негромко произнёс Логариус.

Я натянул на лицо улыбку.

— Мой эль — вот настоящее чудо. Это же — обычные фокусы. Не будем задерживаться.

Старые охотники кивнули, ознаменовав начало настоящего спуска.

* * *

Как я уже как-то упоминал, то, что в игре представляло собой механику мгновенного переноса в разные части лабиринта, закрытого печатями, открывающимися Великими Чашами, здесь было единой системой пересекающихся между собой лабиринтов.

Стоило признать, эти грёбаные катакомбы были настоящим чудом цивилизации птумерианцев. Нужно было обладать нечеловеческим, воистину извращённым сознанием, чтобы просто спланировать столь монструозную постройку, не говоря уже о том, чтобы возвести её.

Не то чтобы я мог за что-то винить бывших владык здешних островов, мотивация у них была просто прекрасная: в игре если не прямо, то вполне однозначно делались намёки на то, что птумерианцы поклонялись Великим в течение очень долгого времени.

Сама их цивилизация строилась вокруг Великих, и эти чудовищные лабиринты были их… скажем так — усыпальницами, может быть святилищами или чем-то подобным. Домом, в котором они могли бы комфортно себя чувствовать.

А вместе со своими ужасными Богами и сами птумерианцы с остальной живностью.

Мы двигались быстро, не путались среди многочисленных развилок, погружаясь всё ниже по уже исследованным частям лабиринта, стремясь попасть в фактически неисследованные части шедевра кошмарной инженерной мысли.

— Какое очаровательное создание… — протянул я.

Оно было огромным. На три головы выше меня, раздутое, перекошенное, с лезвиями, заменяющими руки и черным капюшоном на голове. Чёрт ногу сломит в попытках понять, чем оно некогда было и сколько времени провело в лабиринтах.

Будь то гигантские крысы, самые настоящие духи, застрявшие в пограничном состоянии между мирами, скорпионы, слизни или чующие свежую кровь ликантропы — сопровождающие меня охотники не давали им и шанса. Нескольких выстрелов из пушек, пары взмахов косы или кинжала было достаточно, чтобы решить почти любую проблему.

Возможно, моих клиентов лишь немного сбивали с толку духи, но со мной у них проблем нет и не могло быть. При виде меня большая часть духов либо склонит голову, признавая старшинство, либо сбегут. И если раньше я воспринимал это с некоей долей иронии, слишком привыкший к собственной слабости и необходимости изворачиваться и договариваться, то теперь — как нечто само собой разумеющееся.

Впрочем, речь сейчас шла совсем не про духов.

Тварь, что встала у нас на пути, отличалась. Гипнос меня разбуди, перед нами был настоящий босс.

— Я справлюсь с ним, Песочный человек, — вышла вперёд Айлин.

Я послушно отошёл, давая охотнице полную свободу, с интересом наблюдая за развитием событий.

У нас успела сформироваться довольно простая стратегия: первой шла всегда Айлин. Сперва Логариус был немного удивлён, но задумку понял быстро, осознав, что охотница на охотников совершенно не боится смерти.

Что же, вполне оправданно.

В игре некоторые сражения мне запомнились довольно долгими. В этом мире всё, как правило, происходило быстро, если не мгновенно. Ошибки редко прощались, и свидетелем этого нам и довелось стать.

Я заинтересовано нахмурился.

Лезвие пронзило охотницу, словно раскалённый нож масло. Охотница толком и сделать ничего не успела, лишь удивлённо уставившись на клинок.

Создание резко вытащило руку-лезвие, позволив захлебывающейся кровью охотнице упасть.

— Песочный человек, она…

— Тс-с-с…

Я оборвал Логариуса на полуслове, внимательно наблюдая за смертью охотницы.

Женщина успела сделать ещё один судорожных вдох, но после ослабла и…

Мир перед глазами дрогнул, открывая мне вид на то, что, казалось, мог увидеть только я: Сон Охотника, во всём своём ужасном великолепии потянувшийся к своему владельцу. Гигантские столбы, идущие в небо; ничем не примечательную мастерскую охотника, в которой всё это время отдыхал Герман с сидящей в поляне цветов Куклой.

Айлин рассыпалась на бесчисленные частички энергии, исчезнув без единой капли крови на земле, но совсем ненадолго.

— Я была слишком самоуверенной, Песочный человек…

Без каких-либо ран позади нас появилась всё та же Айлин, фактически восстав из мёртвых.

Или, правильнее сказать, она и не умирала.

— Умирает проекция, но не тело… — задумчиво пробормотал я. Джура уже успел мне показать многое, но вживую я видел этот процесс впервые. — Сон Охотника помогает тебе обойти грань и существовать так, будто ты обычное живое существо. Возможно, поэтому тебе и кажется, что ты спишь?..

Я говорил это едва слышно. Так, чтобы можно было вычленить лишь отдельные слова, толком ничего не объясняющие.

— Я не понимаю, Песочный человек…

Конечно же, не понимаешь.

Я обернулся на Айлин, хмыкнув.

— Это решаемая проблема. Логариус, ты что-то понял?

Старый охотник нахмурился, явно не поняв вопроса.

— О