Звериное начало. Том II - Ксен Крас

Нэ и Фэ в едином движении подняли руки, чтобы по-быстрому навести порядок и убрать следы превращения перевертыша.

– Следующий раз может быть последним, если враг окажется хитрее, – холодно отрезал мужчина и Рэйара опустила голову. Только тогда предводитель сменил гнев на милость и его голос сделался менее жестким, – Пойми, Рэ, такие враги никогда не смогут победить, если ты не станешь сама им в этом помогать.

– Я не хотела…

– Конечно, не хотела! – Жуж покачал головой, укоризненно глядя на Эйэ. Предводитель постоянно делал новенькой замечания, она принимала это с готовностью и, можно сказать, некоторой любовью и уважением. Воин же предпочитал оберегать сестру от подобного проявления заботы и весьма жестко прекращал какие-либо попытки отчитывать Рэ дольше нескольких минут.

Этот раз не стал исключением. Дрожащая и еще перепуганная Рэйара шумно сглотнула и закивала, соглашаясь с медноволосым братом. Тот же, в свою очередь, встал перед ней, крепко обнял за плечи, чуть царапая кожу выступами на перчатке и заглянул в лицо.

– Чтобы там ни говорил Эйэ и как бы он ни выражал свое негодование, он все же прав, – воин улыбался, – Но он забыл кое-что упомянуть – нет ничего эффективнее простого оружия. Там, где не помогут заклинания, тебе обязательно поможет дубина или камень. Никогда не забывай об этом. Если не знаешь что делать – бей. Если страшно – бей больнее. Если враг тебя сильнее – бей, беги, а после снова бей. Главное – ударить первым, лучше всего так, чтобы тебе не могли дать сдачи. Уже было некому.

– Да, но…

– А на Эйэ не обращай внимания. Иногда он забывает, что тоже живой и что умеет бояться. А он умеет, пусть и не показывает этого. Любой из нас мог попасться в ту же ловушку, милая сестренка, а некоторые попадались. Не верь, если кто-то говорит, что не совершает ошибок, это ложь. Ошибается каждый, – Жуж продолжал сжимать плечи. Его голос успокаивал Рэйару, она кивнула и улыбнулась брату в ответ.

– Хорошо.

– Мы будем рядом. Я всегда буду рядом и помогу тебе, знай это. Что бы ни происходило, если случится беда, если будет что-то, с чем ты не сумеешь справиться, если будешь сдаваться, я приду к тебе на помощь, где бы я ни был. Но помни, что ты в состоянии справиться сама. Ты можешь преодолеть что угодно, потому что ты – это ты, милая Рэ.

Жуж постоянно это повторял. Раз за разом. Но тогда Рэйара, вопреки его вере, в очередной раз не справилась…

***

Воспоминание пошатнуло уверенность Рэйары в том, что она в самом деле может сделать все как надо. Во всех опасных ситуациях, всегда, кто бы ни пытался ее обидеть, кто бы ни нападал на нее и ни оскорблял, Жуж неизменно приходил на помощь. Без него, скорее всего, Рэ погибла бы уже очень давно. Медноволосый брат помогал женщине раскрыться и быть собой, именно он убедил ее довериться во время побега из лавки и города, только ему полукровка доверяла до тех пор, пока не поняла, что испытывает чувства к Эйэ. Жуж мешал Наэму и Фэйэну портить отношения с полукровкой, легко принял ее звериную сущность. Пожалуй, немалую роль сыграла и довольно отличающаяся от остального отряда внешность воина.

Людское общество притягивало мужчину, медноволосый с удовольствием проводил время с быстроживущими. Как и в свое время Алорэ, Жуэйль улучшал себя при помощи некоторые трав, большую часть названий которых Рэйара не запомнила, а также охотно скупал разнообразные отвары и зелья. Ягоды, некоторые виды коры и травы, приправленные друидской магией, помогали воину добиться желаемого. Увы, страстное стремление быть похожим на людей и накачать мышцы не очень хорошо сказалось и на здоровье Жужа.

Из-за тяги к упражнениям лицо брата имело менее выраженные скулы, кроме костей и кожи на нем была и плоть. Несоразмерно большие глаза Жуэйля и острый тонкий нос никуда не делись, зато шея не казалась прозрачной, плечи были сравнимы с плечами крепкого человека, а руки – мощными и мужскими. Конечно, у Рэ они явно выглядели мужественнее, пальцы и запястья перевертыша были толще, но рядом с братьями Жуж смотрелся здоровяком. И предпринимал все, что возможно, чтобы стать еще сильнее.

Внешнее сходство позволяло полукровке не закрываться от брата. Как бы могли сложиться отношения с отрядом, не будь в их рядах Жужа, Рэ предполагать не решалась.

Странным, но в некотором роде приятным стало осознание, что несмотря на грусть и мысли о погибшем брате, боль от потери затихает. Скорее всего, она никогда не покинет перевертыша, но понемногу ослабнет и перестанет вводить женщину в уныние при каждом упоминании медноволосого мужчины. Образ Жужа постепенно блекнет, размывается и вместе с этим размывается и пережитый ужас. Брат забывался, не его существование и то хорошее, что он принес, а он сам, целиком. Как бы Рэ ни хотела не сдаваться и продолжать считать Жужа частью своей жизни, но уже несколько десятидневок она будила братьев, не пытаясь найти недостающего. Женщина перестроилась и, вспоминая о семье, переживая за них или сердясь, не думала о погибшем. Таэль и тот чаще посещал ее мысли.

– Рэ! – голос Фэйэна вывел женщину из воспоминаний и избавил от дальнейших размышлений. Никто не трогал свэтов до тех пор, пока они находились на своей территории, но стоило выбраться за ворота, как любовница призывателя заметила отряд.

Ученик Эйэ, хоть и кричал, что терпеть не может Тэ и неоднократно предлагал скормить его Рэйаре в полную луну, первым перекрыл доступ орлоголовой к объекту ее воздыхания. Фэ успел швырнуть в сторону Цу-Циа щепотку желтоватого песка и произнести заклинание, заставляющее тот вспыхнуть. Одеяния иномирки загорелись зеленоватым призрачным пламенем, она по-птичьи вскрикнула, а после едва видимыми руками отшвырнула заклинателя. Свэт полетел в одну сторону, а мешочек, который его пальцы не успели сжать, в полете изобразив дугу – в другую.

Рэйара оскалилась.

Защита стаи, той, что жива, должна стоять на первом месте. Женщине было стыдно, что она позволила воспоминаниям снова огорчить ее, зато сейчас ярость пойдет только на руку. Уж в звериной форме она точно сумеет показать иномирке, на что способна и пояснит, почему не стоит трогать то, что принадлежит перевертышу.

– Защитная