Янакуна - Хесус Лара

отпускали своих малолетних дочерей в горы. Но Вайра тревожилась даже тогда, когда Пилуку, который уже подрос, уходил пасти овец вместе с сестрой. Опасения Вайры особенно усили­лись после появления последнего сынишки, родившегося в день праздника и названного в честь святого Исидро. Эта счастливая мысль пришла крестному тате Панчу. Более подходящего имени не сыскать. К тому же так звали хозяина, значит, они и ему оказывали почтение. Мама Катира поддержала тату Панчу. Но ньу Исику отнюдь не был польщен, он расценил это как вопиющую дерзость и гнусный намек. Он возненавидел всю семью. Симу с тех пор он посылал только на самые тяжелые работы и только на самые отдаленные участки. Маме Катире он не позволил больше бесплатно жить в хи­жине, в качестве оплаты она должна была три дня в неделю нанимать пеона для работы на хозяйских полях и, кроме того, два раза в году отбывать повинность митани. Напрасно они унижались, хозяин не изменил своего ре­шения. Вайра от постоянного страха не знала покоя ни днем, ни ночью. Если бы было можно, она бы не отпускала Сису от себя ни на шаг. Но Пилуку еще слишком мал, чтобы посылать его одного в горы с такой большой отарой...

Однажды Пилуку вернулся домой грустный, с крас­ными глазами и пожаловался, что у него болит голова. Ночью он беспокойно метался, а утром не смог встать, его тело пылало. Овцы жалобно блеяли в загоне. Сисе пришлось самой гнать их на пастбище. Ничего пло­хого, однако, с ней не случилось. Без Пилуку она даже поднялась гораздо выше обычного и нашла чудесный луг. Овцы щипали траву, а девочка взобралась на скалу и пела, сердце ее замирало от счастья, и ветер ласково трепал ее длинные волосы.

На другой день на теле Пилуку выступили большие красные пятна. Вайра поняла, что за болезнь у сына, и облегченно вздохнула. Она знала, что краснуха выле­чивается в два-три дня, если поить больного настоем из Цветов бузины. Вайра тотчас же отправилась в асьенду, только там росло это растение. Но ньу Исику и на этот раз остался верен себе. Мало того, что он издевался над родителями, он сорвал свою злобу и на больном ни в чем не повинном ребенке. Бедняжка поплатился за проступки отца и матери. Хозяин вихрем пронесся мимо Митмаяны, которая рвала цветы с его деревьев, и стегнул ее изо всех сил по спине. Вайра со слезами на глазах, стоя на коленях, как о милости, молила ньу Исику разрешить ей нарвать хотя бы горсточку бузины для больного сынишки. Ньу Исику был глух к ее мольбам, он лишь щелкнул кнутом и не сказал ни слова в ответ.

-Малыш может умереть, сеньор, — сказала Вайра, твердо решившая не возвращаться домой без бузины.

- Что ж, одним поросенком станет меньше, — со злобной усмешкой ответил хозяин.

Она так и ушла ни с чем. Но цветы бузины были необходимы для лечения, и Симу нарвал их ночью. Не­сколько дней Пилуку провел в постели; он уже начал поправляться. Под вечер Сиса пригоняла овец с пастбища. Она приносила матери букетики диких ду­шистых цветов, а братьям красивые разноцветные ка­мешки.

- Лежи, лежи, — говорила она Пилуку. — Поправ­ляйся как следует. Мне без тебя в горах веселей. Ты мне только мешаешь, за тобой нужно смотреть.

Но Пилуку уже надоело лежать, ему хотелось в горы,

- Мама, я хочу пойти с Сисой, — хныкал он.

- Нет, — возражала Вайра, — еще денек подожди, а то потом будет хуже.

Однажды Сиса не вернулась в обычное время. За­нятая хлопотами по дому, Вайра не сразу хватилась ее. Вот пришел с работы Симу, но девочка не выбежала его встречать. Мама Катира, услышав, что Сисы до сих пор нет, подняла крик. Испуганные Вайра и Симу бро­сились на поиски. Ночь была светлая, но разве легко отыскать в лабиринте ущелий и пропастей маленькую де­вочку? К тому же ни Симу, ни Вайра не знали точно, куда Сиса гоняла овец. Они шли наугад, как слепые, спотыкаясь о камни и кружа вокруг одних и тех же мест.

- Ты иди в ту сторону, — вдруг сказала Вайра, — а я пойду сюда. Если найдешь ее, разводи костер.

Они разошлись. Вайра слышала лишь завывание ветра в горах. Глаза звезд мигали, словно не хотели ви­деть похожий на кладбище, пустынный мир скал и те­ней. Вайра протяжным, стонущим голосом звала дочь. Горы подхватывали и повторяли ее призыв стоголосым эхом до тех пор, пока он не терялся в бесконечной ночи. Но ответа не было. Прошло много времени, а Симу не зажигал огня. Вайра, подавляя рыдания, обратилась к помощи святых. «Где вы, Сан-Исидро и Санто-Эспириту? Осветите горы, укажите мне путь, по которому я должна идти, чтобы найти свою дочь. Ведь для вас нет ничего невозможного». Так думала Вайра, опять и опять призы­вая свою дорогую девочку.

Потом она уже не кричала, а только тихо всхлипы­вала. Юбка ее была разорвана, ноги кровоточили. Мино­вала полночь. Вайра оступилась и упала. Она сильно ударилась и не сразу смогла встать. С отчаянием всмат­ривалась она в далекие звезды и вопрошала небо, за что оно так жестоко к ней. Наконец ей удалось выбраться из пропасти, и в тот момент, когда отчаяние совсем овладело бедной женщиной, она увидела свет костра, «Симу нашел девочку», — промелькнуло у нее в голове. Она побежала на огонь.

Симу держал на руках неподвижную, завернутую в пончо Сису. Мать бросилась к дочери со страшными, полными отчаяния криками.

- Не пугайся, не пугайся, — спокойно сказал Симу. — Она жива, только спит...

Вайра засыпала его вопросами, она спрашивала опять и опять, не дожидаясь ответа, и Симу не знал, что от­вечать.

- Успокойся, слышишь, успокойся, — говорил Симу жене. — Девочка будет жить... Не трогай ее. Не развора­чивай, ей холодно, она совсем замерзла.

Симу начал осторожно спускаться. Вайра шла рядом, горько плача и продолжая задавать свои бесконечные вопросы. Она тревожно глядела в лицо дочери. Потом немного успокоилась и смогла выслушать Симу, кото­рый рассказал, что нашел Сису у одной из скал. Девочка была без сознания.

- Почему? Что с ней случилось? Отвечай же, Симу, отвечай!..

- Наверно, она заболела... Ей стало дурно... А тут еще такой ветер... и ночь холодная...

- Ты