Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец

Флажок снова показался над виноградником. На этот раз среди дыма у моста мелькнула красная ткань.

Де Марсан выругался.

Красный означал, что резерв уже вошёл в бой.

— Что случилось? — Виллен подошёл ближе.

Гаспар указал на мост.

— Наше высочество решило, что правила придуманы для других.

Он побежал вниз по дороге.

У первой баррикады всё смешалось. Одна телега горела, дым стелился вдоль домов, люди Ровиля уже заняли ближайшие окна, но с часовни всё ещё стреляли. Гаспар проталкивался между солдатами, пытаясь одновременно увидеть светлую голову там, где ей совершенно не следовало находиться.

У перевёрнутой повозки он наконец заметил Анри.

Без шлема.

Конечно же без шлема.

Принц стоял рядом с офицером и указывал куда-то в сторону ворот. За грудой досок слева от него поднялся на колено арбалетчик.

Гаспар увидел движение раньше, чем успел подумать.

— Анри!

Принц повернул голову.

Де Марсан врезался в него плечом и сбил за телегу. Болт ударил в дерево почти на уровне груди и задрожал в доске.

Несколько секунд оба лежали в грязи. Анри посмотрел на болт, потом перевёл взгляд на Гаспара.

— Ты мог просто крикнуть «пригнись».

— Я крикнул.

— Ты крикнул моё имя.

— В следующий раз составлю письмо.

В телегу ударил второй болт, и оба одновременно опустились ниже.

— Ты должен был ждать сигнала, — процедил Гаспар, не сводя глаз с улицы.

Анри подобрал меч, который выпустил при падении.

— Ровиль прорвал первую линию. Они начали отходить.

— Поэтому ты решил помочь им отойти быстрее, встав перед арбалетом?

— Мы взяли баррикаду.

— Я вижу.

Принц повернулся к нему, в серо-голубых глазах уже появлялся знакомый азарт.

— Значит, решение было правильным.

Гаспар медленно посмотрел на него.

— Если мы переживём следующие пять минут, я тебя ударю.

— После боя.

— Обязательно.

Ответить Анри не успел. Из дыма справа появились трое противников. Один нёс тяжёлую алебарду и сразу пошёл на ближайших людей. Принц поднялся первым, Гаспар выскочил следом.

Лезвие алебарды прошло рядом с лицом де Марсана. Он отбил древко, но второй удар пришёлся по больному плечу, и на мгновение рука онемела. Анри оказался сбоку раньше противника и ударил его по незащищённому боку.

— Это считается? — спросил принц, переводя дыхание.

Гаспар пошевелил плечом, проверяя, слушается ли рука.

— Что?

— Я только что спас тебе жизнь.

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты причина, по которой я вообще сюда пришёл.

Анри рассмеялся, хотя вокруг продолжалась драка.

Через час Сен-Реми был взят.

К вечеру дождь вернулся. На этот раз никто особенно не обращал на него внимания. В лагере развели десятки костров, возле лекарских палаток сидели раненые, солдаты делили хлеб, сыр и найденное в городе вино. Кто-то уже рассказывал историю о стрелке, упавшем с крыши прямо на офицера противника. Гаспар слышал эту историю третий раз, и с каждым повторением крыша становилась выше, офицер — знатнее, а сам стрелок — трезвее.

Де Марсан сидел возле небольшого костра в одной рубахе. Камзол сушился неподалёку, сапоги он снял и поставил ближе к теплу, а на коленях лежал порванный ремень от ножен. Он как раз пытался продеть новую полоску кожи через пряжку, когда рядом с его ногой появилась бутылка.

— Если это лекарь, меня нет, — не поднимая головы, предупредил Гаспар.

— Я красивее.

— Тогда точно не лекарь.

Анри опустился на перевёрнутый ящик напротив. Переодеться он уже успел, но остальное привести в порядок не смог или не захотел: светлые волосы всё ещё были влажными, на щеке оставалась тонкая красная царапина, а рукав новой рубахи уже успел испачкаться.

Гаспар посмотрел за его спину.

— Где охрана?

— Ест.

— Вся?

— Не знаю. Я не считал.

Де Марсан отложил ремень.

— Тебя в детстве роняли?

Анри задумчиво почесал нос.

— Насколько мне известно, нет.

— Значит, это врождённое.

Принц вытащил пробку зубами и протянул бутылку. Гаспар сделал несколько глотков, вернул её и снова принялся за ремень.

Некоторое время они слушали шум лагеря. Люди вокруг разговаривали громче обычного — не столько из-за вина, сколько потому, что после боя всегда хотелось убедиться, что рядом есть другие живые люди.

— Ровиль говорит, твоя переправа решила дело, — произнёс Анри, глядя в огонь.

— Ровиль любит преувеличивать после третьей кружки.

— Он выпил одну.

Гаспар потянул ремень, проверяя шов.

— Тогда после второй станет ещё благодарнее.

Анри усмехнулся, потом полез под плащ и положил между ними небольшой кожаный мешочек.

Де Марсан покосился на него.

— Что это?

— Деньги.

— Это я понял. По голове меня сегодня били, но не настолько сильно.

— Двести экю.

Ремень в руках Гаспара остановился. Он взял мешочек, взвесил на ладони и вопросительно посмотрел на принца.

— За что?

Анри чуть нахмурился, словно ответ казался очевидным.

— За сегодняшний день.

— Сегодняшний день стоит дешевле.

— Для меня — нет.

Гаспар развязал шнур, достал несколько монет, пересчитал и положил рядом с сапогами. Остальное вернул.

— Эти возьму.

Анри не притронулся к мешку.

— Почему только семь?

— Новые сапоги. Ещё Жаку должен два экю, и Огюстен обещал послать семье деньги, если с ним что-нибудь случится.

Огюстен погиб утром у баррикады. Анри понял это без дополнительных объяснений и на несколько мгновений отвёл глаза к костру.

— Остальное всё равно твоё.

Гаспар затянул мешочек и подвинул его обратно.

— Нет.

— Это награда, а не жалованье.

— За переправу?

— За всё, — принц взял мешок, но тут же снова положил его возле ноги Гаспара. — В том числе за то, что ты сегодня два раза вытащил меня оттуда, откуда я сам выбраться мог уже не успеть.

Де Марсан нахмурился.

— Один.

— Два.

— Второй не считается. Ты сам туда полез.

— Какая удобная система подсчёта.

— Мне нравится.

Анри перестал улыбаться.

— Гаспар, я не пытаюсь тебя купить.

— Знаю.

— Тогда в чём дело?

Де Марсан некоторое время смотрел на огонь. Можно было отделаться очередной насмешкой, но Анри всё равно не отступил бы, а объяснять то же самое через пять минут не хотелось.

— Сегодня ты называешь это наградой, — наконец произнёс он, положив локти на колени. — Через год кто-нибудь скажет, что ты купил себе верного человека. Через десять — что я таскался за тобой из-за денег. Мне обычно плевать, что говорят, но я не хочу однажды вспоминать, сколько именно стоил тот день, когда я вытащил тебя из-под арбалета.

Принц повертел мешочек в пальцах.

— Тебе действительно есть дело до чужих разговоров?

— Не до разговоров. До того, чтобы между нами не было суммы, которую можно назвать.

Анри посмотрел на него внимательнее.

— Это довольно оскорбительный способ отказаться от награды.

— Купи мне сапоги.

— Ты уже украл на них семь