Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец

— Ваше имя? — спросил король.

— Тео де Монталь, государь.

— Вы из Монталей Шаренской провинции?

Юноша явно не ожидал, что Анри знакома фамилия его рода.

— Да, Ваше Величество.

Король присмотрелся к нему внимательнее.

— Я помню вашего отца. Он служил у моего дяди.

Тео поклонился.

Анри снова перевёл внимание на бумаги.

— Вы утверждаете, что де Ровен получил компенсацию за полный отказ от дорожного сбора.

— Здесь копия казначейской записи, государь, — Тео осторожно указал на второй лист. — Деньги выплачены три года назад. После этого сбор продолжился, только теперь его называют платой за содержание моста.

— Это не одно и то же, — заметил Морне. — Некоторые соглашения действительно запрещают только старый феодальный сбор, оставляя владельцу право взимать плату за содержание переправы.

— Но…

Тео запнулся. Гаспар увидел, как пальцы юноши сжались вокруг края шляпы.

— Но что? — спросил Анри.

— Мост содержат сами жители, государь. Весной плотники из Вержи меняли настил. Де Ровен не заплатил им ничего.

Брессе энергично кивнул.

— Всё верно, Ваше Величество. Мы сами собирали деньги. И лес свой был.

Морне уже собирался что-то сказать, когда со стороны ожидавших придворных раздался спокойный голос:

— Если речь идёт о Вержи, я помню соглашение.

Гаспар повернул голову. Эмиль де Ларош оставил своего собеседника и подошёл ближе, по-прежнему держа папку под мышкой. Король жестом позволил ему говорить.

— Три года назад я видел свод расходов по западным дорогам, — объяснил герцог. — Казна выкупала несколько частных пошлин, чтобы открыть торговый путь на Ормэ. Де Ровен был одним из самых дорогих.

Грело негромко присвистнул с подоконника.

— Приятно узнать, что даже отказ брать чужие деньги может стоить целое состояние.

Ларош бросил на него короткий взгляд, в котором скорее мелькнуло веселье, чем раздражение.

— Иногда, Грело, люди дорожат своими привычками.

— Это я понимаю.

Анри положил ладонь на бумаги.

— Компенсация была за полный отказ от сбора?

Герцог не стал отвечать сразу. Он подошёл к столу, просмотрел копию казначейской записи и покачал головой.

— По одной этой выписке не скажу. Насколько помню, общая сумма включала право проезда и часть рыночных сборов. Но в самом соглашении могли оставить небольшую плату на ремонт моста. Если позволите, государь, оригинал должен храниться в дорожном архиве вместе с отчётом комиссии.

Тео не выдержал:

— Четыре су с каждой гружёной повозки — не небольшая плата.

Ларош повернулся к нему без раздражения.

— Возможно. Но прежде чем обвинять де Ровена, стоит узнать, что именно он подписал.

— Он три года берёт…

Грело спрыгнул с подоконника и хлопнул ладонью по колену.

— Вот сейчас господин де Монталь скажет «вор», государь. Предлагаю дать ему воды, пока у нас не появилось ещё одно прошение — уже от де Ровена о защите чести.

По залу снова прошёл смешок. Тео резко повернулся к шуту, но Анри опередил его:

— Грело прав.

Это прозвучало настолько буднично, что несколько человек возле стены переглянулись. Сам Грело сделал удивлённое лицо.

— Государь, повторите. Здесь есть свидетели.

Анри не обратил внимания.

— Господин де Монталь, вы можете считать де Ровена кем угодно, но пока передо мной нет самого соглашения, я не стану объявлять его виновным.

Тео опустил голову.

— Да, Ваше Величество.

— Однако проверка будет.

Юноша сразу поднял глаза.

Анри повернулся к Морне.

— Поднять оригинал соглашения сегодня. До выяснения условий отправить в Вержи распоряжение: сбор не увеличивать, никаких наказаний за отказ жителей платить спорную часть до решения короны. И отдельно запросить отчёт о расходах на мост за последние три года.

Морне взял чистый лист для заметки.

— Если в соглашении право на ремонтный сбор сохранено?

— Тогда установим, сколько он вправе брать и куда ушли деньги.

Первый министр кивнул.

— А если не сохранено?

Анри мельком посмотрел на Тео.

— Тогда господину де Ровену придётся объяснить, почему он три года собирал то, за отказ от чего уже получил деньги.

Брессе шумно вдохнул и несколько раз поклонился.

— Спасибо, государь. Спасибо.

Тео тоже склонил голову, но в отличие от старика ничего не сказал сразу. Гаспар видел, как с его лица постепенно уходит напряжение. Вероятно, молодой человек до последнего ожидал, что бумаги снова окажутся у него в руках с советом получить нужную печать.

Анри передал прошение Морне и уже хотел вызвать следующего просителя, когда Ларош обратился к Брессе:

— Кто ремонтировал мост этой весной?

Староста растерялся от прямого вопроса герцога.

— Наши плотники, ваша светлость. Из Вержи и Сен-Марена.

— Сохранились записи о расходах?

— У церковного старосты должны быть.

Ларош кивнул.

— Пришлите копию вместе с ответом на запрос. Если казна начнёт сравнивать счета, пригодится.

Брессе снова поклонился.

— Сделаем, ваша светлость.

Грело наблюдал за герцогом, ковыряя ножом оставшийся орех. Ларош больше не сказал ничего. Он отошёл к прежнему месту, открыл свою папку и продолжил ждать разговора с королём, словно только что помог разобраться с самым обычным хозяйственным спором.

Так это, собственно, и выглядело.

Приём продолжился.

Следующий час оказался менее интересным. Один дворянин добивался должности для старшего сына и старательно делал вид, что способности молодого человека имеют к просьбе хоть какое-то отношение. Представители небольшого города спорили с казной из-за права проводить вторую ежегодную ярмарку. Какой-то аббат просил лес для ремонта монастырской крыши и в ответ на вопрос Грело, не проще ли сначала прекратить продавать монастырский дуб корабельщикам, внезапно потерял охоту к подробным объяснениям.

Анри закончил приём далеко за полдень. Последние просители покинули зал, секретари начали собирать бумаги, а придворные, ожидавшие личных разговоров, постепенно перебрались в соседнюю галерею. Грело потянулся, забрал миску с оставшимися орехами и обнаружил возле двери Тео де Монталя.

Староста Брессе стоял чуть дальше, разговаривая с одним из королевских писцов. Тео ждал явно не его.

Грело остановился.

— Если вы снова принесли бумагу, предупреждаю: сегодня я больше ничего не читаю.

Молодой дворянин чуть помедлил.

— Я хотел вас поблагодарить.

— Не надо. Это занимает время.

Тео нахмурился, словно пытался понять, издевается над ним шут или действительно хочет уйти.

— Вы помогли нам попасть к королю.

Грело выбрал из миски орех, осмотрел его и вернул обратно.

— Вы сами стояли в двадцати шагах от него. Не такая уж впечатляющая помощь.

— Моё прошение не принимали.

— Потому что вы принесли его без печати.

— Вы сами слышали, почему её нет.

— Слышал.

Тео сдержал раздражение, но Гаспар заметил, какого труда это ему стоило.

— Тогда зачем вы сейчас защищаете секретаря?

— Я его не защищаю, — спокойно ответил Грело. — Он выполнял свою работу. Вы мешали ему её выполнять.

— Если работа состоит в том, чтобы возвращать справедливую