«Химия и жизнь». Беллетристика. 1995-2004 - Юрий Романович Охлопков

— Амнезия, что ли?

— Не помню.

— Да, тяжело с тобой. Ладно, поговоришь с Капитаном. Только, пожалуйста, не мешай команде работать. Походи пока, посмотри. — Он отвернулся к своему чертежу и достал из-за уха карандаш. Потом сказал: — Можешь пока подняться на дерево, посмотреть на фрегат. Смотри не упади!

— Ну, лазаю-то я хорошо, — неожиданно вспомнил Лис.

— Правда? Ценное качество.

Лис вышел из дому и направился к дереву. Наверх, к кораблю, вел довольно неплохой трап из специально выращенных коротких веток. Лис поднялся на корабль и оттуда, с высоты, увидел, как по знакомой ему дороге движется зеленого цвета колымага, поскрипывающая от усердия. «А вот и Капитан едет», — раздался женский голос. Лис поднял голову: на баке корабля невысокая темноволосая девушка в грязных шортах подрезала огромным секатором маленькие веточки, растущие из деревянного птичьего кулака.

— А что это будет, милая? — спросил Лис.

— Это битинги для фок-мачты, — устало пояснила девушка. Вероятно, ей задавали подобный вопрос не в первый раз. — А ты работать собираешься или экскурсант?

— Я… как это говорят? — и то, и то. Вот, пришел сюда, а тут у вас — такое. Может быть, возьмут поработать?

— Может быть, и возьмут. Пойдем-ка к Капитану.

Въехав на территорию верфи, колымага остановилась под деревом. Из нее выгрузился основательный человек с аккуратно подстриженной бородкой, в костюме-тройке. Лис удивился, как он легко несет к дому четыре огромные белые канистры. Да, это — Капитан. У такого человека может вырасти не только фрегат, но и целый винджаммер[83], если ему это действительно понадобится… Завидев идущую ему навстречу девушку (наверно, это и была та Ящерица, о которой говорила Зайка), Капитан легко перебросил две канистры из одной руки в другую и в качестве приветствия дотронулся до плеча девушки. Лис спустился с дерева и подошел к ним.

— Ящерка сказала, что ты у нас работать хочешь? — весело спросил Капитан и заглянул Лису прямо в глаза. — А делать-то что умеешь?

Капитан как-то располагал к себе. Он вдруг показался Лису более надежной опорой, чем обладание собственным именем и воспоминаниями. И Лис понял, что попался.

Он рассказал Капитану все то же, что говорил Мишане, и вмиг оказался принят, — видимо, рабочих рук тут действительно не хватало. И тут два раза прозвонила рында.

— Идем, — поманила Ящерка, — звонят к обеду.

Еду раскладывала маленькая подвижная очкастая блондинка, которую Лису представили как Бяшку.

— Ну, Бяшка сегодня расстаралась! — одобрительно сказал седой бородач, подливая соус в суп.

— Нет! — возразил зеленоглазый. — Разве ж это еда — суп? Еда должна быть твердой. Вот, например, картошечка. Или каша гречневая. С котлетами.

— Бассет! — громко отозвалась Бяшка. — Тебе что, моя еда не нравится?

Бассет посмотрел на нее испуганно и печально и сказал:

— Нет-нет, ну что ты, Бяшечка! Конечно, нравится. Еда просто замечательная. Но… жидкая. — Он подождал, пока Бяшка отвернется, слил жидкость из супа в тарелку к Ящерке, а та взамен подкинула ему пару кусочков картошки.

— А я картиночки принес, — объявил Капитан и показал на свой стоящий в углу дипломат. — Но только после обеда. Ешьте пока.

— А я там есть? — с робкой надеждой спросила Ящерка.

— Одна только.

— Ну вот, — вздохнула она, — как всегда!

Обед прошел в торопливом молчании, все старательно жевали, чтобы поскорее освободить стол для картинок. Тарелки как-то мигом собрались в кучу. Лис оказался последним: суп действительно был вкусным. По столу пробежалась резвая тряпочка — и на свет Божий явились картинки в фирменной разноцветной упаковке. Сами картинки тоже были цветными, на каждой из них — корабельное дерево в разных видах, и все члены команды, по отдельности и вместе, за работой или отдыхом.

— У меня две новости… — начал Капитан.

— Хорошая и плохая? — с ехидцей перебил его Мишаня — Что, денег не дают?

— Это плохая. А хорошая — дают, но не сразу. Наглия обнаглела, деньги выслали еще двенадцатого, а к нам они пока не пришли. Пока ждем. Вот такие пироги с котятами, их едят, а они пищат.

Лис вздрогнул, но никто из собравшихся и ухом не повел, — видимо, это выражение Капитана было часто употребимым. Картиночки досмотрели и затем расхватали свои чашки с чаем. Лису досталась широкая бадейка с надписью: «С 9 апреля». Потом отправились курить. Бородач грозно выкрикнул:

— Кто обед готовил?!

— Я, — донесся из-за стойки тоненький, притворно испуганный голосок Бяшки.

— Спасибо! — провозгласил Седой, и все двинулись вниз. Видимо, и это было привычным ритуалом.

— Девиз нашей верфи — «Зашпаклюем!» — объясняла Ящерка Лису, пока все курили на скамейке под ярким солнышком. — Боевой клич — «Фантаст!». Это наш боцман. Ты его еще узнаешь. Если что не так, сразу зовут его. Он может давать дереву ценные советы, и дерево слушается. Но он уехал за кое-каким инструментом и чего-то пропал.

Лис, ничего не отвечая, расслабленно смотрел вперед и вверх, на так полюбившееся ему небо с исчезающей в нем бело-голубой церковью.

— Смотрите, — сказала Ящерка, показывая на торчавшую между двумя мастерскими деревяшку, — кажется, кто-то новое дерево посадил.

— Да нет, — возразил один из строителей, с которым Лис еще не успел познакомиться, — оно само выросло. Почва-то хорошая, удобренная.

— Ишь чего удумали, черти! — Седой подошел к деревяшке, выдернул ее из земли и показал собравшимся проклюнувшиеся белые корешки. — Твою дивизию! Вы так не шутите! Оно ж если тут вырастет, то оба дома выворотит.

Сверху раздался одинокий звон рынды.

— Чего сидите? — вопросил Седой. — Работать пора!

Лис и не заметил, как оказался на скамейке один. Жаркое летнее небо обнимало его вместе с землей, которой касались Лисовы ноги, так что ему казалось, будто он и эта земля приблизительно одинакового размера — как двое детей, которых отец обнимает одновременно. Зато отец-небо здесь был поистине огромным — совсем не таким, как в ста метрах от этой скамейки, за кустами, на помоечном поле.

И тут появился тот, кого на верфи звали Фантастом: невысокий коренастый голубоглазый блондин с уже знакомой Лису аккуратной бородкой. Он нес небольшой, но явно тяжелый матерчатый саквояж — и мигом скользнул с ним в мастерскую. Тут же откуда-то из-за дерева донесся чей-то жалобный крик: «Фанта-а-аст!»

Кажется, это был голос Бассета. Ну конечно: «Фантаст!» — тут боевой клич. И Лис с удовольствием представил, что он и сам будет так призывать Фантаста. Даже уже сейчас пора, чтобы получить указания. Но пока не хотелось. Может быть, с завтрашнего дня… а сегодня — посидим на солнышке.