«Химия и жизнь». Беллетристика. 1995-2004 - Юрий Романович Охлопков

— Про космос и марсиан, — подсказала Катюша. — И капитана Снегова. Или Громова. Про торжество человеческого разума и силу человеческой воли… Бабушка, всё как обычно, чего ты волнуешься?

Возня под компьютерным столом немедленно прекратилась. В комнате воцарилась зловещая тишина.

— Помолчи, Катерина, не мешай папе работать! — выговорила Елена Викторовна почти испуганно.

Наконец из-под стола появился Федор.

— В такой атмосфере работать невозможно! — заявил он. — Но я все равно напишу роман! И не про марсиан. Нет! И не про космос! — Тут Федор почувствовал неожиданное вдохновение. — Я напишу про гномов-викингов, летающих на диких стрекозах! Фэнтези! Получу гонорар. Застеклю балкон. Устрою себе личный кабинет. И чтоб вас всех…

— Катерина, молчи! — предостерегающе зашипела Елена Викторовна.

— А я чего? Я и так молчу, — сказала Катюша. — На балконе сейчас хорошо. Тепло. У нас и в квартире очень тепло. Очень.

— Катерина! — крикнула Елена Викторовна.

В коридоре зашуршали валенки, и в комнату вошла Людочка, на ходу вытирая руки полотенцем.

— Что случилось, Елена Викторовна, что вы так на ребенка кричите? — спросила она.

— Федор пишет новый роман, а Катя мешает! — пожаловалась Елена Викторовна.

Возникла пауза. И потом:

— Ах, новый роман! — ледяным тоном произнесла Людочка. — Наш старый роман уже напечатан, наверно? Мы уже, наверно, гонорар получили? И теперь в ближайшие три месяца мы пишем новый роман?

— Ну, может быть, рассказ, — смутился Федор.

— Рассказ, — сухо подтвердила Людочка. — Наверно, у нас есть контракт с издательством? Наверно, у нас аванс большой?

— Контракта пока нет. Там будет видно. Ну, «Химия и жизнь» напечатает. Там всегда достойное печатают. Вот Руслана недавно напечатали. Я завтра позвоню Руслану и…

— А я, дура, надеялась что ты наконец позвонишь Валере, — сказала Людочка.

— Кому? Валере? Это зачем? — насупился Федор.

— Затем, что вы с ним учились вместе.

— И что?

— Затем, что он, может быть, возьмет тебя в свою фирму. Хоть на месяц. Поработать для разнообразия. А потом снова пиши романы.

— Я? В рекламную контору Валеркину? Сочинять идиотские ролики про йогурт? На полный рабочий день?! — Федор развернул кресло и уставился на Людочку.

— Нет, что ты, как я могла такое подумать! — Людочка вытирала руки полотенцем, не глядя на Федора. — Мы же великие писатели, куда там полный рабочий день, какой там йогурт!

— Люда! — просяще-угрожающе проговорила Елена Викторовна.

— Идите ужинать, Елена Викторовна, — вздохнула Люда. — Катя, Федя, идите ужинать.

— Спасибо, что-то не хочется, — процедил Федор сухо и повернулся к экрану.

— Федя!..

— Не хочется, — повторил Федор со значением.

За спиной прошуршали три пары валенок. Семья перебралась на кухню, плотно прикрыв за собой дверь. Федор закусил губу, положил руки на клавиатуру и набрал: «Гномики, летящие в пустоту. Роман… До фамильного замка оставалось лететь сантиметров семьдесят, но что можно разглядеть с такого далекого…»

За спиной послышался хлопок. Федор испуганно нажал «сохранить» и только после этого обернулся.

В центре комнаты, прямо в воздухе, висело небольшое блестящее веретено, похожее на здоровенную каплю ртути. Веретено набухало, увеличивалось в размерах, наконец его поверхность лопнула и оттуда появилась нога в черном ботинке и обтягивающей синей штанине. Нога была явно женская. Федор поморгал. Из ртутного веретена выбралась высокая полная дама в синем комбинезоне с непонятными нашивками. На ее шее странно смотрелся мужской галстук. Лицо у дамы было суровым. В руке — небольшой планшет.

— Гугов Федор Семенович? — то ли спросила, то ли уточнила дама, одной рукой демонстрируя планшет, а другую заученным жестом прикладывая к большой нашивке на груди. — Международная налоговая инспекция.

— В чем дело? — тупо спросил Федор.

— По нашим данным, вы получали незаконным путем многочисленные гонорары за рекламу от гражданских фирм, — заявила дама. — По закону Земной Федерации от 13 мая 2089 года вам предоставляется право добровольной регистрации гонораров с удержанием 67-процентного налога, включая государственную пошлину и юридическое пожертвование. В противном случае, согласно статье 11 гонорарно-трудового кодекса…

— Гонорары? — удивился Федор.

Дама внимательно оглядела комнату.

— К вам что, пока никто не приходил? — в свою очередь удивилась она.

— Кто приходил?

— Зайду позже! — сообщила дама, развернулась и шагнула прямо внутрь блестящего веретена.

Веретено исчезло с тихим хлопком. Федор еще несколько минут неподвижно смотрел в то место, где оно только что было. Затем он закрыл глаза, потряс головой и снова повернулся к экрану. И тут же снова услышал хлопок.

Веретено снова висело в метре надо полом. Из него буквально вывалился серьезный молодой человек в деловом костюме и шлепнулся на пол.

— Прошу прощения, — улыбнулся он, поднимаясь на ноги. — Гугов?

— Гугов, — кивнул Федор.

— Табачная фабрика «Сайк», — Молодой человек достал из кармана пиджака плоский блестящий квадратик и протянул его Федору.

Федор осторожно взял квадратик и с недоумением уставился на него. По поверхности скользило изображение летящей пачки сигарет. Оно было объемным и находилось словно внутри квадратика.

— Визитная карточка! — догадался Федор.

— Совершенно верно, — кивнул молодой человек. — Обычная визитная карточка. Вы удивитесь, но у нас сейчас две тысячи сто пятый год, и объемная полиграфия…

— Две тысячи сто пятый! — восхищенно прошептал Федор. — Так вы все из будущего?!

— Из будущего. С большой просьбой. Вы сейчас начали писать рассказ, который станет самым знаменитым фантастическим рассказом планеты.

— Э-э-э… — опешил Федор.

— Не скромничайте! — Молодой человек поднял руку: — У меня к вам всего одна просьба. Не могли бы вы упомянуть в рассказе пачку сигарет «Золотой Сайк»? Просто упомянуть!

— Ну-у-у, почему бы и нет, — пробормотал Федор.

— Спасибо! Всего доброго!

— Стоп! Погодите! Что вы имеете в виду? Я не занимаюсь рекламой. Я вам не продажный журналистишко какой-нибудь. Я — писатель!

— Конечно же писатель! — радостно кивнул молодой человек. — Вот и пишите! Вам что, трудно просто упомянуть?

— Нет, ну это же получается…

— Подумайте о своих героях! — перебил посетитель и протянул руку, словно хотел отобрать свою визитку. — Они у вас будут курить всякую дрянь. Возможно, даже без фильтра. Так пусть лучше курят хорошие, фирменные сигареты! «Золотой Сайк». Логично?

Федор перевел взгляд на чудо-визитку и на всякий случай крепче сжал ее в руке.

— А, так, значит, просто упомянуть? — переспросил неуверенно.

— Просто упомянуть! — подтвердил молодой человек.

— Ну, это совсем другое дело: просто упомянуть.

— Вы даете слово? «Золотой Сайк»! Да?

— Да, — покорно подтвердил Федор. — Но…

— Удачи вам! — воскликнул молодой человек. — Вы гений!

Последние слова он произнес, когда из веретена торчала уже одна его голова, а через секунду блестящее веретено растворилось в воздухе. Визитная карточка так и осталась зажатой в руке Федора. На ней, из угла квадратика в угол, летала, кружась, крохотная пачка сигарет.

— Чудо! — прошептал Федор.

Но тут снова раздался хлопок. На этот