Хочу вспомнить все - Марина Викторовна Линник

Жизнь потекла своим чередом, без бурных страстей и ярких эмоций. Как бы то ни было, но меня она полностью устраивала. Муж часто бывал в разъездах, на заседаниях, на каких-то встречах. Оценив мой ум по достоинству, Ренард начал приглашать и меня на мероприятия, где доводилось встречаться с большим количеством интересных людей. Конечно же, я не забывала и о тёте, которой с каждым днем становилось все хуже и хуже. Болезнь, снедавшая ее уже более трех лет, внезапно начала прогрессировать, и через полгода после нашей свадьбы тетушка скончалась. Смерть опять напомнила мне о себе…

Глава 19

Как я уже упоминала, я не сталкивалась с русскими эмигрантами. Вначале против этого общения высказалась тётушка, а я не стала ей противоречить.

Сама же я впоследствии не инициировала встреч с людьми, жившими в основном в кварталах Пасси и Ривгош, на левом берегу «их Невки», как беженцы из России называли Сену. Те кварталы редко посещали французы, которые не вмешивались в дела и уклад жизни пестрой эмигрантской среды, где сосуществовали бывшие министры, генералы, казаки, разорившиеся промышленники и помещики, инспекторы и преподаватели гимназий, ученые и священнослужители. Со временем у них появились свои клубы, газеты, рестораны, магазины, больницы, культурные центры, университеты и даже партии.

Чем яростнее и агрессивнее вела себя новая власть в России, тем больше людей съезжалось во французскую столицу. По прибытии в Париж беженцы должны были зарегистрироваться в посольстве, расположенном на la rue de Grenelle, двенадцать. Консулом тогда был Леонтий Дмитриевич Кандауров (хотя формально он не имел права занимать этот пост, так как Российской империи тогда уже не существовало). Этот деятельный человек с решительным выражением лица, саркастической улыбкой и пронзительным взглядом старался сделать для соотечественников все что мог, выписывая им справки и разрешения на работу. Но вскоре посольство закрылось, и появилось новое, представлявшее интересы молодой Страны Советов.

– Катрин, – как-то вечером после ужина сообщил мне муж, – завтра будет открытие выставки одного русского художника, Марка Шагала, в арт-галерее Rue Laffitte.

– Ты говоришь о галерее того самого Амбруаза Воллара? – спросила я. – Я давно хотела познакомиться с ним, впрочем, как и с самим художником. Разве мастер в Париже?

– Да, уже почти полтора года. Он приехал вместе с семьей по приглашению господина Воллара.

– Странно, я почему-то не знала об этом. Видимо, потому, что не поддерживаю связи с русским миром.

– И меня это удивляет, Катрин, – улыбнувшись, отозвался Ренард. – Неужели ты не тоскуешь по Родине?

– Ну да, естественно, ностальгия сейчас в моде, – усмехнулась я, – но все же я трезво оцениваю положение, в отличие от тех эмигрантов, которые надеются когда-нибудь вернуться в тот, привычный, мир. Они не понимают, что из этого ничего не выйдет!

– Ты так считаешь? – прищурившись, спросил муж. – Интересно, почему? Создаются союзы, партии, которые выступают против советской власти.

– И что они нам дают? Одна болтовня до хрипоты, – передернув плечами, отозвалась я. – Союзники предали всех: и Деникина, и Врангеля, и Колчака, и Краснова, и Юденича. Россию не вернуть. И только трезвые умы понимают всю горечь сложившегося положения.

– Ты так сильно ненавидишь Россию, Катрин? – внимательно посмотрев на меня, спросил муж.

– Я? – смерив его взглядом, ответила я вопросом на вопрос. – Кто тебе сказал? Нет, я люблю мою Родину, ТУ родину, которую мы потеряли. Не новую… Оставим эту тему. Ты хочешь, чтобы я пошла вместе с тобой на выставку?

– Доставь мне такое удовольствие, – поцеловав мне руку, вымолвил Ренард. – Там будет множество интересных людей, с которыми хотелось бы завязать знакомство.

– Иначе и быть не может, – усмехнулась я.

К тому времени я уже знала, кем был мой муж на самом деле. Я не стану раскрывать на страницах дневника тайны графа Тюренна, поскольку не имею на это никакого права. Это не мои тайны. Вместе с тем скажу, что слова моей тёти подтвердились: Ренард – самая загадочная и неоднозначная фигура в обществе. Он умен, остроумен, влиятелен и к тому же прекрасный собеседник. Его заслуги высоко оценены не только во Франции, но и за ее пределами…

Так как я тоже была не глупа, то муж частенько обращался ко мне за помощью, особенно если незнакомец, с которым хотел познакомиться граф, был мужчиной. Признаюсь, я далеко не красавица: что правда, то правда, но, как выразился один наш общий знакомый, обладаю неким шармом. «Граф, вы правильно заметили, что многие женщины стремятся завоевать мужчин красотой, – проронил собеседник мужа во время одного разговора. – Для этого они наносят макияж, делают модную прическу. Но уверен, что вы со мной согласитесь, если я скажу, что мы, мужчины, не можем забыть только ту женщину, которая обладает не внешним, а внутренним притяжением, неким магнетизмом. И вам повезло встретить такую женщину»…

На следующий день муж заехал за мной в половине седьмого вечера, и мы вместе отправились в галерею господина Воллара, ставшую центром парижского рынка современного искусства. Здесь проходили крупные выставки Мане, Гогена, Сезанна, Матисса, была организована первая посмертная выставка Ван Гога. Можно с уверенностью сказать, что Воллар открыл для мира этих мастеров, за что общество прощало ему некоторые слабости.

– Добро пожаловать на наш островок великого искусства! – встречая нас у дверей, проговорил господин Воллар. – Графиня, граф, прошу вас! Мы ждали только вас.

Сказать, что владелец галереи был крайне неприятным человеком, – значит, не сказать ничего. Резкий, грубый, бесцеремонный человек, никогда не смотревший собеседнику в глаза, – вот такое впечатление составила я о мсье Волларе после нескольких минут общения с этим самым циничным, но и самым дальновидным бизнесменом своего времени.

– Как вам удалось создать такую прекрасную галерею, дорогой друг? – поинтересовался муж. – Признайтесь: вы в прошлом ограбили банк или получили крупное наследство.

– Ни то ни другое, – усмехнулся Воллар. – Первое слишком примитивно, второе – нереально. У меня нет богатых родственников. Тем не менее я и моя галерея процветаем.

– Но каким образом? – обратилась я к собеседнику. – Раскройте секрет вашего успеха.

– О, дорогая графиня, – рассмеялся он, – никакого секрета. Я просто придерживаюсь девиза: «Покупай дешево – продавай дорого». Вот и все.

– Как просто, – ответила я.

– На первый взгляд да… А, графиня, граф, позвольте представить вам одну из моих лучших клиенток: Гертруду Стайн, американскую писательницу и пропагандистку литературы. Если вы пишете стихи или прозу, то вам будет интересно побывать на одном из ее литературных вечеров… Госпожа Стайн, вот тот загадочный человек, о котором судачит вся Европа… Позвольте представить вам графа и графиню Тюренн.