Фарфоровая луна - Джени Чан

девушки услышали пение и ритмичные шаги. Вскоре они поравнялись с колонной китайских рабочих под командованием британского офицера. Мужчины маршировали по двое, многие несли на плечах топоры. Рабочие с удивлением посмотрели на Полин, некоторые даже что-то выкрикнули на непонятном для нее диалекте. Они шагали так быстро, что вскоре скрылись из виду.

– Наверное, в лесу понадобилось больше рабочей силы, – заметила Камилль. – Первый отряд уже прошел мимо нашего дома еще до того, как солнце встало. Вы их слышали?

– Я крепко спала, – покачала головой Полин. – Это так странно и сюрреалистично – идти по французской проселочной дороге и видеть колонну китайцев, распевающих китайскую народную песню.

– Вы знаете эту песню? О чем она?

– Это детская песенка про лягушонка и петушка, про то, как рано вставать, чтобы быть готовым к новому дню.

– Мелодия мне знакома, – ответила Камилль. – Рабочие всегда поют или насвистывают ее по дороге в лес Креси-ла-Шапель.

Она замурлыкала ее, и вскоре Полин подхватила. Девушки одновременно разразились хохотом.

Когда они добрались до китайского лагеря, Камилль проводила ее за длинный забор и указала на госпиталь, расположенный за ним. Француженка ободряюще улыбнулась и села на велосипед.

Полин сделала глубокий вдох и зашагала по широкой тропинке, ведущей к воротам госпиталя. Окружавший его забор был построен из скрещенных между собой в грубом узоре веток. Пусть ограда и была высокой, а у ворот стоял охранник, забор явно предназначался для обозначения границ. Сквозь его щели виднелись длинные здания с деревянными крышами и китайская пагода, которую Тео описывал в своем письме. Она была примерно четыре метра высотой, ярко выкрашена в красный, синий и желтый цвета.

– Я пришла увидеться с доктором Робертом Адамсом, – вежливо сказала Полин. – Он меня ждет.

Солдат уставился на нее. Британец.

– Полагаю, вы не говорите по-французски, – вздохнула Полин.

– Говорю, – тут же ответил он. – Во всяком случае, вполне неплохо. Но это военный госпиталь. Чтобы пройти дальше, нужен пропуск.

– Это же китайский госпиталь, а я – китаянка! – воскликнула Полин, едва удержавшись от того, чтобы не упереться руками в бока.

– С такой логикой не поспоришь, – раздался из-за ворот веселый голос. Анри быстро подошел к ней. Он обратился по-английски к охраннику, тот пожал плечами и жестом пригласил Полин пройти.

– Как все прошло в шато? – спросил Анри.

– Я не стала там оставаться на ночь. У них… не было места. Я сняла комнату в коттедже недалеко отсюда.

– Все в порядке? – нахмурился Анри.

– Да, он принадлежит женщине, которая работает на почте. Доктор Адамс смог разузнать что-нибудь о Тео?

– Полин, доктор только вчера вечером вернулся. Сейчас он проводит обход и наверстывает упущенное.

– Да, конечно, – кивнула она, покраснев. – Я вовсе не хотела показаться нетерпеливой.

– Он скоро закончит, – сказал Анри. – Позже он собирался провести для меня экскурсию по госпиталю. Он был в два раза меньше, когда я был тут в последний раз. Полин, а ты позавтракала? Отлично. Тогда пойдем скорее.

Они пересекли двор и направились к зданию, расположенному в северной части территории больницы. На деревянной скамье сидел рабочий, подняв лицо к небу. Нижняя часть его тела была завернута в плед, а левый глаз закрывала повязка.

– Что с ним случилось? – прошептала Полин.

– Его команда занималась спасательными работами после атаки. Один из рабочих нашел боевую гранату и не понял, что это такое. Он поднял ее, и чека выпала.

Анри позвал:

– Старина Ли, ты все еще притворяешься инвалидом?

Мужчина приоткрыл глаз и помахал рукой в ответ.

– А ты все еще притворяешься, что зарабатываешь на жизнь? – Он говорил на китайском, но с акцентом. Затем мужчина увидел Полин и тут же выпрямил спину. Старина Ли был не так уж стар. Слегка за тридцать.

– Ли, это мисс Дэн.

– Что здесь делает женщина? – спросил он. – Ты собираешься на ней жениться?

Полин покраснела, а Анри покачал головой.

– Она приехала навестить своего брата. Он работает переводчиком.

– А я его знаю? Как зовут?

– Дэн Таолин, – сказала Полин.

– Нет, не знаю, к сожалению. – Ли прищурился, пытаясь вспомнить. – Но я здесь всего две недели.

– Как вы познакомились? – спросила Полин в надежде сменить тему.

– Старина Ли был одним из первых рабочих, у которого я взял интервью в прошлом году, – ответил Анри. – Он с удовольствием отвлекся от рытья туалетов, чтобы поговорить со мной.

– Не стоит упоминать о дерьме и прочей дряни в присутствии молодой леди, – проговорил Ли. – А этот журналист, как он себя называет, все время болтал, хотя должен был брать интервью у меня. Твою писанину хотя бы напечатали, господин Лю?

– Кое-что попало в газету. Очень хочу взять у тебя интервью еще раз. Как себя чувствуешь? Уже сказали, когда выпишут?

– Через неделю, – недовольно поморщился Ли. – Но я сказал, что пролежу еще день, максимум два.

– Там сейчас опасно, Ли. Почему бы не задержаться в госпитале, если есть такая возможность?

– Мне нужно кормить семью, – сказал Ли. – Тут кто не работает, тот не получает денег. Бои меня не пугают. Опыт есть. Я не такой, как эти фермерские мальчишки, которые пугаются самолетов, взрывов и трупов.

На территории больницы прибавилось персонала и пациентов. Полин стала объектом пристального внимания со стороны мужчин, как китайцев, так и иностранцев. С запозданием она осознала свое везение. Сначала Анри согласился составить ей компанию, потом Полин познакомилась с доктором Адамсом, и затем ей удалось найти ночлег у Камилль, вдали от города и любопытных глаз. Полин ни на минуту не оставалась одна во время этого путешествия. Она придвинулась ближе к Анри.

– Значит, твой отряд не предупредили о наличии неразорвавшихся боеприпасов? – Анри открыл блокнот.

– Нет, ни о гранатах, ни о снарядах, – покачал головой Ли. – Они решили не предупреждать, потому что подумали, что мы и так все знаем и понимаем. Я знаю, как выглядят гранаты, а вот другие ребята даже в глазах их никогда не видели. Бедняга Ляо тоже не был в курсе. Незнание погубило его и ранило других.

Анри перевернул страницу блокнота и стал записывать еще быстрее. Затем он поднял глаза, чтобы взглянуть на того, кто его окликнул. Через двор к ним шла высокая фигура в белом халате с серьезным выражением лица.

– Пройдемте ко мне в кабинет, – сказал доктор. – Я был в отделе документации трудового корпуса. Мне удалось раздобыть документы вашего брата, мадемуазель Дэн.

Доктор Адамс провел их через приемную госпиталя. В отличие от шатких бараков лагеря, госпиталь оказался построен на славу. Внутри было просторно и светло. По коридорам бродили пациенты, а китайский медперсонал в аккуратных белых халатах разносил лекарства и бинты. Все они пялились на Полин, некоторые даже рты разинули. Полин показалось, что только присутствие иностранного врача останавливало их от того, чтобы столпиться вокруг гостьи, словно она чудище морское.

В кабинете доктора Адамса оказалось достаточно места для письменного стола и раскладушки. На ней лежали смятые одеяла, а под ней – багаж Анри. Доктор предложил им чай из термоса. Полин села за стол и принюхалась к аромату напитка. Китайский чай. Она сделала глоток, и успокаивающее тепло разлилось по груди. Пока Роберт перебирал бумаги на своем столе, Полин старалась не заглядывать в папки.

– Об этом нелегко говорить, – нехотя начал доктор Адамс, вздохнув. – Мадемуазель Дэн, у меня печальные новости. Ваш двоюродный брат погиб две недели назад.

Пальцы Полин вцепились в края стула. Анри позади резко втянул воздух. Затем его руки легли на ее плечи. Полин застыла, она смотрела куда угодно, только не на Роберта. Доктор опустил взгляд на бумаги.

– Это случилось в лесном лагере недалеко от Вимрё. В тот день три человека стали жертвами воздушной атаки, ваш брат был среди них, – сказал Роберт. – Мадемуазель Дэн, прошу прощение за то, что никто не сообщил вам раньше. Здешней администрации не хватает чувства… времени в таких вопросах, поскольку обычно семьи рабочих и переводчиков находятся в Китае. Письма туда идут очень долго.

– Полин, с тобой все