Иллюстрированная история нравов: Галантный век - Эдуард Фукс

Приведенное сообщение можно было бы привести еще много других, аналогичных — доказывает вместе с тем, что здесь идет речь об официальном учреждении, о заведениях, санкционированных общественным мнением. В этом нет ничего удивительного, так как ведь само государство основывало официальные учреждения в интересах незаконных рожениц — воспитательные дома, куда каждая мать, желавшая отделаться от своего ребенка, могла его тайком отдать.

Правда, еще в Средние века существовали воспитательные дома, но в особенности они, по-видимому, процветали в XVIII в. Они встречаются в особенно большом количестве в романских странах, во Франции, Италии и Испании, а также в Австрии словом, везде, где матерям воспрещалось отыскивать отца незаконных детей и тот не был обязан заботиться об их содержании. Государство было вынуждено создать для соблазненных женщин эти воспитательные дома, чтобы предупредить таким образом возможность таких преступлений, как подкидывание и убийство новорожденных. Отсюда само собой вытекает, что к воспитательным домам прибегали в особенности часто бедняки или малообеспеченные люди.

Н. Лели. Нелли Гвин, любовница Карла II

Специально французский обычай, доступный, впрочем, только имущим, состоял в том, что ребенка тотчас же после рождения отсылали в деревню, к "кормилице", очень часто даже не знавшей имени матери. Так как такая "кормилица" получала лишь единовременное пособие, а большинство матерей совершенно не заботились о своем нежеланном потомстве, то этот выход представлял, собственно, только более "гуманную" форму детоубийства — явления, тогда, впрочем, весьма распространенного. Эти честные женщины занимались вовсю профессией делать ангелов. Вероятно, три четверти всех отданных таким "нянькам" детей погибло, что, впрочем, и совпадало в большинстве случаев с желанием самих родителей (см. "Плод запретной любви" Войе).

В качестве последнего и важнейшего корректива всегда оставалось еще одно средство — искусственное воссоздание физической девственности.

Во "Frauenzimmerlexicon" говорится:

"Подделанной девственностью", или "Sophisticatio Virginum", называется, если девица пытается всевозможными средствами и путями возместить, что ею было потеряно, когда цвет ее юности был сорван слишком рано".

Именно потому, что девственность "стала дешева", ее ценили так высоко. И потому каждая хотела быть всеми искомым и всеми желаемым исключением, то есть каждая хотела быть и остаться девушкой, несмотря на все бури галантной жизни. Один врач сообщает:

"Желание прослыть целомудренной девушкой так велико, что не боятся испытать самую сильную боль, так как есть очень много влюбленных женщин, подвергшихся болезненной операции, лишь бы сойти за девушек и вступить в законный брак".

И в самом деле, большинство девушек считалось в эту эпоху "девственницами" вопреки пословице: "Все можно купить за деньги, только не девственность". Ибо как раз ничто так легко нельзя было купить за деньги, как именно девственность. Если большинство женщин знало, как предохранить себя от беременности и как освободиться от ее последствий, то не меньшее их число имело также понятие о том средстве, которое, по словам одного сатирика, "может превратить последнюю падшую женщину в ангела". К домашним средствам, известным уже Средним векам и Ренессансу, передававшимся из поколения в поколение, опыт и рафинированность прибавили еще бесчисленное множество других: капли и втирания. Современные врачи перечисляют целый ряд подобных стягивающих средств: отвар желудей, мирры, кипарисовых орехов и т. д. Обыкновенно врачи и шарлатаны приводили в своих сочинениях сразу и те аргументы, которые говорили в пользу употребления того или другого средства.

Шенау. Разбитое зеркало

Были в ходу, однако, и гораздо более утонченные средства симулировать девственность. Если доверчивого кандидата в супруги и нетрудно было обмануть, то это было не так легко сделать с Дон Жуаном… Поэтому пускались в ход сшивания. Подобные операции делали отчасти врачи, еще чаще опытные в своем ремесле сводни. Что этот возмутительный обычай, существовавший, впрочем, издавна, был чрезвычайно распространен, видно хотя бы из того, что эти приемы даже нашли отражение в драматургии. Укажем на комедию Сервантеса "Мнимая тетка", подтверждающую все нами сказанное.

Однако опытных жуиров и это средство не могло ввести в заблуждение. Так как они знали все обманные приемы, то они требовали от своих поставщиков вместе с товаром и удостоверения в том, что он соответствует предъявленным к нему требованиям. Немаловажным доказательством огромных размеров практиковавшихся тогда добрачных половых сношений служит поэтому обстоятельство, что только те девушки считались "на рынке" девственницами, девственность которых была удостоверена врачебным свидетельством. Врачи, выдававшие подобные свидетельства, были или доверенными лицами жуиров, или же присяжными ассистентами профессиональных своден: в последнем случае они, правда, очень часто находились на службе у сводни и были обязаны замаскировать инсценированный ею обман.

В среде мелкого мещанства также ни один мужчина не хотел "купить кошку в мешке", однако здесь пользовались обыкновенно старинными "верными" симпатическими средствами. Судя по "Rockenphilosophie des Frauenzimmerlexicons" ("Старинные поверья в женской энциклопедии". — Ред.), наиболее распространенным таким средством был опыт: "Дуть, пока снова не зажжется только что погашенная свеча". Если этот опыт удавался девушке, ее жених заключал отсюда, что у его милой безупречная репутация. У нас есть сведения, говорящие, что большинство девушек подвергалось — иногда в шутку, иногда всерьез такому испытанию своими кавалерами. Подобные фокусы, однако, едва ли служили к успокоению сомневающихся, так как они, вероятно, часто не удавались, хотя все молодые девицы и упражнялись усердно тайком в этом и тому подобных искусствах. Благоразумные люди называли поэтому такие приемы "вредным суеверием, без нужды подтачивающим доверие" и предостерегали от него.

Ф. Буше. Кающаяся женщина

Если неизбежные последствия добрачных половых сношений лучше всего позволяют проконтролировать относительную распространенность самих добрачных сношений, то пластические искусства эпохи со своей стороны подтверждают все сказанное нами относительно этого факта. К числу наиболее излюбленных эпохой мотивов относится артистическое воспроизведение всего того, что связано с добрачными половыми сношениями. Поэтому число документов, повествующих обо всем этом, не только чрезвычайно велико — в них зарегистрированы все решительно подробности: от более или менее деликатного совращения девушек до грубого врачебного констатирования девственности, любой оттенок и любой момент в процессе Avant, Pendant и Apres (до, во время и после. Ред.) (см. "Стремительный любовник", "На краю постели", "Запоздалое раскаяние", "Защити меня", "Спи! Спи!", "Дома", "Приятный урок", "Слишком поздно", "Предприимчивый крестьянин", "Кающаяся Магдалина", "Тщетное отрицание" и т. д.). Так как здесь речь идет прежде всего о культе добрачного совращения, то все художники на стороне влюбленных, и они