Великая и Святая Русь - Борис Львович Васильев

– Мудрейший из князей, зачем губить своих замечательных храбрейших воинов в борьбе за то, что можно взять без войны? Ведь эти аскеры могут пригодиться в настоящей, трудной схватке с тем врагом, который является врагом и для нас, – подхватил слова старого рахдонита рыжеволосый.

– Гляди, как завернули хитромудрые жидовины, – шепнул темник Горицвет Издебе.

– Ага, разговор плетут, что старый рыбак сеть прочную, быстро да ловко, – так же шёпотом ответил ему богатырь, а немногословный коренастый Притыка только согласно кивнул.

– Чего же вы, люди торговые, хотите? – прищурил левое око, будто целился из лука Игорь.

– Если морские лодьи, Великий князь, тебе нужны для похода, – проговорил рыжеволосый, не отводя очей от лика кагана урусов, – мы с радостью готовы помочь. Ведь для постройки судов много чего надобно, – и лес, и пенька, и смола, и парусина крепкая, гвозди, скобы, железо, медь, пропитание и снаряжение для воинов, – во всём этом помогут наши торговцы.

– Обязательно поможем, ведь в том наш купеческий интерес! – горячо подхватил старый рахдонит слова Рыжего.

– А если это будет поход на Кустандий, Царьград по-вашему, то у нас могут совпасть и военные интересы, – скромно добавил рыжеволосый.

– Вы будете помогать мне строить корабли против Византии, с которой у Хазарии договор? – в изумлении вскинул бровь Игорь.

– По договору с Кустандием, мы должны препятствовать военному захвату Таврических земель Русью. Но если захвата не будет, то и мы ничего не обязаны Империи. Если нет нападения, то не нужно и отражение! – красноречиво развёл руками Рыжий. – А эти места, где твой дядька великий каган Хелгу Вещий строил свои лодьи, мы тебе и так предоставим, скажем, за некую условную, поверь, светлейший князь, чисто условную плату, – уверил хазарский посланец. – И это уже не касается нашего военного договора с Кустандием. А что ты там строишь, – баржи для перевозки зерна или боевые лодьи, Хазарию не интересует, это обычные торговые дела.

– Да, Великий каган Руси, это уже наш, купеческий вопрос, и мы всеми силами готовы его решать, – закивал собрат Мойши Киевского.

– Поверь, досточтимый князь, – ещё более проникновенно проговорил рыжеволосый, для убедительности прижимая правую десницу к груди, – Кустандий нам не меньший враг, чем тебе. Да, пожалуй, ещё больший, ведь он отбирает часть прибыли от торговли, которая могла бы идти через Хазарию, а идёт через Империю ромеев. Он изгоняет наших людей и всячески измывается над ними. Нет более униженных и оскорблённых людей, чем несчастный иудейский народ в Ромейской империи! И мы готовы помочь тебе против нашего общего врага – злодея Романуса! – уже вдохновенно воскликнул посланец, сверкая зеленоватыми очами.

– Да, Великий каган Руси, – снова с глубоким поклоном обратился старый рахдонит, – ты только прикажи уйти твоим воинам, и сразу убедишься в исполнении всего, о чём здесь услышал. К твоим местам постройки потянутся все нужные товары. Тебе нужен лес для постройки кораблей, его доставят из земель Вятичей по Дону прямо к Корше. Тебе нужна смола для просмолки бортов, и ты её получишь сразу же в любом количестве из того же Самкерца и Фанагории, поверь, стоимость товара будет радовать твоих строителей, ведь мы будем продавать, как своим, по лучшим ценам!

– Вы мягко стелете, почтенные купцы, только потом может оказаться, что Бек, например, или Каган не в курсе, или ваши непослушные ларисии, – недоверчиво хмыкнул Игорь.

– Мы всячески будем способствовать решению этого вопроса с Великим Хамалехом и Божественным Каганом, – перешёл на торжественный тон Рыжий. – И если хоть чем-то нарушим наш уговор, грозный князь, то ничего не помешает тебе тут же направить в эти места твоих воинов. Но поверь, такого повода не случится, и ты будешь только доволен нашей помощью!

Видя, что каган урусов задумался, самый старый из жидовинских купцов проговорил совершенно вкрадчиво:

– Светлейший князь, зачем силой ломиться в ту дверь, которая сама легко открывается?

Глава третья

Преследование

Князь Олег Моравский, стоя на берегу Киммерийского Боспора со стороны Тмутаракани, или, по-хазарски, Самкерца, наблюдал за лодьями и баржами, перевозящими смолу и прочий товар на другой берег в Корчев.

– Ну вот, будет теперь из чего строить, и чем смолить, – довольно молвил, подходя, Ольгерд, и тоже стал глядеть, как одна за другой баржи и разномастные торговые судёнышки, загрузившись нужной добычей, отходят от старого каменного причала. – А то хазарские купцы такую цену заломили, что не токмо лодий, однодревок не построишь…

– Позвали в гости, а предлагают кости. Привыкли жировать, только забыли, кто много хочет, ни с чем остаётся. Вот теперь пусть попляшут – скороговоркой поддержал начальника сотник Варяжской тьмы Гунар.

– Ага, – кивнул согласно Моравский князь, – как у нас говорят, были у вороны хоромы, а теперь и черепка не осталось…

Чтобы укрыться от жары, князь Олег с Ольгердом и двумя его сотниками прошли в ближайшую полуразрушенную византийскую виллу с толстыми стенами, сложенными из камня известняка. Бассейн в центре небольшого дворика почти высох и был наполовину засыпан глиной.

Вскоре послышался конский топот, говор, и в прохладное помещение вошли Берест и Хорь.

– Княже, хазары идут! – доложил Берест. – По этой стороне, вот здесь, вдоль берега. – Взяв палочку, изведыватель нарисовал на мокрой глине движение воинства противника. – Мы с Хорем незаметно подобрались и прикинули – тысячи три всадников. Главный у них некий Песах.

– Что думаете? – спросил у спутников князь, склонив седую голову над начертанным планом.

– Лепше всего неожиданно ударить, – предложил Берест. – Идут они вдоль берега, налетим сверху с возвышенностей и в море их опрокинем! Тут лощина и проход неширокий, если на возвышенности с этой стороны лучников схороним в засаде, – голова изведывателя склонилась над сырой глиной, он взял горсть её и уложил сверху в том месте, где, по его словам, была возвышенность, – то уходить им вот сюда придётся, – он начертил возможный путь движения хазар.

– А вот тут уже и нашим конникам навалиться можно, и бежать тогда супротивнику либо наверх под стрелы наших лучников, что не просто, либо сквозь ряды наши, а это верная смерть, – закончил мысль изведывателя Ольгерд.

Совет военачальников с изведывателями вдруг прервался из-за шума и говора за толстыми известняковыми стенками строения. Все невольно насторожились, а вошедший во дворик начальник охороны доложил, что прибыл гонец от князя Игоря.

Весть, которую он принёс, и вовсе ошеломила князя Олега и его соратников: Игорь велел с хазарами в сечу не вступать, оставить Тмутаракань и Корчев и уходить восвояси в Киев.

– Вот тебе и на! – Только и смог