Доспехи света - Кен Фоллетт

Посыльный провел Хорнбима внутрь, где он заметил Риддика с кружкой в руке.

— Я должен был это предвидеть, — сказал Хорнбим.

— Я тоже, — ответил Риддик. — Им только что заплатили, и они хотят повеселиться.

— Но, кажется, вражды между местными и приезжими нет.

— Пока что.

Хорнбим кивнул.

— Нам следует собрать отряд ополчения на всякий случай.

Риддик обратился к посыльному:

— Мои приветствия лейтенанту Дональдсону, и пусть он будет любезен немедленно собрать первую, вторую и седьмую роты, но держать их в штабе до дальнейших распоряжений.

Молодой человек точно повторил сообщение, и Риддик его отпустил.

Хорнбим был обеспокоен. Если начнутся беспорядки, вину свалят на ирландцев, и, возможно, на него даже окажут давление, чтобы он от них избавился. Это поставит его в зависимость от проклятого союза.

Ему нужно было осмотреться.

— Давай прогуляемся, — сказал он.

Риддик осушил свою кружку, и они вышли на улицу.

В нескольких шагах был еще один, поменьше, паб, на вывеске которого был изображен лебедь.

— «Белый лебедь», — сказал Риддик. — В шутку его называют «Грязной уткой».

Они заглянули внутрь. Приезжие сидели и стояли вместе с местными, и никто не создавал проблем.

Уличные торговцы продавали горячие и холодные закуски: печеные яблоки, орехи, горячие пироги и имбирные пряники. У причала баржа разгружала бочки с улитками-литторинами, крошечными съедобными морскими улитками, которых нужно было выковыривать из раковин булавкой, и какой-то мужчина уже варил их в ведре на угольном огне. Хорнбим отказался, но Риддик купил кулек улиток, сбрызнутых уксусом, и ел их на ходу, бросая пустые раковины на землю.

Они с Хорнбимом обошли весь район. Они заглядывали в таверны, игорные притоны и бордели. Пабы были очень простыми, с грубой самодельной мебелью. В основном там продавали эль и дешевый джин. Ирландцев за игорными столами не было, для этого у них было недостаточно денег, предположил Хорнбим. Белла Лавгуд, которая постарела, теперь была хозяйкой собственного заведения, и четверо или пятеро молодых ирландцев были там, терпеливо ожидая своей очереди к девушке. В доме Калливера ирландцев не было, без сомнения, потому что для фабричных рабочих это было слишком дорого.

К тому времени, как они вернулись к «Бойне», солнце начало клониться к реке, и выпивающие становились все шумнее. Посыльный ждал их, чтобы сообщить, что лейтенант Дональдсон собрал три роты.

— Держись рядом со мной, — сказал Риддик, — может будет еще одно сообщение.

Настроение в таверне было буйным, но признаков напряженности не было. Риддик взял еще одну кружку, а Хорнбим — бокал мадеры, и они вынесли свои напитки на улицу, где воздух был еще теплым, но свежее. Хорнбим начал чувствовать, что все будет в порядке.

Кое-кого из взрослых начинали раздражать дети. Они носились как угорелые, играя в догонялки. Время от времени кто-нибудь налетал на взрослого и тут же удирал, даже не извинившись.

— Не предложить ли людям держать своих детей в узде или, еще лучше, отвести их домой спать, — с беспокойством сказал Хорнбим.

Появился продавец имбирных пряников и стал продавать толстые ломти своего сладкого пирога выпивающим у «Бойни». Хорнбим увидел, как мальчик лет восьми выхватил кусок из рук молодой женщины и тут же сунул его в рот. Но он оказался недостаточно проворен, и спутник женщины схватил ребенка за руку.

— Воришка! — заорал мужчина.

Мальчик попытался вырваться, но не смог освободиться из его хватки и завизжал. Люди обернулись.

Хорнбим узнал в мужчине, державшем ребенка, Нэта Хэммонда, одного из молодых хулиганов, завсегдатаев «Бойни». Хэммонд уже два или три раза попадал к мировым судьям по обвинению в нападении.

Мгновение спустя к Хэммонду подошел ирландец и сказал:

— Оставь маленького Майки в покое.

Хорнбим услышал, как Риддик пробормотал:

— Ох, черт.

Хэммонд тряхнул мальчика и агрессивно спросил:

— Это твой?

— Ты отпустишь моего мальчика, — сказал ирландец, — или пожалеешь.

Риддик обратился к посыльному:

— Беги в штаб и скажи Дональдсону, чтобы живо вел сюда ополчение.

Маленький Майки, ободренный появлением отца, что есть силы пнул своего обидчика. Хэммонд вскрикнул от удивления и боли и, отпустив руку мальчика, хлестнул его по лицу. Ребенок упал на землю, из его курносого носика потекла кровь.

Отец бросился на Хэммонда и ударил его в живот. Когда Хэммонд согнулся пополам, ирландец сказал:

— А ну-ка, попробуй теперь ударить по носу меня, а не маленького мальчика.

Риддик взял Хорнбима за руку.

— Давай отойдем, — сказал он. Хорнбим проворно подчинился.

Пока они отступали, двое мужчин, один местный, другой ирландец, вклинились между дерущимися, желая их разнять, но тут же сами начали колотить друг друга. К ним присоединились и другие. Каждый начинал с попытки разнять дерущихся, и столь же быстро оказывался втянут в собственную потасовку. Некоторые женщины бросились на выручку своим мужчинам и тоже вступили в драку. Крики переросли в оглушительный гвалт, который выманил людей из «Бойни» и «Грязной утки». Продавец улиток пытался отогнать людей от своей бочки, но, поскольку для этого он пускал в ход кулаки, вскоре и сам оказался втянут в потасовку, а бочку опрокинули. Она покатилась, рассыпая по булыжникам улиток и разливая морскую воду.

К ужасу Хорнбима, в драке участвовало уже не меньше пятидесяти человек. Он посмотрел вдоль улицы, но не увидел и следа ополчения. Он отчаянно искал способ остановить это, но любое его действие или действие Риддика лишь вовлекло бы их в драку.

Это дискредитирует ирландских штрейкбрехеров и самого Хорнбима. Это была катастрофа, и, теперь он это видел, она расползалась по соседним улицам, выманивая людей из других таверн. Его могли даже заставить отправить ирландцев домой.

«Это порадует бастующих рабочих», — со злостью подумал он.

Наконец прибыл Дональдсон с ополчением. Некоторые несли мушкеты, но другие были безоружны. Дональдсон приказал вооруженным солдатам держаться поодаль от толпы с оружием наготове, а остальным арестовывать всех, кто дерется.

Хорнбим хотел бы, чтобы ополчение открыло огонь, но понимал, что это навредит ему еще больше.

Ополченцы начали вытаскивать людей из свалки и связывать их. Это возымело некоторый эффект, как увидел Хорнбим. Некоторые драчуны высвобождались из объятий противников и спешили убраться, пока их тоже не схватили.

— Мы должны свалить это на новый союз, — сказал Хорнбим Риддику. — Постарайся арестовать всех бастующих, каких увидишь.

— Я их в лицо не знаю.

— Тогда ищи