Собака Вера - Евгения Николаевна Чернышова

Евгения Чернышова

Собака Вера

Я слышу, собака произносит речь в стихах. Она так тихо плачет.

Александр Введенский, «Елка у Ивановых»

© Е. Н. Чернышова, 2025

© ООО «Издательство АЗБУКА», 2025

* * *

Всё.

Воздух в легких закончился. Ване хотелось упасть, но падать нельзя, он остановился отдышаться, оперся рукой об ограждение моста и согнулся пополам. Надо было выпить таблетку. Вдох – шум улицы на мгновение исчез, выдох – включился обратно, словно кто-то выкрутил ручку на максимум: шуршание шин, кричащие люди, музыка из динамиков на мосту, звук сирен вдалеке. Голова закружилась.

Где тот, что с ними бежал? Катя и Соня оказались на другой стороне дороги, а вот собачка несется прямо к нему.

Тузик, Найда, Барбос.

В детстве он бесконечно перечитывал справочник собаковода. Зачем? Собаку так и не завел. Просто юный ум был увлечен многообразием природы. Очень разные собаки – от меховой пушистой варежки до длиннолапой борзой. У кошек нет такого, все одного размера. Были. При чем тут кошки. Кто ты, чудовище?

Рекс, Джек, Дружок.

Боковым зрением он увидел черное, разлапистое, летящее. Далеко и близко одновременно. В легких болело и свистело.

Алабай, волкодав, тибетский мастиф? Слишком крупное, слишком ненастоящее, слишком злое. Ненависть моя к тебе безгранична, человек. И поделом.

«Теперь пусть хоть ногу откусывает, плевать», – мелькнула мысль.

Ко мне, Мухтар.

Рядом с визгом остановилась машина. Из нее выбрался человек, держа что-то тяжелое. Тяжелое легким движением перезарядилось. Человек превратился в великана, и шрам под глазом на мгновение оказался подсвечен мигающей новогодней гирляндой.

Великан делает два гигантских шага вперед и направляет ружье. Ненависть мчится в их сторону. Черное пятно с блестящими глазами. Животное. Млекопитающее. Спасающее. Спасенное. Уничтожающее. Уничтожаемое.

Ваня бросается на великана, великан недвижим и громаден, но рука меняет положение, ружье целится то в окна, то в звезды. Кто-то помогает Ване, кто-то одним толчком делает великана уязвимым, тот обмякает, вместе они рушатся на ограждение моста, потом небо, застыв на мгновение, резко переворачивается. И они летят вниз.

Глава 1

2017

Дом печати

– Вот тут будет сцена. Оттуда – выход на сцену. Здесь, где колонны, сделаем кулисы, там – подсветку. Давайте осмотрим зал, поймем, что есть и чего не хватает. На подготовку у нас чуть меньше двух месяцев. Познакомьтесь, кто с кем еще незнаком.

– Гриша.

– Коля.

– Таня.

– Света.

– Петя.

– Рома.

– Леша.

– Алена.

– Марина.

– Ваня.

– Соня.

– Бюджет выделили: хватит на костюмы, немного на реквизит и всем понемногу на гонорары. Ваня, мой давний дружище, поможет со звуком.

– А вы слышали, что здесь, рядом с Фонтанкой, недавно ночью собаку видели?

– Ерунда.

– Ну не знаю.

– А чего не лошадь?

– При чем тут лошадь?

– При том, что так же фантастично звучит.

– Может быть, человек просто перебрал. И не такое можно увидеть.

– Говорят, есть фотографии.

– Говорят, говорят… Давайте о деле поговорим. Ванек, посмотришь, как тут все?

– Конечно. А что-то музыкальное планируется?

– Да, небольшое джазовое сопровождение.

– А конкретнее?

– Саксофон, контрабас, пианино. Хотим попробовать без микрофонов. Чтобы было максимально близко к оригиналу, тогда техники, как сегодня, не было. Получится, как думаешь?

– Музыку точно будет слышно. Акустика хорошая. Тем более что концерты тут всегда проводились. А голос сейчас проверим. Отойду подальше.

– Что у нас по ролям?

– Сейчас, чуть позже все обсудим.

– А может кто-нибудь с того места, где будет сцена, что-то прочитать?

– Да, конечно, Ванек. Кто прочитает?

– Я могу.

– Давай, Сонь.

– «Дым табачный воздух выел. Комната – глава в крученыховском аде. Вспомни – за этим окном…»

– Ну что – как слышно?

– Отлично. Только не «крученыховском», а «кручёныховском».

– Что?

– Ударение, говорю, не там.

– С чего бы это, простите… Роман?

– Иван.

– С чего бы это, Иван?

– С того, простите…

– …Соня.

– С того, Соня, что фамилия у человека Кручёных, а не Крученых – с ударением на «ы».

– Какая ерунда.

– Ну да, конечно. Тогда и все, что мы делаем тут, – ерунда.

– Ванек, какое на хрен ударение. Звук как? Слышно все точно?

– Более-менее.

– Ну а ты сам-то попробуй с твоим ударением произнести.

– Сонь!

– Да пожалуйста.

– Вань!

– Дым табачный воздух выел. Комната – глава в кручены… крученых… крученыховском аде.

– Ну вот. Не очень работает доказательство.

– Я и не планировал доказывать.

– А что планировал?

– Ваня, Соня, ребят, может, угомонитесь уже? У нас времени не так много.

– Давайте еще что-нибудь. Я дальше отойду.

– «Дай, Джим, на счастье лапу мне…»

– О боже, это что, про собаку?

Глава 2

2017

Костя

25 августа 2017

Я полюбил ее, потому что она спасла зонтик. Ее зовут Катя.

За прошлую зиму Катя потеряла семь перчаток. Синюю, полосатую оранжевую, черную, еще одну полосатую оранжевую (я сложил пару), серую с продырявленным указательным пальцем, еще синюю (опять пару сложил), желтую и вторую желтую, но пару не сложишь, потому что это совсем другой желтый, какой-то не желтый совсем, а коричневый.

Катя для меня не просто так. С ней мне хотелось бы поговорить. Когда-нибудь. О чем-то настоящем, а не болтовня очередная. Конечно, не сегодня. Надо собраться с духом. Давай завтра, говорю я себе. Каждый день говорю. Вот уже двести восемьдесят четвертый день, когда вечером я сам себе сообщаю: еще один день, когда ты так и не заговорил с Катей.

27 августа 2017

Один новостной сайт опубликовал подробный план, как горожане будут устраиваться в питерском метро после того, как… ну, произойдет то, чего все боятся. Все получается не так уютно, как в детской книжке, где под землей у мышки норка и в ней запасы, ягодки сушеные, все дела, и круглое окошко. У меня была такая книжка в детстве. Ну и что, теперь мышки только в сказках и остались.

Многие вообще считают, что все в метро просто не поместятся. Дальше следуют леденящие душу подробности на эту тему.

Низкое небо нависает над опустевшими домами.

Дождик, переставший быть грибным, сквозь провалившуюся крышу поливает мировые шедевры Эрмитажа: подгрызает золоченые рамы, слизывает цвет с полотен Рембрандта, стирает в песок римские скульптуры.

Нева выходит из берегов и полоскает скамейки Летнего сада.

Я специально нашел в интернете самые романтичные из вариантов будущих событий, эдакие кадры из постапокалиптической киношки. Нет у меня