Трэш. #Путь к осознанности - Валентина Хара

– Хорошо! Я постараюсь. Но не обещаю ничего. Если ты думаешь, что найдешь кого-то лучше меня, – ты ошибаешься! Запомни! Всем нужны только бабки! Поначалу, конечно, все притворяются, что нет, а потом начинается! Я точно знаю! Я с девчонками общаюсь, и они мне рассказывают кучу историй.

На следующее утро, придя в офис часам к одиннадцати, Олег обессиленный упал в свое кресло. Ничего не хотелось делать. Даже чай заваривать лень. Единственное, что влекло его, – кнопка включения системного блока.

Он нажал ее.

Софи:

– Олеж, мне так хочется к тебе… Все делаю на автомате, задача есть – выполняю. Я трачу восемь часов в день (это только на работе), чтобы получить не пойми что и делаю непонятно ради чего. Восемь часов жизни уходят в никуда, а я могла бы быть рядом с тобой… Дарить тебе любовь и счастье… Понятно, что мы не смогли бы сутки напролет быть вместе, но тем не менее… Знаешь, я сегодня ехала с надеждой, что мне скажут – пиши заявление на увольнение… Понимаю, что я последний человек в отделе, кому так могут сказать, но так хотелось… Я бы тогда точно в Питер на недельку срулила… Или на всю жизнь. Олеееежечка… Как же хочется к тебе. Смотреть из дверного проема на лестницу и знать, что ты поднимаешься…

Знаешь, так забавно было после того, как поезд отъехал. Я просто, когда с тобой, ничего вокруг не замечаю, а как только поезд тронулся – началось возвращение в матрицу, я увидела, сколько еще людей на перроне, и поняла, что они смотрели на то, как мы прощаемся… как я сидела на сумке, как рисовала на окне сердечко, мои глаза, после того как поезд тронулся… Они, знаешь, как будто бы кино смотрели, потому что, как только я повернулась лицом к вокзалу, у меня включились рецепторы, я услышала все звуки (оказалось, было шумно), увидела все цвета и людей вокруг… они все молчали, молчали и просто на меня смотрели, как будто хотели узнать продолжение истории…

Олег:

– У меня было похожее состояние… Но немного наоборот, как в «Пунктире». Я не видел сидящих в поезде людей, а видел лишь застывшие манекены. У меня было ощущение, что я один живой, на весь поезд…

Но с каждым часом приближения к Питеру я все больше становился похожим на них…

Софи прислала ему фотографию с рекламного плаката, который они видели в аэропорту и на которой были изображены две играющие друг с другом девчонки лет трех. Еще там, в аэропорту, Софи сказала Олегу: «Представляешь у нас была бы такая же». – «Даже не представляю!»

На следующем кадре были фотографии вкладышей от жевательных резинок «Love Is…», которые она сохранила. А на следующем их билеты на самолет Йошкар-Ола – Москва. Как сентиментально и мило. Подпись к фотографиям гласила: «Love is… Билетики и Олеговны))). Так здорово))))»

Олег закрыл почту и выключил компьютер. Он вышел на улицу и взял себе кофе в бумажном стаканчике. На пешеходной зоне, рядом с бизнес-центром, рос огромный тысячелетний дуб. Подумать только. Он здесь рос еще тогда, когда и Питера-то не было даже в планах…

Олег набрал номер Армена.

– Братка, привет!

– Здоров! Ты чего такой лиричный?

– Ара, друг, не знаю, что делать… Хочется все бросить и уехать, уйти.

– А… Ромео ты наш. К тебе, похоже, подкрался кризис среднего возраста. Погоди-ка. Нарубишь сейчас дров.

– Да понимаешь… Я так больше не могу. Хочу быть с Софи. Но не понимаю, как быть. Ведь дети. Я их люблю.

– А что Софи? Она-то хочет что-то менять в жизни? Я ж понимаю, она тоже не совсем свободна, как бы это помягче сказать… Муж у нее и ребенок. С этим-то как?

– Да она готова приехать в Питер. Мне так кажется.

– Ну и хорошо. А Катю-то и детей не обязательно оставлять.

– В смысле?

– Ну, если она готова и так приехать… Понимаешь? А там как-то образуется. Станет понятно.

– Фух. Вроде полегчало.

– Да у тебя просто голова перегрелась от всей этой истории. Расслабься. Хочешь, в гости на выходные приезжай.

– Ох. Да, спасибо, братка.

– Да не за что… Ты только оцени свои финансовые возможности. Потянешь ли ты две семьи-то поддерживать.

– Добро.

Олег положил трубку и выдохнул. «Ведь и вправду. Зачем принимать решение прямо сейчас? Как-то само, может, и образуется…»

День. Софи наверняка на работе. Олег набрал ее номер.

– Софи, любимая, привет!

– Олеж! Привет, любимый! Как же я рада тебя слышать! Твой голос.

– Софи, мне важно тебе кое-что сказать…

– Что-то случилось?

– Нет. Знаешь. Не случилось. Я просто хочу сказать тебе две вещи. Во-первых, я жду тебя в Питере. Как бы ты ни приехала. Одна или с сыном. Я позабочусь о тебе. А во‑вторых… Софи… Я не хочу сейчас уходить из семьи. Я не готов. Дети. Очень люблю их. Даже не могу представить, как они без меня. Ты готова приехать в таком случае?

Софи не отвечала. Было слышно, что она тяжело дышит или плачет.

– Хорошо. Олеж. Я все понимаю… Не могу говорить. Напишу тебе чуть позже.

Олег понял, что не хочет возвращаться в офис. Он пошел прогуляться вдоль реки Карповки, что протекала неподалеку. Ее спокойные темные воды действовали успокаивающе. То и дело Олег проверял смартфон… И вот наконец-то долгожданное письмо…

– Олеж… «перевариваю» наш разговор. Мысли несутся со скоростью света. Прости, если расстрою тебя тем, что сейчас скажу. Ты, конечно же, снес мне голову, и я способна сейчас на многое ради тебя. Я действительно сегодня и вчера думала о том, как стать к тебе ближе. Как уехать в Питер. Как забрать Теда. И, повторюсь, единственное, что меня сейчас останавливает, это то, что я хочу быть уверена, что смогу себя и ребенка обеспечить… По поводу твоего вопроса о том, останусь ли я с тобой, если ты при этом так и будешь жить с Катей? Олеженька. Сейчас я могу ответить только одно, что, конечно, останусь. Но во‑первых: я не хочу тебе врать, сейчас я готова на это. Но смогу ли я жить так всегда… Видя каждый день, как ты снова и снова уходишь… И во‑вторых: я хочу, чтобы ты понимал, как тяжело это будет. И тебе тяжело будет не меньше, чем мне. Ты будешь разрываться, а я сходить с ума оттого, что ты все равно там… Я очень хочу от тебя ребенка, ты знаешь. Но рожать, зная, что ты не