Любовь со вкусом лета - Сильвия Лайм

Потянувшись к вожделенной плитке на верхней полке, Лина мысленно выругалась на свой низкий рост, пытаясь кончиками пальцев поддеть толстый квадратик Ritter Sport и недоумевая, кто вообще кладет шоколад так высоко?

В результате этой непростой операции шоколадка соскользнула с насиженного места и весело полетела на пол, словно пыталась ускользнуть из цепких загребущих ручонок неудачницы. Вздохнув, Лина наклонилась, не желая выпускать желанную добычу, обхватила яркую упаковку, как вдруг… ее пальцы столкнулись с чьей-то широкой мужской рукой.

Рука подняла шоколадку. Лина медленно выпрямилась, хмурясь и мрачно скользя взглядом по дорогой кожаной куртке, по черному поло, которое сидело идеально. До тех пор, пока не встретилась глазами с Рафаэлем.

Он стоял напротив, высокий, какой-то дерзкий и еще более наглый в этом простом повседневном виде. Смотрел на нее сверху вниз… и глаза его, голубые-голубые, казались еще ярче на фоне черной одежды.

Он держал в руках ее сладкое лекарство от уныния и смотрел так странно, так напряженно. Словно она опять сделала что-то не так.

Стало ужасно неловко. Как она выглядит вообще? Кажется, выбегая из дома в полном расстройстве, она даже забыла посмотреть в зеркало…

Лина отвернулась.

– Кажется, это ваше? – произнес Рафаэль бархатным низким голосом. Тем самым, каким он вдруг заговорил с ней тогда, когда его ладони касались ее бедра.

Ох…

До вчерашнего дня этого голоса она у Рафаэля не слышала. А теперь он уже вряд ли когда-либо выветрится у нее из головы. Так и будет звучать снова, и снова, и снова…

Лина прикусила губу и начала стремительно краснеть, хотя со стороны для этого не было ни малейшего повода. И от этого факта неловкость только росла.

– Лина? – вдруг чуть хрипло переспросил он. – Может, будем общаться на «ты»?

И все.

Она пропала.

Глава 10

Печенье с апельсином

Лина

Они двигались между продуктовыми рядами и разговаривали. В это было сложно поверить, но теперь разговор между ними лился так легко и желанно, как кола с лимоном и кубиками льда в знойный день.

Магазин внезапно показался Лине до смешного маленьким. Ей хотелось, чтобы эти стеллажи с консервами и крупами растянулись в бесконечный лабиринт, лишь бы продлить эту странную прогулку. Рафаэль шел рядом, и напряжение между ними сменилось легкой непринужденностью, а затем любопытством, которое возникает между людьми, отмеченными взаимным притяжением. Когда тебе вдруг хочется узнать про собеседника все на свете. Что он ест, чем интересуется, о чем мечтает.

Когда в один прекрасный момент ты просыпаешься утром и понимаешь, что хочешь этого всего настолько, что готова вскрыть его грудную клетку, залезть туда, а затем закрыть дверцу ребер на золотой ключ. И жить там всегда, где-то возле его сердца.

Осознать это было страшно.

– Я зашел за печеньем, – спокойно проговорил он, махнув головой на полку со сладостями. – А затем прямо на ходу схватил упаковку печенья с апельсиновым желе.

Лина посмотрела на него так, словно он только что признался в банковской краже.

– Ты зашел просто за печеньем? – А затем прежде, чем она успела подумать, добавила: – Честно говоря, я эту фирму тоже обожаю. Но никогда не беру, чтобы не превратиться в героиню «Дневников Бриджит Джонс».

Она неловко усмехнулась, почувствовав, как в очередной раз жар прилил к щекам.

Но Рафаэль вдруг усмехнулся в ответ.

В животе у Лины запорхали бабочки.

– Бриджит была очень даже ничего, между прочим, – проговорил он. – А вот ее выбор партнеров, откровенно говоря, оставлял желать лучшего. Классический случай бегства от стабильности в поисках эмоциональных американских горок.

– Ты смотрел «Дневники Бриджит Джонс»? – ахнула она, округлив глаза.

Это был довольно старый фильм, рассчитанный в основном на женскую аудиторию за тридцать. И, выдав свою шутку про главную героиню, Лина даже предположить не могла, что Рафаэль поймет, о чем идет речь.

– А что в этом странного? – приподнял бровь он, как показалось Лине, с изрядной долей иронии.

– Ну как! На момент выхода фильма тебе должен был исполниться год! – выдохнула она, и ее тут же бросило в жар.

Прокололась.

– Ты знаешь, сколько мне лет, – констатировал он без капли вопросительного тона. Да и вообще без малейшей эмоциональной окраски.

Но Лине слышался в этой пустоте грохот рассыпающегося небоскреба.

– Ну… Я читала. Мне же нужно было отталкиваться от чего-то… В общем, я выбирала тему диплома и наткнулась на статью о тебе и твоем бизнесе.

Рафаэль качнул головой, глядя куда-то вперед. Его лицо мгновенно стало серьезным. Может, он опять решил, что она какая-нибудь сталкерша, которая вздумала приударить за миллионером, едва распознав в нем оного?..

Чтобы перевести тему и разрядить внезапно возникшее напряжение, Лина выдохнула:

– Ну раз ты такой профи в психологии Бриджит Джонс, расскажи мне, чем плох мистер Дарси?

Каменная маска дала трещину.

– Что? – переспросил он, снова посмотрев на нее и явно не сообразив сперва, о чем речь. Голубые глаза блеснули, и Лина мысленно похвалила себя за успешный маневр.

– Ты сказал, что выбор партнеров у Бриджит никудышный. И частично я соглашусь. Дэниэл – очевидно неудачная партия.

Рафаэль сдержанно кивнул, проговорив:

– Страсть, построенная на неврозе и незрелости, – долгоиграющий рецепт для катастрофы.

Лина набрала в легкие побольше воздуха:

– Хорошо, тут, как я и сказала, даже не о чем спорить. Но как насчет мистера Дарси? Он же был идеальным решением для Бриджит. Стабильный, спокойный – как и мечтала героиня. С таким как за каменной стеной, разве нет?

Боже, они разговаривали о старой мелодраме… В продуктовом магазине!

А она чувствовала себя так, словно вела чуть ли не самый интересный разговор в своей жизни.

Что с ней случилось?..

– Различие в характерах, – проговорил он уверенно, словно бы ничуть не тяготясь темой беседы. – Марк – карьерист, бо2льшую часть времени просиживающий на работе. Он сдержанный, немногословный, с избегающим типом привязанности. А Бриджит – импульсивная, эмоциональная, неуверенная в себе. Бриджит легко поверила, что Марк не дорожит ею и изменяет, а Марк скорее страдал от расставания, чем убеждал Бриджит в обратном. Они совсем не созданы друг для друга.

Рафаэль хоть и не улыбался, но теперь создавалось впечатление, что его прочная маска чуть сдвинулась, обнажая настоящего человека.

Лина улыбнулась.

– Как насчет того, что противоположности притягиваются? Получается, ты думаешь, что это не так.

– Они, может, и притягиваются, но рассматривать такое притяжение на долгосрочную перспективу не стоит, – быстро ответил он. –