Скрывая себя - Мария Клепикова

Внимательно посмотрела на парня. А ведь ты тоже ничего, красивый даже, по-своему. И почему я раньше на это не обращала внимания в таком ключе?

— Эй, а ты чего так покраснел? Ревнуешь, что ли? — Никита шутливо посмотрел из-под бровей.

Я спешно отвернулась и покачала головой, мол, ничего. Ещё не хватало, чтобы он заподозрил неладное.

— Ладно, не парься. Я на чужое не падок. Кстати, букет-то купил? — наконец спросил Никита о главном.

Я сходила на кухню и показала цветы в трёхлитровой банке (вазу так и не нашла).

— Клёвый. Ладно, я на работу пошёл, покедава.

Никита ушёл, а я всё никак не могла забыть его слова. Если бы могла быть сейчас девушкой, как могли сложиться наши отношения, могли бы мы стать парой? Я посмотрела в зеркало и представила парня рядом с собой, но… Я ведь сама — парень. Что ему скажу: «Привет, Нацу, знаешь, а я девушка. Давай встречаться». Ведь только буквально вчера мы в шутку смеялись на эту тему…

А если взаправду?

Нет, он ни за что не поверит: скорее всего накричит и прогонит.

Что же делать? Как быть? Ай, совсем запуталась! Хочу снова стать девушкой, мне надоела эта маскировка!

Погружённая в свои мысли, слоняясь из угла в угол, я иногда выплёскивала эмоции протиранием, и без того чистых, полок и полов, а так же просмотром новых серий любимого аниме. Я даже не заметила, как вернулся Никита. Мы приоделись и, взяв подарки, пошли поздравлять Оксану.

Я тайком посматривала на парня: симпатичный, мужественный, от него так и веяло силой. Мне так захотелось взять его за руку и прижаться, но нельзя. Так, изредка вздыхая, я и плелась за Никитой, пока мы не дошли до частного сектора. Максим ожидал нас у калитки двухэтажного дома своей девушки. Родители Оксаны ушли к соседям, дабы не мешать молодёжи.

Здесь уже были подруги детства именинницы: Даша, со своим мужем Германом, и две очаровательные сестрички — Лера и Варя. Изначально девушки должны были прийти со своими парнями, но те не смогли из-за внеплановых съёмок. Что удивительно, оказалось Герман — друг детства Никиты, и именно тот, к которому парни недавно ходили. Надо же, как мир тесен.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Праздничный стол был размещён на открытой веранде и ломился от угощений. Оксана ещё тот массовик-затейник, приготовила для всех много различных конкурсов, и я развлекалась, как могла. Мы участвовали в самых разных играх, в том числе и в «Короле»… Правда, правила были немного другими, но не суть. Каждый написал пару пожеланий; мы бросали записки в холщовый мешочек, а «король» доставал для своих «подданных» приказы.

Никите выпала честь одеться девушкой и станцевать на столе.

Вфу-ух, повезло! Не надо было ржать над бедным Витькой — теперь я буду веселиться!

Мы все держались за животы от открывшегося зрелища: парень, одетый в цветастое платье Оксаниной бабушки с бусами и соломенной шляпкой на голове, отплясывал чечётку, подмигивая направо и налево. Даша должна была исполнить стриптиз, но Герман возмутился и взял на себя сей подвиг: эротично, в такт музыке, он снял рубашку, обнажив рельефный торс, но дальше уже жена протестовала. Я изображала животное, которое остальные должны были угадать. Сёстры сочинили сказку. Максим должен был поцеловать Оксану, но, думаю, все догадались, что желание было подстроено; и всё равно было очень мило.

Вторые пожелания были более обыденными. Но вот мне не повезло: нужно было поцеловать сидящих рядом со мной. И если Дашу я без застенчивости чмокнула в щёчку, то на Никиту боялась даже взглянуть. Лера вызвалась заменить меня, но остальные были против — правила есть правила. Ага, только почему-то на супругов Германа и Дарью это правило не распространилось!

Я сидела красная, как рак; присутствующие приняли это за неловкость. Пока я думу думала, Никита сам чмокнул меня и игра продолжилась.

Мало-помалу сгустились сумерки, и участок с верандой осветился многообразной подсветкой. Особенно мне понравились шарообразные фонарики вдоль дорожек, ведущих к альпийской горке. Девочки весело щебетали в стороне, а парни, в том числе и моя персона, развлекались армрестлингом.

Наблюдать за состязаниями мужчин — приятное зрелище, скажу я вам. Мускулистые руки были напряжены: прелесть-то какая! Но когда мне предложили поучаствовать, то благоразумно отказалась. Не прокатило — ребята разрешили мне соревноваться двумя руками. Никита приготовился.

Ну, попытка не пытка — для удобства я даже закатала рукава по локоть. Схватив парня за руку, стала бороться и, о чудо, начала его заваливать! Счастливая, предвкушала скорую победу, но Никита, слегка дёрнув свою руку вниз, пошёл на попятную, и теперь он вёл мои руки.

Э нет, брат, так не пойдёт: плевать на все правила — я навалилась всем корпусом на его руку!

Нет, нет, нет!

Меня всю уложили одной левой, точнее правой. Как же обидно, я так старалась, а Никита ржал, как конь:

— Это тебе не смычок держать. На твой день рождения подарю гантели… детские!

— Точняк, у Витька даже мышцы не напряглись, прям как у девчонки, — внёс свою лепту Герман.

«Зато я вкусно готовлю!» — обиделась я.

Хотя ведь мужчины не со зла смеялись: не всем же быть сильными — они это понимали.

В знак примирения Герман притащил три кружки пива и сок себе. Я отказалась, замахав руками, но Максим напомнил мне про «должок». Что делать, пришлось пить.

Горькое, зараза. Я давно не пила спиртное, да и не любила это дело, и, поэтому, вскоре почувствовала лёгкое опьянение. А потом послышалась нежная музыка и Оксана объявила медленный танец. Все разбились на парочки; Варя пригласила меня. Нет, на сегодня хватит изображать из себя парня — я устала, перебор.

Откланявшись, демонстративно плюхнулась на скамейку у стола, а девушка, надув губы и буркнув, что я «скучный», присоединилась к своей сестре, и теперь они на пару извивались перед Никитой. А ему что, плохо что ли: две девушки чуть ли не в открытую предлагают себя.

Я психанула и налила себе чего-то. Чуть погодя, рядом уселся Герман:

— Эй, Вить, чего сидишь хмурый?

Я, позабыв, что меня не слышат, стала возмущаться наверняка уже заплетающимся языком:

— Ничего я не хмурая. Представляешь, ещё днём говорил, что я ему нравлюсь, а сейчас с другими девками обжимается, кобелина.

— Вить, я не умею читать по губам — напиши лучше.

Куда там «напиши», лучше налью себе и тебе ещё. Я разлила по бокалам остатки из тёмной бутылки.

— Нет, спасибо, парень, мне нельзя