Фотостудия «Радуга» - Ким Чжэхи

Ан Донхи тихо вздохнула, когда камера надолго переключилась с неё на Ра Сонён.

Ей уже за пятьдесят, и на лице, на лбу, вокруг глаз и рта появилось много морщин.

Сколько бы она ни обращалась к косметологам и пластическим хирургам, чтобы сделать подтяжку, со временем кожа обвисала, и невозможно было вернуть лицу прежнюю живость. Естественно, ее эфирное время урезали в пользу младших коллег и ставили эфиры в утренние часы, но даже так экранное время Ан Донхи сокращалось из-за подпирающих ее снизу новичков. Дело постепенно шло к ее увольнению.

В то утро, закончив работу, она понуро побрела домой. Обычно Ан Донхи ездила на машине, но в последнее время на ее содержание уходило много денег, поэтому она продала авто и ездила на метро. В общественных местах женщину уже почти никто не узнавал.

Выйдя из метро по пути домой, она увидела кафе. На оранжевой вывеске большими буквами было написано «Радуга».

Промокшие от дождя кроссовки противно хлюпали. Что-то словно потянуло ее внутрь. Женщина хотела спокойно выпить чашечку кофе в одиночестве.

Уже собираясь войти, она заметила табличку с надписью:

Круглосуточная фотостудия самообслуживания «Радуга»

Ан Донхи открыла дверь, осмотрелась и села за столик, на котором лежала тетрадь. На ней было написано, что, если оставить интересную историю, можно поучаствовать в фотосессии.

Поискав информацию в интернете, Ан Донхи нашла несколько постов о том, что у людей исполнялись желания после посещения «Радуги». Была даже история о мужчине, который из-за разочарования в любви начал фанатеть по Папараре, но восстановил самооценку и снова стал доверять окружающим. Ан Донхи с долей сомнения принялась писать длинный текст.

Я занимаюсь делом, в котором признание приходит только за результаты, поэтому работаю двадцать четыре часа в сутки. Даже засыпая ночью, я думаю о том, сколько продам завтра. Объем продаж полностью зависит от меня. У меня нет ни детей, ни мужа, поэтому и в выходные, если срочно нужно, я могу выйти на работу. Я мечтала попасть на это место. Конечно, конкуренция была высокой, но я смогла пробиться, и даже обучение новому приносило мне удовольствие. Но постепенно, спустя десять лет, я начала чувствовать усталость и сомневаться в том, что мне нравится эта работа. Прошло еще десять лет. Сейчас пропал какой-либо интерес к тому, чем я занимаюсь, и продажи перестали расти. Мне все еще нужно отдавать деньги с зарплаты родителям, и что мне делать? Младшие коллеги гораздо лучше меня. Когда я смотрю в зеркало, вижу морщины и обвисшую кожу. Я хочу никогда не стареть. Специфика моей работы заключается в том, что старение приносит убытки. Неужели нет способа остановить этот процесс? Я делала пластические операции и лазерные процедуры в косметологических клиниках, но с каждым днем лицо теряет упругость. Оставлю здесь мои контакты для связи. А мое желание – никогда не стареть. Ни телом, ни душой, ни умом в отношении работы. Помогите, пожалуйста.

Спустя неделю Ан Донхи вспомнила об оставленной истории и зашла в «Радугу» ночью. Она открыла «Радужную тетрадь» и нашла свою запись. Под текстом женщина увидела чью-то приписку.

Это владелица «Радуги». Обещаю, если я вас сфотографирую, вы никогда не постареете.

Я свяжусь с вами. Для этого еще раз отправьте ваши контакты на мою почту.

Ан Донхи немедленно отправила электронное письмо со ссылкой на свой аккаунт в Instagram. Она попросила написать ей в личные сообщения. Эта страница никак не относилась к телемагазину, поэтому женщина подумала, что владелица фотостудии не сможет узнать ее вид деятельности. Ан Донхи и в прошлом, и сейчас не была особенно успешной ведущей, а теперь ей даже пора на пенсию.

Если бы только можно было не стареть… Если бы не появлялись новые морщины, может быть, она смогла бы продолжить свою карьеру.

Вскоре Ан Донхи получила сообщение с просьбой прийти в «Радугу».

В назначенный день Ан Донхи планировала после работы отправиться в студию. Женщина возвращалась домой, глядя в окно вагона метро на закат. Зайдя в квартиру, она переоделась в легкую одежду и направилась на встречу.

По прибытии в «Радугу» она увидела Ёнчжу и Сугён.

Взглянув на Ан Донхи, Сугён удивилась:

– О? А вы, случайно, не знаменитость?

– А, так вы меня знаете. Да, я веду шоу в телемагазине.

– Мне кажется, я вас где-то видела. Моя мама постоянно включает каналы телемагазинов, она говорит, что ей приятно, когда ведущие обращаются будто к ней напрямую.

– Ха-ха, домохозяйки часто смотрят подобное.

Сугён принесла кофе, а Ан Донхи поблагодарила ее за такой жест, слегка склонив голову.

– Правда ли… –  дрожащим голосом начала Ан Донхи. –  Правда ли можно остановить старение? Или хотя бы немного вернуть прежнее лицо всего лишь с помощью фотографий?

Ёнчжу кивнула.

– Если будете следовать моим рекомендациям, то это возможно.

– Вы же не собираетесь продавать мне диетические продукты или коллагеновые добавки, верно? –  с сомнением переспросила Ан Донхи. –  Я много рекламировала их по работе, но эффект от них небольшой, и старение они не останавливают.

Сугён беспокойно посмотрела на Ёнчжу.

Безусловно, она исполнила желания Со Ёнчжон и Им Чжинсона, но Ёнчжу не обладала каким-то волшебством или сверхспособностью. Просто дела естественным образом шли в том направлении, в котором хотели посетители. Но естественные изменения организма –  это другое, не так ли?

«Радуга» ведь не клиника пластической хирургии, невозможно остановить старение. По крайней мере, только с помощью фотографии.

Ан Донхи поделилась занимательным рассказом, однако с первого взгляда повлиять на достижение ее цели казалось нереальным. Сугён бросила взгляд, полный смущения, на Ёнчжу, но та уже назначала дату фотосессии с Ан Донхи.

– В последнее время мне снятся странные сны. Например, вчера мне приснилось, что ребенок упал с высоты и я быстро повезла его в больницу, –  с тревогой в глазах произнесла Ан Донхи.

Ёнчжу молча слушала женщину.

– Но у меня нет детей. Я не замужем. Я посмотрела в интернете толкование снов, говорят, это значит, что меня ждут неудачи в работе. Знаю, что есть мои коллеги-ведущие, которых сначала отправили на должность обычного сотрудника в региональный офис, а потом и вовсе заставили уйти. Все они проработали год или два на складе, осознали, что больше не смогут появляться перед камерами, и подали заявления об увольнении. Почти нет возрастных ведущих, если они не топ-класса. В последнее время меня редко ставят в эфир, и то только