Песни для прекрасной - Марен Вивьен Хаазе

— Вау, — невольно вырвалось у меня, и губы сами растянулись в улыбке. Правда, отражение напоминало скорее Пресли Рен, чем меня саму. Хотя, может, это и к лучшему — взять за образец, хотя бы внешне, уже раскрученную звезду.

— Отлично, — внезапно раздался голос Тайриза, чье лицо появилось в зеркале за моей спиной. — Ты выглядишь сногсшибательно.

Арт-директор Пенн, пристроившийся рядом, одобрительно кивнул.

— Да, с этим можно работать. Теперь волосы.

— Сейчас выпрямлю, — Бонни потянулась за утюжком.

Я нервно прикусила губу:

— А может, оставим кудри? Мне кажется, с ними будет лучше.

Пенн нахмурился и фыркнул, будто услышал глупую шутку.

— Не умничай, красотка. Дай нам делать свою работу, хорошо? Твоя задача — просто выглядеть на все сто сегодня.

Ты и умеешь-то только выглядеть. Больше ничего.

Как ножом по сердцу.

— Хорошо, но, может быть…

— Выпрямляем и точка! — он щелкнул пальцами в сторону Бонни. — Pronto!

[12]

[Живо! (ит.)]

Развернувшись, он ушел, бросив себе под нос:

— С каких пор новички стали считать, что они могут лезть со своими идеями?

Бонни молча взяла расческу и начала осторожно расчесывать мои волосы, пока я вцепилась пальцами в подлокотники кресла, не зная, что сказать. Мой взгляд метался то к ней, то к отражению Тайриза в зеркале, затем к выпрямителю, в то время как с каждым ударом сердца во рту становилось все суше. Поймав мой взгляд, Тайриз наклонился ко мне с ободряющей улыбкой.

— Не волнуйся, дорогая, ты будешь неотразима. Просто доверься нам, хорошо?

Я молча кивнула, сделала глубокий вдох и выпрямилась.

— Конечно. Все будет прекрасно.

Я натянула улыбку, хоть происходящее мне и не нравилось, но таковы были требования крупного лейбла, которым я обязана была подчиняться.

После того как мои волосы были выпрямлены и зафиксированы пятью тоннами лака и несколькими другими средствами, я вылезла из кресла и подошла к Джаз, которая уже махала мне рукой.

— Пора переодеваться! — объявила она.

Я с любопытством осмотрела сверкающие наряды на двух стойках.

— Что мне надеть?

— Вот

Ко мне подошла стилист и протянула две вешалки.

— Можешь переодеться в соседней комнате. Дай знать, если понадобится помощь.

Я сглотнула, когда взяла и осмотрела этот «намек на одежду». На одной вешалке висел черный пиджак, а на другой — серебристое блестящее бикини.

— Эм… а есть что-то… более скромное? — робко спросила я. — Может быть, шорты или что-то в этом роде?

Я всегда восхищалась смелостью девушек в индустрии, не стесняющихся показывать тело. Но теперь мне самой предстояло оказаться на их месте. Я любила свое тело, однако при мысли, что мои полуобнаженные фото разлетятся по интернету и появятся на обложках, меня затошнило.

— Давай сначала примерим эту одежду, — ободряюще сказала Джаз, сжимая мое плечо. — Увидишь, на тебе она будет смотреться просто потрясающе.

Я заметила, как Пенн бросил на меня раздраженный взгляд, считав мое стеснение. Собрав волю в кулак, я натянула улыбку.

— Хорошо, я… я пойду переоденусь.

Когда я вернулась в гостиную, накинув блейзер на свое полуобнаженное тело, Тайриз, стилист, Джаз и Пенн уже собрались в центре комнаты, внимательно следя за каждым моим шагом. Несмотря на принятие своего тела, такая открытость вызывала дискомфорт, только пиджак хоть как-то спасал положение.

— Вау, — восхищенно ахнула Джаз, широко распахнув глаза. — Ты выглядишь просто потрясающе! Этот образ — идеален.

Я нервно сглотнула, застыв перед ними.

— Не знаю. Бикини слишком откровенное.

— Давай посмотрим. — Стилист решительно расстегнула пиджак.

Сердце замерло. Я переминалась с ноги на ногу, избегая их оценивающих взглядов. Бикини едва прикрывало самое необходимое. Моя задница была полностью открыта, а грудь грозила вывалиться в любой момент.

— Мне кажется, это перебор. Ведь люди должны слушать мою музыку, а не…

Пенн приподнял бровь.

— Секс продается. Тебе стоит усвоить это сразу. Мне все нравится.

Тайриз одобрительно кивнул:

— Смотрится офигенно! Пресли была в чем-то похожем на прошлой обложке — фанаты обожали. Бонни нанесет блестящий лосьон — он скроет все неровности кожи. Результат будет потрясающим, дорогая!

У меня внутри все сжалось.

— Может, я надену шорты, подходящие под пиджак? Или что-то… более закрытое?

Взгляд Тайриза стал теплее.

— Не переживай. Ты выглядишь потрясающе и прекрасно справишься. Когда увидишь первые кадры — сама в этом убедишься. Можем попробовать другие варианты позже, но давай начнем с этого, хорошо?

Я кивнула, едва улыбнувшись.

— Хорошо.

Бонни подправила мой макияж, покрыла тело мерцающим лосьоном, после чего мы вышли на пустынный пляж прямо перед домиком. Легкий бриз играл с волосами, я услышала шум волн и глубоко вдохнула соленый воздух, готовясь к неизбежному. Я была рада, что кроме съемочной группы на пляже никого не было — лишние глаза в тот момент, когда нужно было выходить из зоны комфорта и позировать полуголой, мне точно были не нужны. Команда была достаточно большой, и вся та поддержка и поощрение, которыми они щедро одаривали меня, придавали немного уверенности в себе. Именно в ней я так нуждалась.

Сначала мы сделали несколько тестовых кадров, чтобы Джек, наш фотограф, мог согласовать действия со своим ассистентом, который управлял большим светоотражателем. Его задача заключалась в том, чтобы направить отраженный от облаков солнечный свет таким образом, чтобы освещение падало на меня правильно. Тайриз, Пенн, стилисты и Джаз тут же оценивали каждый кадр на небольшом экране, который мгновенно отображал фотографии после каждого щелчка затвора.

— Отлично, теперь подвигайся немного. Побегай по кромке воды, проведи руками по волосам, — командовал фотограф, лысина которого блестела не меньше моих покрытых блестящим лосьоном ног. Возможно, он пользовался тем же средством — кто его знает. Я никогда раньше не участвовала в профессиональных съемках. В подростковом возрасте мы с подругами пытались воссоздать фотосессии из «Топ-модель по-американски», но до профессионалов мне было далеко. Тем не менее девиз дня звучал так: «Притворяйся, пока не получится». Я должна была поверить, что справлюсь. Хотя бы на эти несколько часов.

Только не облажайся.

Я бездумно побежала по мокрому песку, чувствуя, как прохладные волны омывают мои лодыжки. То улыбалась в камеру, то снова старалась выглядеть серьезно. После каждого щелчка затвора я меняла позу — то смотрела прямо в объектив, то отворачивалась, как это делали модели на кастинг-шоу. Вытягивала руки, будто собиралась взлететь, запускала пальцы в волосы, слегка приоткрывала губы — играла с камерой, не понимая толком, что делаю. Главное — выложиться на все сто, чтобы меня не приняли за зажатую неумеху.

— Шикарно! Да-да,