Песни для прекрасной - Марен Вивьен Хаазе

— Что… что не так с моими волосами? — осторожно спросила я, чувствуя, как все тело напряглось. Да, мои кудри иногда бывали непослушными, но они были частью меня.

Тайриз скользнул взглядом по моим волосам, затем задумчиво постучал пальцем по подбородку.

— Мы могли бы их покрасить. Фиолетовый? Или синий? Что думаете?

Я широко распахнула глаза.

— Я… но… зачем? Я имею в виду…

— Розовые волосы Пресли имели огромный успех, так что это был бы логичный шаг. Я представляю что-то вроде полуночно-синего. Или, может, градиент? Или бирюзовый? — предложил Эндрю, склонив голову набок.

Холодок пробежал по моей спине, особенно когда я краем глаза заметила глупую усмешку Ривера. Полный идиот.

— Я бы не хотела красить волосы.

— Но ты же хочешь стать звездой, верно? — Джуди слегка наклонилась вперед, с надеждой глядя на меня. — Ты можешь нам доверять. Мы профессионалы в раскрутке артистов. А свежий образ, без сомнения, подчеркнет твою индивидуальность. У тебя такое нежное и красивое лицо. Мы можем сделать его еще выразительнее с помощью правильного цвета волос и стильной укладки, чтобы ты выглядела как настоящая звезда, а не просто милая соседская девушка.

— Понимаю, — сглотнула я, расправив плечи. — Но я не хочу красить волосы. Мне нравится мой медовый блонд и…

— Ладно, тогда сделаем мелирование. И выпрямим волосы, — перебил меня Эндрю. — Без ярких цветов, но хотя бы будет интереснее. Перестанет быть зверушкой.

Зверушкой?!

От неожиданности я чуть не уронила кофе.

Звучало так, будто я выглядела как Леонардо Ди Каприо в «Выжившем»: блуждала в диких северных лесах Америки с длинной бородой, боролась с медведем, а потом решила устроить битву с вшами. Я машинально провела рукой по кудрям, заправила прядь за ухо. Вообще-то мои волосы были далеко не так уж плохи.

— Я тоже за прямые, как у Пресли на первой обложке. Они цепляют. Остальные варианты обсудим в среду на месте, — пробурчал Тайриз, уткнувшись в телефон. — Что делаем с веснушками?

С моими веснушками?

— Скроем, — бросил Эндрю, приподняв бровь. — Не нужно, чтобы она выглядела слишком мило. Скорее немного бунтаркой.

— Э-э… — я заморгала. — Мне нравятся мои веснушки. Я не хочу их скрывать.

Тайриз отмахнулся.

— Вернемся к этому во время макияжа. А сейчас, раз уж ты звезда, тебе стоит засветиться на Родео-Драйв и прикупить пару дорогих вещей — поднять статус, чтобы люди воспринимали тебя как успешную.

Я кивнула.

— Хорошо, да… Как-нибудь заеду.

— Отлично. На сегодня все, — наконец заключил Тайриз, поднимаясь раньше остальных. Увидев, что я тоже встаю, он покачал головой.

— Нет-нет, ты что, забыла расписание? После встречи у вас с Ривером сессия.

Я сглотнула и снова опустилась в кресло.

— А, точно.

Я совсем забыла. Кажется, я намеренно вычеркнула это из памяти.

— Я буду за своим столом. Если что — звони или заходи, окей? — Джаз повернулась ко мне с ободряющей улыбкой.

Я кивнула.

— Хорошо. Спасибо.

Она и все остальные вышли; в переговорной остались только мы с Ривером. Его выражение лица становилось все суровее всякий раз, когда наши взгляды пересекались. Мы сидели друг напротив друга. Он был одет в черное худи и по-прежнему нервно постукивал ручкой по блокноту.

— Ну вот, мы снова вместе, — он тяжело вздохнул и выпрямился.

— Не представляю, как мы вообще запишем этот альбом после всего, что между нами было… Но, кажется, у нас нет выбора, если не хотим потерять контракты, — я закусила губу. Когда он снова посмотрел на меня, меня передернуло. Как такой придурок, как он, может выглядеть так привлекательно?

— Наверное, ты права. Однако я все оставил в прошлом и просто хочу жить своей жизнью. И желательно без тебя и твоего брата в ней.

— Отлично. Это взаимно.

Но внутри я знала — мне не хватало нашей дружбы. Мы прекрасно проводили время вместе, нам всегда было невероятно весело, и Ривер был тем, кому я могла рассказать все. Вот только я бы никогда ему в этом не призналась.

— Где будем работать? — я резко сменила тему.

В его глазах плясали злость и ненависть. И еще столько горечи, столько надменности… Раньше мне нравились эти карие глаза — теплые, открытые, полные надежды. А теперь в них читалась только ненависть, и мне хотелось стереть его из своей жизни раз и навсегда.

— Пошли, — буркнул он и встал, кивнув в сторону двери.

Я быстро схватила сумку с пола, перекинула ее через плечо и последовала за ним в ближайшую репетиционную комнату. Просторное помещение было залито солнечным светом, проникающим сквозь окно с видом на голливудские крыши. Интерьер был оформлен в светлых тонах с акцентом на яркую мягкую мебель.

Проведя рукой по лицу, я с недовольным стоном плюхнулась на огромный диван.

— Хватит вести себя, будто попал в свой худший кошмар.

— А я и попал, — мрачно буркнул он, опускаясь в дизайнерское кресло-яйцо.

— Ты правда думаешь, мне самой охота с тобой работать? Давай просто выжмем максимум из этой ситуации, ладно?

Ривер бросил на меня угрюмый взгляд.

— Видимо, придется.

Надув щеки, он шумно выдохнул.

— Раз уж мне не избежать этого мучения… — Достав блокнот, он начал что-то быстро записывать. — Тайриз обозначил темы. Может, у тебя есть дополнения или хотя бы пара строчек? Я быстренько напишу несколько песен к следующей неделе и избавлюсь от тебя.

Я фыркнула.

— Не сомневалась, ты засранец, но не знала, что такой самоуверенный. Думаешь, я позволю тебе самому писать мои песни? Что ж, жизнь полна открытий.

В темных глазах Ривера мелькнула тень высокомерия, когда он положил руки на колени.

— Твоя помощь мне точно не понадобится, — глупый смешок сорвался с его губ. Меня так и подмывало дать ему пощечину. — Если ты будешь писать вместе со мной, получится второсортная хрень — пустые, бездушные песенки, под которые только жопой трясти.

— Когда это я писала такую дешевку? Я всегда выкладывалась по полной, и ты прекрасно это знаешь. Ты был, черт возьми, всегда рядом, пока не решил все разрушить.

В моем голосе звучала не только злость, но и обида — он действительно уничтожил все, что было между нами. Я сузила глаза, не отрывая от него взгляда.

— Ты меня не выведешь из себя, придурок.

Он насмешливо приподнял бровь.

— А по-моему, у меня получается.

Я вцепилась ногтями в подушку. Спокойствие. Нужно сохранять спокойствие.

— Это только кажется. Но тот, кто слепо идет по жизни, думая, что ложь останется безнаказанной, явно не отличается проницательностью.

Он окаменел на мгновение, затем тяжело вздохнул.

— По крайней мере, я замечаю, когда что-то