Гражданин Еда Рассказы 2020—2021 - Алексей Константинович Смирнов

- Вы сказали, я пьян, - доброжелательно обратился к ней доктор.

- Извините, я ошиблась... Мне показалось. Просто вы так говорили, у вас такой разговор...

- Вы заявили это при свидетелях. И знаете, что будет дальше? А вот что. Сейчас я сдам кровь на присутствие алкоголя. Его там не найдут. После этого я навещу прокуратуру и подам на вас заявление. Я засужу вас за клевету. Вот так мы и разрешим это маленькое недоразумение, не сомневайтесь.

Подскочил главврач.

- Павел Иванович! Идите разбирайтесь в кабинет, тут люди...

Тот оглянулся: действительно, образовалась скромная аудитория.

- Идемте со мной...

Тетя заковыляла за ним, переваливаясь и причитая:

- Простите, простите!

В кабинете доктор мрачно сел в кресло. Ей не предложил.

- Не надо в прокуратуру, я вам заплачу!

Он молча написал на бумажке число и подтолкнул к краю стола.

- Бросьте в ящик стола. Собственноручно.

Трясущимися руками тетя расстегнула сумку, прижала ее обоими подбородками к толстой груди, выудила кошелек. Красная купюра порхнула в ящик.

- Ладно. Замнем. Ступайте домой и больше сюда не приходите.

Тетя исчезла, и доктор сладко потянулся. Взглянул на часы: отлично, рабочая смена закончилась. Он положил купюру в карман, вышел из кабинета, переоделся. Через две минуты он с удовольствием вдохнул морозный воздух. Кружились снежные хлопья. Премного довольный собой, доктор зашел в ближайший магазин и разменял бумажку, купил там чекушку. Вышел, откупорил и влил в себя прямо у крыльца. Закончив, осоловело глянул перед собой и увидел тетю. Она стояла и таращилась.

- Га!! - гаркнул на нее доктор, выпучивая глаза.

Тетя отпрянула, на льду поскользнулась, упала.

- Рука! Моя рука! Я руку сломала!

Подошли какие-то прохожие.

- Не трогайте, я врач, я сам, - оскалился доктор. - Сейчас будет первая помощь.

Подобающе подогретый, он поднял ее молодецким рывком и поволок, не отряхивая, обратно в клинику. Тетя выла.

В холле она продолжила выть.

- Он все-таки пьяный!

- Да, слушайте ее больше... Все уже в курсе!

Развернувшись, чтобы уйти окончательно, доктор шумно выдохнул. Прямо на главврача, который по своему обыкновению отирался поблизости и за всем наблюдал.

- Павел Иванович! Это чем же от вас разит?

- А рабочий день уже кончился, - внушительно ответил Павел Иванович. - И я -свободное, ничем не ограниченное лицо.

© декабрь 2021

Федор Фигурин

Федор Фигурин вышел из дома на пять минут. До магазина добежал за две. Купил макарон, хлеба, вспотевшее кольцо колбасы, банку сайры. Людей там было как обычно. Старые клячи рылись на кассе в кошелечках, выцарапывали рубли, чтобы получилось без сдачи; спортивный детина баюкал полторашку пластикового пива.

Фигурин в который раз подивился изобилию; ему казалось каждый божий день, что уж сегодня прилавки вычистят до состояния первобытной невинности.

Электричество отключили, но в остальном работало все, и нервно было в меру.

День повернул на вечер, близились сумерки. Еще светло, и до парадной рукой подать, но Фигурин все равно пошел очень быстро. Он весь напрягся, задышал мелко и часто, а губы плотно сжал, стараясь не сорваться на бег. Бежать тоже не следовало. Бегут неспроста и бегом привлекают внимание. Пакет вращался в руке, колотился в голень. И вот крыльцо, можно замедлиться; Федор остановился, выдохнул, нашарил ключ и обернулся - нет ли кого.

Кое-кто был.

Два полушубка вынырнули из-за угла. Один был без шапки и взопрел, да мучительно припадал на левую ногу. Второй тянул его за ватный локоть. У обоих были разбиты лица.

Двигались они тем не менее исключительно быстро, то есть именно бежали - и да, привлекали внимание Фигурина. Он отпрянул, внутри него многое похолодело, отстегнулось, разогрелось, упало, потекло. На миг забылись ключ и дверь.

Полушубки, перетянутые ремнями, не обратили на него внимания. Снег хрустел под берцами, как капуста. Они добежали до соседнего здания, куда и рвались. Один - а может быть, оба - знали код. Секунда, и за ними захлопнулась железная створка.

Пасмурный декабрьский покой не затянулся. Фигурин снова замешкался и в следующий миг увидел погоню. Толпой не назовешь, но ватагу. Человек восемь, и все раскраснелись; один был в пальто, и оно распахнулось, остальные - в куртках. Двое вооружены автоматами. Тот, что скалился впереди, сжимал арматурный прут. Пар клочьями вырывался из его огромного красного рта.

Поравнявшись с Фигуриным, отряд притормозил. Нехотя, роя копытами снег.

- Куда побежали? - выдохнул направляющий.

Взгляд у него был веселый, бешеный. С такими глазами могут обнять, а могут и вскрыть. Федор медлил секунды две, а показалось, будто пару часов.

Волна вдруг захлестнула его.

- Туда! - показал он рукой. - Вон дверь!

Погоня устремилась по следу. Тот, что спрашивал, наполовину развернулся, заскакал приставными шагами и крикнул Фигурину:

- С нами идешь?

Фигурин молча, не вполне отдавая себе отчет, спрыгнул с крыльца и поспешил за мужиками - мужики, плясало у него в голове, это дело хорошее, когда с мужиками. Он сохранял дистанцию, почтительно не причисляя себя к таким решительным, знающим свое дело мужикам.

Добежали, дернули дверь.

- Найдите, чем подцепить...

- Да вот же!

Предводитель попытался поддеть железную створку арматурой. Ничего у него не вышло.

- Автогеном...

- Не, звони всем подряд!

- Хер тебе кто откроет...

- Щас, погодите, - бросил один и направился к помойке.

На диво быстро он подобрал подходящий ломик. И даже успел повосхищаться:

- Как новенький, гляньте! Прямо везет.

- Небось специально и положили на такой случай.

- Кто? Дед Мороз?

- Снегурочка, епты! Суй сюда...

Они налегли со всей богатырской силой, и материал не выдержал. Железо, как ему и положено, сдалось под натиском бывалых мужиков. Дверь лязгнула. Створка позорно отомкнулась, унизившись до лопнувшей резинки в семейных трусах. Погоня потекла внутрь.

Фигурин не пошел. С пакетом, как был, он остался на тротуаре. Отступил на шаг, потом еще на два, заблаговременно определяясь в зрители. Из парадной доносились крики, стуки и нечто ровное, фоновое, какой-то звон. Федор не сразу сообразил, что это в черепе. Вскоре все это заглушилось топотом. Наметилось движение; силуэты стремительно, как на фотобумаге, оформились в объемные тела с торжествующими харями.

Беглецов выволокли наружу. Лица у них окончательно расплылись, но у хромого чуть меньше, и ему добавили в глаз.

- На березу их тащите, - скомандовал вожак.

Двое подволокли с помойки шифоньер, поставили его под