Обо всем и ни о чем - Хосроу Шахани

– Вот именно! И больше не приставайте ко мне, не мешайте работать! В противном случае, если только я дознаюсь, где вы куролесили все это время, чем занимались, тут же велю посадить вас задом наперед на двух ишаков.

Вижу, что упорствовать бесполезно. Знакомец наш видал виды, его ничем не проймешь!

– Да, братец, – говорю я Исмаилу, – господин начальник совершенно прав. Пойдем отсюда.

Вышли мы ни с чем и поплелись к гаражу раздобыть какую-нибудь колымагу, чтобы вернуться в Тегеран. Проходим мимо бакалейной лавки, смотрим – возле нее сущее столпотворение. Бедняга Исмаил подумал, что его машина отыскалась.

– Что случилось? – спрашиваем людей.

– А ничего особенного. Начальник отдела борьбы с наркоманией решил обыскать эту лавку, где, по его сведениям, запрятан терьяк. И вот сейчас господин начальник вместе с другими уполномоченными на то лицами роются в товарах. Ох, посадят они бакалейщика задом наперед на осла!

Исмаил печально взглянул на меня, шмыгнул носом и сказал:

– Дальше я идти не могу.

– Что же прикажешь делать?

– Вернемся к аге Сеиду Резе!

Последний клиент

Вчера вечером я решил пораньше вернуться домой. Закруглив все дела к половине восьмого, я купил вечернюю газету и на конечной остановке уселся в автобус. Автобус был полупустой, и шофер дожидался пассажиров. Вскоре ко мне подсел какой-то господин среднего роста в черном плаще. Чтобы попусту не терять времени, я развернул газету и стал просматривать заголовки: «Иранские спортсмены на азиатском чемпионате завоевали первые места», «В ближайшее время прояснится вопрос об оплате наемных рабочих», «Премьер-министр открыл павильон цитрусовых», «Ассигнования на третий пятилетний план увеличились на 620 миллионов риалов», «Вьетконговцы разгромили батальон американской морской пехоты». Дальше шли объявления и реклама: «Универмаг Рази предоставляет в ваше распоряжение самую лучшую канву за самую меньшую цену», «Моднейшие женские гарнитуры приобретайте только в магазине „Тавус-заде“», «Кинотеатр „Уран“ демонстрирует фильм „Битва под водой“».

Я собрался было сложить газету, как вдруг заметил, что мой сосед впился глазами в какую-то заметку и, кроме нее, ничего вокруг не видит.

– Ну что, трогаемся? – спросил водитель, взглянув в зеркало на пассажиров.

– Поехали! – ответил кондуктор.

Автобус тронулся, и толчок заставил моего соседа оторваться от чтения. Я воспользовался моментом, чтобы перевернуть страницу, но он вежливо попросил:

– Извините, пожалуйста, не разрешите ли мне дочитать?

– Ради бога, прошу вас!

Пробежав последние строки, сосед поднял голову и спросил:

– Вы читали это сообщение?

– Какое?

– Да вот! – Он ткнул пальцем в небольшую заметку и, не дождавшись ответа, прочел вслух: «Мировая рыночная цена на икру упала!» Затем, насмешливо хмыкнув, воскликнул: – Комедия! Что вы на это скажете?

Я взглянул на заметку, в которой говорилось о том, что в результате переговоров наших экспортно-импортных организаций с представителями международного консорциума по добыче икры решено снизить цену на нее с семидесяти пяти долларов за килограмм до семидесяти четырех.

– Можете дальше не читать, и так все ясно! – услышал я возмущенный возглас. – Скажите, пожалуйста, вы-то когда-нибудь икру пробовали?

– Нет, не пробовал.

– До сегодняшнего дня знали о том, сколько она стоит?

– Нет, не знал.

Помолчав немного, он спросил:

– Вы принадлежите к состоятельным слоям населения нашей страны, не так ли?

Это был весьма щекотливый вопрос. Если сказать «да» – кто знает, не агент ли он тайной полиции, ведущий слежку согласно статье закона «Откуда взял?»; ответить «нет» – невольно унизишься в его глазах, без всякой на то нужды уронишь свое достоинство.

– Да так, как говорится, серединка на половинку, – уклончиво ответил я. – Как и у вас, на хлеб с маслом хватает.

– Таким образом, если я не ошибаюсь, мы с вами принадлежим к сравнительно состоятельным слоям нашего общества. И в то же время ни один из нас до сих пор не знает вкуса икры и вообще не представляет, что это такое, с чем ее едят, где добывают. И вдруг мы узнаем, что в разгар зимы цену на икру снижают с семидесяти пяти долларов до семидесяти четырех. Это, по-вашему, хорошо?

– Конечно, хорошо. Мы должны только радоваться этому.

– Чему радоваться-то?

– Снижению цены на икру.

– Я толкую тебе, – незаметно он перешел со мной на «ты», – о том, что в разгар зимы, когда многим не на что купить керосина и дров, чтобы обогреться, чем они нам благодетельствуют? Снижают, видите ли, цену на икру!.. Кстати, сам-то ты кто по профессии?

– Я работаю в одном частном издательстве.

– А… А то я уж подумал, не агент ли ты ненароком какой-нибудь… Вот походи по судам и присмотрись: из ста дел, разбираемых там, девяносто девять вызваны нуждой и нищетой.

– Ладно, как-нибудь схожу.

Зычный голос кондуктора перебил нашу беседу:

– Следующая – Резван! Сходит кто?

– Да, останови! – попросил мой сосед и, обратившись ко мне, сказал: – Осмелюсь попросить вас уделить мне еще несколько минут.

– То есть вы хотите, чтобы я сошел вместе с вами?..

– Да, пожалуйста, я прошу вас! Я оплачу вам дорогу на такси, так что не беспокойтесь. Просто постоим здесь на улице несколько минут, поговорим. У меня на душе накипело. Сердце кровью обливается…

Что было делать? Не отказывать же человеку в таком пустяке. Ну постою, поговорю с ним. Все равно так рано я никогда не возвращаюсь домой.

Мы сошли. Между тротуаром и мостовой пролегала грязная, вонючая канава, в которой мокли клочки бумаги, апельсиновые корки, стоптанный башмак. «Вот вам водная артерия столицы!» – усмехнулся мой спутник. Возле забора какие-то босые, полураздетые люди грелись у жалкого костра. Моросил мелкий, пронизывающий дождь, и было очень неуютно.

– Хотите чего-нибудь выпить? – спросил мой спутник, беря меня под руку.

– Нет, благодарю вас, не хочу.

– Почему же? Давайте выпьем по кружке пива, а потом продолжим нашу беседу. Должен вам сказать, вы мне как-то сразу понравились.

– Благодарю, но…

– Никаких «но»! Примем по кружечке, весь грех за это беру на себя.

– Ну что вы, дело не в грехе. Ведь все пьют: шейхи, муллы, служащие, рабочие, огнепоклонники, мусульмане, верующие и неверующие. Просто я должен…

– Нет, нет, никаких отговорок. Все равно я вас не отпущу!

– А здесь поблизости есть что-нибудь подходящее?

– Конечно, есть, почему бы не быть. Мы же не библиотеку ищем…

Вскоре мы остановились перед распахнутой настежь дверью какой-то забегаловки. Вошли. Разношерстная публика. На столах грязные тарелки, початые и пустые бутылки. В углу мы увидели свободный столик и сели за него. Мой спутник заказал две бутылки пива с фисташками. Я вежливо предложил ему сигарету.

– Так на чем я остановился? – закуривая, спросил он.

– На этой… как ее… канаве.

– Да