Персонаж - Павел Сергеевич Ковезин

мне опять кому-нибудь что-нибудь отрубят, или я найду в своей коробке с едой червей, или мне позвонят с идиотскими угрозами, или из пиньяты вылетят самодельные кишки, или…

– Слушай, а это всё отличные идеи! – перебил её Брайс. – Как мы раньше не додумались до пиньяты?

– БРАЙС!

– Мы поняли-поняли, – затараторил я, – сегодня без розыгрышей. Честное слово.

***

На фестивале было полно людей. Фокусники, факиры, мошенники, колдуны, ведьмы, вся нечисть собралась сегодня на небольшой площади, освещаемой красным светом фонарей. Отовсюду чувствовался запах попкорна и алкоголя. По ушам долбила громкая музыка, в этом нескончаемом плотном шуме мы еле слышали даже друг друга. Маневрируя между нарядными людьми, мы пробирались к сцене, где и происходило главное действо.

– Сейчас вы увидите наш специальный номер, – вещал ведущий в костюме Дракулы со сцены. Длинный черный плащ, белая рубашка, тёмные брюки, залаченные волосы и острые клыки. На лице у него был нанесён белый грим.

– Сейчас мы собираемся пролить кровь нашей первой жертвы, – сказал он и жестом попросил выкатить на сцену ящик в форме гроба, с одной стороны которого виднелась голова молодой девушки. С другой – её искусственные ноги.

– И вот это вы называете развлечением не для пенсионеров? – возражала Грейс. – Да во времена моего деда такие фокусы были уже старьём.

– Да ладно тебе, – отмахнулся я, – наслаждайся атмосферой.

В следующую секунду за спиной ведущего появился человек и приставил к его шее острое лезвие ножа. Зрители все как один ахнули от удивления. Человек аккуратно, словно хирург на операции, провёл ножом по горлу Дракулы. Тот начал задыхаться и кряхтеть. Схватившись за горло, он упал на колени, а после рухнул лицом вниз. На несколько секунд повисло молчание, а потом зрители зааплодировали.

Всё это было частью программы. Неожиданным поворотом в сценарии.

Но вот только я не находил себе места. Потому что прямо над валяющимся на сцене Дракулой стоял человек в чёрном костюме. На лице у него была кошачья пластиковая маска.

Новости. Потрошители. Убийства.

– Брайс, – испуганно сказал я, – а тебе не кажется, что тут что-то не чисто?

Брайс, профессионал по розыгрышам и фокусам, смотрел на сцену, словно критик, который вдумчиво наблюдает за постановкой.

Кот взял бензопилу, которую Дракула приготовил для фокуса и резким движением завёл её. Девушка в ящике начала дёргаться и кричать, но её крики заглушались рёвом толпы, которая хотела продолжения. Вместо того чтобы, как и положено, распилить жертву посередине, он медленно начал опускать пилу на голову девушки.

– Алекс? – Грейс дергала меня за рукав. – Мне это не нравится.

В одно мгновение крики девушки прекратились. Зрителей, стоявших рядом со сценой, обдало фонтаном крови. Через несколько секунд голова девушки, словно игрушечная, отделилась от тела и покатилась вниз, ударяясь об каждую ступеньку сцены. Зрители замолчали. Тишину нарушал лишь припев «Highway to Hell» AC/DC. Только сейчас до нас и жадной до зрелищ толпы дошло, что это не постановка. Что всё по-настоящему. И, словно в подтверждение этой догадки, на сцену вышли оставшиеся трое Потрошителей.

Люди начали в панике убегать с фестиваля. Даже те, кто не видел, что произошло, по инерции двигались к выходу. Я же стоял, словно заворожённый, и смотрел на эти четыре маски. Кот, кролик, волк и лиса. Они выглядели больше, как грабители банков, нежели как психопаты.

– Ну же, уходим! – тащила меня за рукав Грейс.

Кролик, одетый в белоснежный костюм, спрыгнул со сцены, схватил Грейс за волосы и потащил к остальным. Я взял её за руку, чтобы не дать ему этого сделать, но его двуствольное ружьё убедило меня оставаться на месте. В это же время Волк, вооружённый битой, схватил Джен и поднял её на сцену.

– Брайс, твою мать, что происходит?!

– Чувак, мы в дерьме, – спокойным голосом сказал он.

Убегать было уже поздно. У них в заложниках были наши лучшие подруги. И нам ничего не оставалось, кроме как стоять и смотреть, что будет дальше.

На площади уже никого не осталось. На земле валялись банки от попкорна и пустые бутылки. Из колонок орала музыка.

– Ну что, поиграем, мальчики? – Кот вышел в центр сцены и покрутил в руках свой заточенный нож.

Кролик в это время привязывал Грейс и Джен к стульям, а люди в масках Волка и Лисы очищали сцену от мёртвого Дракулы и гроба с девушкой, из которого всё ещё капала кровь.

– Помогите! Алекс, это не смешно! – крикнула Грейс, но Кролик впихнул ей и Джен в рот какую-то тряпку.

«Грейс, боже, как бы я хотел, чтобы это было очередным нашим розыгрышем», – крутилось у меня в голове. Но, как и сказал Брайс, мы были в полнейшем, мать его, дерьме.

Джен же просто плакала, не в силах даже закричать.

Кот провёл пальцем по лезвию ножа и продолжил:

– Несколько лет мы просто убивали людей. Вы бы знали, как просто это осуществить в Хэллоуин. До поры до времени это приносило нам удовольствие. Но теперь мы решили, что можем сделать из этого шоу. Мы можем веселиться на полную катушку, играя с людскими судьбами.

Волк и Лиса в этот момент спустились со сцены, схватили нас с Брайсом под руки и потащили на сцену. Волку понадобилось немало сил, чтобы сдвинуть девяностокилограммового Брайса с места. Но Брайс и сам понимал, что наживёт больше проблем, если не пойдет за ним. Девушка в маске Лисы была в облегающем черном платье, из-под маски торчали короткие тёмные волосы. И я не смог не оценить приятный аромат, исходящий от неё. Девушка вносила какое-то разнообразие в их банду.

– И сегодня у вас есть возможность спасти своих подруг, – сказал Кот, – ну, по крайней мере, одну из них.

Мы стояли на сцене рядом со связанными плачущими девушками и четырьмя психами в масках. Я продумывал пути возможного выхода из ситуации, но не видел ни одного. Брайс же в этом плане был более прямолинеен.

– Ты сукин сын, – набросившись на Кота и схватив его за воротник, заорал Брайс, – отпусти… – договорить ему не дал Кролик, который приставил дуло ружья к его затылку.

– Лучше отойди, супергерой, – писклявым голосом сказал Кролик, – а не то я осуществлю свою мечту и вынесу тебе мозги.

Брайс выдохнул и отошёл на пару шагов назад.

– Итак, – спокойным голосом продолжил Кот, – сыграем в игру.

Волк и Лиса, которые всё это время стояли чуть поодаль, подлетели к нам и повязали на глаза чёрные повязки.

– Игра называется «Привидение».

Я услышал, как они начали перекатывать стулья, на которых сидели Грейс и Джен.

– Кручу-верчу, запутать хочу, – ликовал Кролик.

– И твоя задача, – продолжил Кот, – убить Привидение.

В руке я почувствовал холод от вложенного оружия. Судя по ощущениям, это был револьвер.

– Вопрос лишь в том, какое привидение выберешь ты.

Повязка с моих глаз слетела, и я увидел, что на Джен и Грейс накинуты белые непроницаемые простыни, на которых черным маркером были нарисованы ухмыляющиеся лица.

– У тебя револьвер с одним патроном. И один шанс на выстрел. Выбирай, – холодно сказал Кот.

– А что, если я выберу… прострелить этим патроном тебе голову? – медленно сказал я, борясь с дрожью в ногах.

– Тогда я умру. Но вслед за мной умрут и все остальные. Мои зверушки позаботятся об этом, – Кот развёл руками.

Передо мной были две совершенно непроницаемые простыни, достающие до пола и отличающиеся лишь размером улыбки. Из-под обоих доносились приглушенные крики, но сейчас я не мог так хорошо соображать, чтобы различить их по голосам.

– Алекс, нет! – попытался образумить меня Брайс.

Я посмотрел на него, стараясь одним взглядом донести до него, что другого выхода у нас нет.

Я поднял револьвер и прицелился в ближайшее ко мне привидение. Моя рука дрожала, по вискам тёк холодный пот. Кот следил за происходящим, играясь со своим ножом. Напротив, с ружьём наперевес также выжидающе смотрел Кролик. Брайс стоял с испуганным лицом, продолжая еле слышно проговаривать: «Нет, нет, нет».

Я зажмурился, отвернулся и резко выстрелил в соседнее привидение. Я не знаю, почему я передумал в последний момент. Это же было так просто. А что, если под той простыней была