Персонаж - Павел Сергеевич Ковезин

Привидение закинуло голову назад. Вместо ухмыляющейся рожицы теперь там было лишь красное пятно.

– Браво! – зааплодировал Кот. Кролик запрыгал на месте, по-детски хлопая в ладоши. – Вот это я понимаю. По-мужски.

Брайс упал на колени и схватился за голову.

Кот подошел к убитому привидению и в одно движение снял простыню.

На стуле сидела Джен. Её лицо превратилось в багровую кашу, всё платье было в крови, во лбу виднелась дырка от пули.

– Чёткое попадание! – завопил Кролик.

– Не-е-е-е-е-е-е-т, – вопил в припадке Брайс.

– Кролик! Доделай оставшуюся работу! – приказал Кот, махнув в сторону Грейс.

– Ч-ч-ч-то?! – заикаясь спросил я и сделал шаг в сторону Кота. – Что значит… вы же обещали…

– Нашёл кому верить! – Кот помахал ножом перед моим носом. – Я долго буду ждать, Заяц?!

Кролик направил ружьё на стул Грейс и выстрелил.

Простыня Грейс окрасилась бордовым цветом. Я осознал, что вместе с вылетевшей из ствола пулей, рухнула вся моя жизнь. Орущая музыка с площади и голоса психов как-то приглушенно доносились до меня. Ноги перестали слушаться и подкосились. Я упал на пол и подполз к стулу Грейс, чтобы попрощаться с ней. Я не был уверен, что следующая пуля не влетит мне в затылок через секунду. Психи звонко смеялись, но мне было всё равно. Оказавшись рядом с Грейс, я схватил её пропитанную кровью простыню и стянул её. Пуля вошла Грейс в затылок. Она сидела с опущенным вниз лицом, руки связаны за спиной, на колени ей капала кровь.

– Грейс… – тихо сказал я, погладив её по липким волосам, – нет…

– Смотрите-смотрите! – закричал Волк. – Какая трогательная сцена, – и они с Лисой обнялись и ехидно засмеялись.

– Грейс, прости меня… я… я не…

– Ты не умеешь устраивать розыгрыши, – вдруг сказала она, подняла голову и посмотрела на меня с ухмылкой.

Я откинулся назад и испуганно посмотрел на неё.

– Что… блять… Грейс?

Она звонко рассмеялась. Вслед за ней рассмеялась и Джен, подняв голову с дыркой во лбу. Кот быстро подбежал и порезал своим ножом верёвки на их руках.

Мы с Брайсом оказались в донельзя глупом положении, сидя на полу с красными от слёз лицами и в полуобморочном состоянии.

Грейс встала и по-детски потрепала меня по волосам.

– Эх вы, мальчики. Какое же приятное чувство наконец отомстить вам, – она подошла к Джен и отбила ей звонкую пятюню.

– Вы совсем больные?! – орал Брайс, поднявшись с пола.

– Мы – нет, – смеялась Джен, – а вот насчет вас я теперь не знаю.

– А это мои друзья, – Грейс показала рукой на психов, – профессиональные фокусники, кстати.

– Но как вы всё это… – заплетающимся языком спросил я, пытаясь осознать происходящее.

– Фокусники не раскрывают своих секретов, – подойдя ко мне, сказал Кот, от которого я всё ещё шарахался. Маски они до сих пор не сняли.

– Но в принципе в этом не было ничего сложного, – продолжила за него Грейс. – Берём самую страшную банду в Америке, о которой каждый год говорят по новостям. Находим фокусников, которые готовы закосить под неё. Затаскиваем вас, дурачков, на этот фестиваль, ну, и, ищем подставного ведущего с его тупыми фокусами.

В этот момент Дракула, все это время провалявшийся за кулисами, поднялся и подошёл к нам.

– Да уж, притворяться мёртвым – самая сложная работа.

– А меня вы из этого гроба вытащить не забыли?! – послышался приглушенный женский голос девушки, которой должны были отрубить голову.

– Да, голова тоже была ненастоящая. Игра света, динамики и нехитрые манипуляции, – сказала Лиса.

Дракула вытащил из ящика симпатичную блондинку.

– Вы, ребята, крупно встряли, познакомившись с этими девушками, – засмеялась она.

– Это был наш самый странный заказ за всё время, – подытожил Кот.

– Не всё же вам нас разыгрывать, да, Джен? – Грейс посмотрела на меня, довольная собой.

– Пиздец. Просто пиздец, – негодовал Брайс, – Алекс, пошли отсюда. Они ёбнутые.

Я посмотрел на Грейс. Я столько хотел сказать ей, но слова отказывались выходить наружу. Молча развернувшись, я пошел вслед за Брайсом.

– Да ладно вам дуться, – крикнула Грейс, – что вы как маленькие.

– Эта война ещё не закончена, – обернувшись, крикнул Брайс, – теперь вам точно хана.

Кот спрыгнул со сцены и поднял искусственную голову девушки, которую отрубил в самом начале.

– Возьмём с собой это как трофей, ребята?

Не успели мы уйти с фестиваля, как услышали громкий звук сирен. Площадь заполнилась красно-синими мигалками. Ко входу подъехали две полицейские машины, из которых с пистолетами наперевес выбежали копы.

– Всем лежать! – скомандовали они, и мы с Брайсом по инерции легли на землю.

– Стойте! – пыталась остановить их Грейс.

– Лежать!

Волк с Лисой замерли на месте, сцепившись в крепких объятиях. Кролик успел бросить ружьё на землю. Кот повернулся к ним с поднятыми руками, в одной из которых была отрубленная голова.

Один из копов включил рацию на плече и произнёс:

– Потрошители здесь!

– Нет! Это не они! – кричали девушки, но было уже поздно.

– Есть стрелять на поражение! – чётко сказал коп, и четыре дула пистолета стали нацелены на фокусников.

В следующее мгновение мы услышали несколько громких выстрелов.

Тринадцатый экземпляр

– Долго ты ещё собираешься коллекционировать людей?!

Я обернулся и посмотрел на Аню, которая с ненавистью взирала на меня. На правом виске у неё была ужасная рана, кровь из которой падала на чистый пол этой прокуренной кухни.

– Что?

– Я спрашиваю, какого хера ты продолжаешь разбивать людям сердца и… – она покрутила пальцами одну из заляпанных кровью белоснежных прядей, – …и головы.

– Слушай, ты достала уже, – я скорчил недовольную гримасу и отвернулся обратно к столу.

– Нет, ты послушай. Я же добра тебе желаю, – краем глаза я заметил, как Аня упала в мягкое кресло в гостиной, – может, я хочу, чтобы нашёл уже свою единственную, а не коллекционировал людей, словно кукол.

– Я не хочу никого искать.

– Хочешь. Просто ты не способен любить и что-то чувствовать.

– Мне просто некого любить, – словно обиженный ребёнок, бросил я ей через плечо.

– Ты просто не пробуешь. Давай поспорим на то, что ты не сможешь построить нормальные человеческие отношения? – с вызовом спросила Аня.

Я тяжело вздохнул и повернулся, облокотившись на стол сзади.

В красивом желтом платье, запачканном кровью, Аня сидела у меня в кресле и теребила свои волосы. Ее красивые длинные ноги, на которые были надеты белые туфли, были закинуты друг на друга.

– Ну, со своими кошмарами я ещё не спорил, – улыбнулся я.

– Слабак, – парировала она, рассмеявшись.

– Иди-ка ты нахер, – я взял со стола кружку с водой и сделал несколько глотков.

– Просто слабак, – продолжала она, – так и будешь до конца жизни искать свою «душу»? Так и скажи, что ты просто не умеешь строить отношения.

– Ладно, – чересчур быстро сдался я, – и на ком будем экспериментировать?

Аня посмотрела на меня своим хитрым взглядом, чуть прищурила глаза и улыбнулась. А после посмотрела куда-то за меня, где не могло быть ничего, кроме стены и входной двери.

– Да вот хоть на ней, – она кивнула головой куда-то мне за спину.

***

Резко подняв голову, я проснулся. Какой-то частью своего мозга всё ещё пребывая во сне, я пытался увидеть человека, на которого кивала Аня. И увидел перед собой девушку. Поняв, что я вырубился на работе, я протёр глаза и откинулся на спинке стула.

– На Мироненко что-нибудь есть? – спросила девушка и посмотрела на сонного меня.

Девушку звали, кажется, Светой. Ей было восемнадцать лет, она была младше всех, кто сейчас находился в офисе. Несколько раз в день она заходила в наш офис, чтобы забрать документы. Света была маленького роста, с русыми волосами, достающими до плеч, у неё были большие и такие добрые глаза и самая милая улыбка, которую я только видел. Каждый раз, заходя к нам, она переминалась с ноги на ногу и складывала руки за спиной, словно стесняясь.

– Есть, – ответил Кирилл и протянул ей пачку документов.

Мигом забрав документы, Света удалилась.

– Оно проснулось? – усмехнувшись, спросил Кирилл.

– Пошёл нахуй.

Сложно выспаться по ночам, когда тебя