Урок предательства - Ляля Прах

– Если позвоню в службу спасения, они будут добираться не меньше часа в это время суток. Позвольте, я на своей машине довезу вас до ближайшей клиники и прослежу, чтобы все было в порядке.

Начали собираться люди – им всегда интересно оказаться там, где воплощаются в реальность их потаенные страхи. Но оставаться лишь свидетелями, чтобы в очередной раз подумать: «Слава богу, это не коснулось меня. Не коснулось. Так ли это?»

Совершенный мир

Ляля. Необычное имя. Редкое. Я часто размышлял: определяет ли имя путь человека? Как знак зодиака или цвет глаз. Уверен, что да, но только потому, что люди инстинктивно склонны отождествлять себя с тем, чему уже дано объяснение, с понятным и логичным, искать точку опоры не внутри, как следовало бы поступать, но во внешнем, на поверхности, в очевидном. Ведь что есть общепринятая логика? По сути своей это путь, который открыт до тебя, которым будут следовать после, путь, который будет существовать вне зависимости от того, был ли ты когда-то или тебя никогда не было. Следуя ему, ты не протопчешь новые неизвестные тропы, по которым осторожно двинутся пока еще нерешительные, но уже более смелые, чем раньше, твои подражатели. Следуя ей, ты возьмешь готовые карты и будешь слепо гордиться тем, как разобрался в них, что выучил их наизусть, вместо того чтобы новой палитрой разукрасить пробелы времени и пространства, неизведанного опыта, недоступного ранее. Но еще важнее – сжечь все старые карты и создать собственные.

Человек способен на много большее, чем ему рассказали, чем он увидел или прочитал. Но если у него рождается гениальная, чистая идея, она тут же пугает его своей новизной. Он не слышал о таком ранее. И надо бы проверить, найти подтверждение, похожие теории, чьи-то опыты. Что это возможно. Что это уже когда-то было и, значит, он прав. Конечно, он не находит ничего подобного – ведь эта идея только зародилась в свежем уме. И тогда он решается спросить. У мудрых родителей, ученых преподавателей, признанных профессоров. И каждый из них с вероятностью в девяносто девять процентов ответит, что это невозможно. Что это фантазии, глупости воспаленного ума. Об этом не стоит и думать. И человек, по природе своей сомневающийся, сдается, останавливается в одном шаге от истины. Он слаб, и это простительно ему. В нашем обществе позволено быть слабыми. Это поощряется дешевым сочувствием, больше необходимым самим благодетельным сочувствующим, чем жертвам этой унизительной ловушки, чтобы ощущать свое лживое благородство, а в равной степени – такое же превосходство. И даже, представьте, оплачивается в развитых странах. Пособие по безработице. В странах, где работы полно. Взращивают лень. А я бы вычищал эти гены из человеческих поколений.

Знаете ли вы, что восемьдесят процентов детей рождаются гениальными? И что с ними делают родители, образовательная система? Правильно – диктуют, какими им стать. Кто сказал, что дети должны быть помещены в классы по возрасту? Разве они обязаны развиваться одинаково, а не так, как заложено в них природой, индивидуально? Почему к ним не относятся как к личностям с самого начала, а лишь как к заготовкам, из которых нужно сотворить необходимый абсолют, ячейку? Всего лишь элемент целого человека. Восьмая часть планеты могла бы состоять из гениев. Только представьте, каким бы был этот мир. Взрасти хотя бы одно поколение не искалеченных, не одураченных, не уничтоженных – и достаточно только сохранить их, как мир поменяется. Что стоит восьмой части поистине великих людей создать новые энергетические системы вне финансовых потоков, природные и безопасные для окружающего пространства и будущего планеты, ресурсы которой давно на исходе, создать новые способы передвижения – те, о которых грезили в фантастических книгах, а позже – на первых транспортных конвейерах? Написать новые книги, способные пробудить сознание давно уснувших и живущих так, словно всё – сон и вокруг не происходит ничего странного? Создать уникальное общество, абсолютно новую структуру, где человек станет подчиняться не страху, чувству, которое ему даже не дано при рождении, и не чувству вины, также приобретаемому со временем, а сознательно творить жизнь, не нарушая границ других и их пространств?

Но пока мыслящих так и, главное, способных что-либо изменить слишком мало, чтобы вершить революцию, я делаю из того, что есть, то, что могу. Я единолично инвестирую в несколько неизвестных проектов молодых ученых и мыслящих интеллектуалов, несломленных бунтарей, работающих над созданием альтернативных моделей основных человеческих потребностей. Я ищу по всему миру и нахожу людей неординарных. Собираю их в своих небольших лабораториях и тайных сообществах, разбросанных в разных концах света. И моя конечная цель – совсем скоро объединить их на одной интернациональной площадке, строительство которой близится к завершению под скалистыми почвами неизвестной пустыни затерянной земли.

Неслучайная встреча

Перелом оказался всего лишь растяжением, на руку выше локтя наложили эластичный бинт и отпустили. Виктория знала, что была виновата – задумавшись, сделала шаг на проезжую часть на запрещающий сигнал, – и потому удивилась, увидев, что красивая женщина в светлом все еще ждет ее в своей черной машине.

– Садитесь, я подвезу вас. Меня зовут Ляля. Как ваше имя?

Символы

Я выяснил через проверенные источники, что следующей страной, в которой мы встретимся, станут Нидерланды, а точнее – город Амстердам. Билеты у Ляли уже были забронированы, а бронь подтверждена. Что же, прекрасный выбор для продолжения. О том, что мы встретимся, знаю только я – для нее это станет неожиданностью. Я войду в ее жизнь так же тихо, как однажды весенним лондонским утром она покинула мою.

Я заказал у ювелира два браслета, тонких и изысканных, как она сама, из белого золота, с инициалами. Нашими. «В» и «Л». Я сделал свой выбор. Идеальный союзник. Совершенная женщина. Я ее себе обещаю.

Да начнется игра

Я спустилась в лобби-бар. Немного красного вина для вдохновения. У меня сегодня дебют – я впервые в Амстердаме. Моя рука держит бокал, когда на ней застегиваются два браслета. Красивой, холодной рукой. Я узнаю эти руки.

– Давно ли ваши глаза имеют оттенок грусти?

Он сел прямо напротив. Темные волосы, чуть заметные веснушки на чистом лице, глаза цвета моря. Интересно, давно он за мной наблюдает?

– Уже час. – Он прочитал мои мысли. – Целый час, как я считаю ваш возраст и разгадываю цвет ваших глаз. Ваши пальцы никогда не видели колец, но в мочках всегда жемчуг. Вы хотите к океану, но довольствуетесь лужами. Меняете чувства раз в сезон. Вас же меняют раз в пятилетку. Вы не пьете. На свои. Но когда наливают – редко отказываетесь запить с незнакомцем знакомую грусть. В постели вы холодны,