Я больше так не буду - Евгения Владимировна Потапова

На той стороне выказали свое сожаление и сочувствие. — Всего вам доброго, — сказала Татьяна. Она отдала обратно телефон Инне. — Надеюсь, теперь у них запретят такие сборища, а люди будут думать головой перед тем, как кому-то что-то подмешать в сок. — Наверно, станут пакостить по-мелкому, — вздохнула Инна. — А мы им будем елочные иголки в туфли сыпать, — хихикнула Таня. — Не переживай, прорвемся. Потопаю я, тяжко у тебя тут сидеть. Если чего, то звони. — Спасибо вам, вы в очередной раз меня спасли. — Да ладно, главное, что всё обошлось. Татьяна попрощалась и ушла. Инна испытывала слабость, но радовалась, что у нее есть такая поддержка.

Глава 27 Да не дай Боже

Инна провалялась в больнице пять дней. Подлечили ей опять поджелудочную и сняли желтый цвет с лица — такая реакция пошла на какое-то лекарство. — Что же вы не сказали, что у вас печень больная? — ворчал доктор. — Таблетки какие-нибудь пьете для печени? — Нет, — Инна помотала головой. — Ничего вам не назначали разве? — Витамины только и от желудка какие-то. — С такой печенкой нужно пить специальные лекарства и диету соблюдать, а не шататься по сомнительным мероприятиям. Они, правда, дорогие, но новая печень дороже, и не факт, что вы попадете в квоту по пересадке. Я вам напишу список, — сказал врач. — Спасибо, — кивнула Инна. — И берегите себя, здоровье у вас одно. Пару раз к ней в больницу приходила баба Катя, приносила кефир и отварную курицу. Она Инне позвонила и спросила, придет она к ней или нет в гости, а когда узнала, что внучка попала в больницу, то сразу прибежала ее навестить. Инке было очень приятно, что кто-то, кроме тети Тани, о ней помнит и заботится. Также кто-то передал ей передачку без записок с домашними тефтелями и варенцом. Видно, тетя Таня сообщила ее родным, а может, это сделала баба Катя. Интересно, тефтели мамины или бабушкины? От работы прислали тоже небольшой пакет со всякой едой, большую часть из которой Инне нельзя есть. Она особо не расстроилась, решила отдать бабе Кате. Та любила всякие такие вкусняшки в виде колбасы и разных нарезок. После выписки Инна ходила мыть полы теперь строго перед работой и старалась закончить уборку до прихода коллектива. Ей оплатили больничный и выписали премию в размере пяти тысяч рублей. — Смотри-ка, расщедрились, — хмыкнула Татьяна. — Как раз на лекарства. — Ну, хоть что-то, — вздохнула Инка. — Ну да. После больницы Инна отработала почти неделю, когда ей позвонил Юрка. — Привет, сеструха. Как жизнь? Из больницы выписали? — Привет. Выписали. — Тефтели понравились? — спросил он с улыбкой. — Это ты приносил? — удивилась Инна. — Ага, баба Катя сказала, что ты опять угодила на больничную койку. Я наложил тебе мамкиных тефтелек и отнес. Заходить, правда, не стал, не люблю я всю эту суету. — Хоть бы позвонил. — Да я что-то не додумался. Я чего тебе звоню. Ты к бабе Поле сходить не хочешь? Мать заболела, меня отправляет, а я один что-то не хочу туда тащиться, — сказал Юра. — Я завтра могу выходной взять. А что с мамкой? — Не знаю, грипп что ли. Лежит, не встает. Я ей чай и бульон делаю. — Температура есть? — встрепенулась Инна. — Не знаю. — Вот ты балбес, — выругалась Инна. — Чем болеет — не знаю. Если бы мать так к твоему здоровью в детстве относилась, ты бы не выжил. — Хорошо, систер, я уточню. Так ты пойдешь со мной к бабе Поле? — Конечно. Только учти, это разовая помощь. Я работаю. Как там отец? — Нормально, завтра расскажу. Всё, давай, до встречи, систер, — попрощался с ней брат. — До встречи, — вздохнула Инна. Они с ним договорились, что встретятся около подъезда бабы Поли, так как Юрка шел после занятий из универа. Инна постояла минут пять, подождала брата. — Привет, систер, — обрадованно сказал Юра, подходя к ней. — Привет, брательник. Как жизнь? — Лучше всех. Вот на следующей неделе еду на соревнования. Хочешь со мной? — У меня работа и здоровье, — вздохнула Инна. — В следующий раз приходи на городские. Посмотришь на своего братца, — рассмеялся он. — А то за меня только баба Катя приходит болеть. — Как там мама? — Я вызвал ночью ей скорую помощь. Что-то она мне не понравилась. У нее, оказывается, сильно давление упало. — И? — Инна посмотрела на него с тревогой. — Сделали пару уколов. От госпитализации мать отказалась. Сейчас ей звонил, вроде бодренькая. — Замечательно, — кивнула Инна. — Ты если что, то обращайся, я после работы к вам могу заскочить. С отцом что? — А он ушел от нас. — Э-э-э, — удивленно посмотрела на брата Инна. — Я сам в шоке. Собрал вещи, уволился с работы и куда-то усвистал. Мать его пыталась найти, а он трубку не берет. Бабе Кате только написал, что всё потом объяснит, и всё. — А она мне ничего не говорила. — Ну вот так. Ладно, хватит торчать на морозе, пошли, долг зовет, — сказал он. — Баба Поля ходячая? — спросила Инна. — Вполне, только не в себе. Ты не пугайся только, если она тебя не узнает, и не обижайся, если узнает, — сказал Юра, бодро вышагивая по обледенелому тротуару. — Хорошо. Они вошли в подъезд, поднялись на четвертый этаж. Юрка открыл своими ключами квартиру. — А тетя Лена совсем с бабушкой не помогает? — спросила Инна. — А ты не знаешь? — Что? — Она уехала за длинным рублем в Москву. Матери присылает немного денег для бабушки, вот и вся помощь. — А как же девчонки? — Инка, ты как с луны свалилась. Девчонки все давно замужем. Тетя Лена же старше нашей мамки. У нее уже и внуки есть. Девки вышли замуж и начали пилить квартиру. Она собрала манатки и свалила в Москву, — рассказывал последние новости Юра. — Ну переехал бы кто-нибудь к бабушке, помогал ухаживать. — Никому это не надо. — Да уж, — вздохнула Инна. Они вошли в коридор. — Бабуль, мы пришли, — крикнул Юра. Бабушка вышла в коридор. Лицо у нее было размалевано, а сама она была одета во что-то сильно блестящее. — Вот, в клуб пойду, — улыбнулась она беззубым ртом. — Ба, ты забыла протезы надеть. — А это Леночка пришла? — спросила она, рассматривая Инну. Она глянула на брата, тот пожал плечами. — Леночка, ты почему ко мне так редко приходишь? — спросила бабушка. — Я в командировке была. — Ясно. Как там мои внучки? — Растут. — Это хорошо. А я вот в клуб собралась, на танцы. Только кто-то дверь закрыл, а я никак не могу ключи найти. — Ба, ты ела? — спросил ее Юрка. — Не помню, сынок. — Мама тебе на телефон поставила будильник,