Сочинские рассказы - Юлия Александровна Волкодав

Поделили апельсины, очередь вернулась на прежнее место. Но через пять минут в зал влетела новая тётенька в почтовой форме:

– Валя! Продай туалетную бумагу!

Тут надо заметить, что почту обязали продавать кучу всякого хлама, от туалетной бумаги до банок с тушёнкой. Как будто им мало ста пятидесяти других обязанностей и бесконечных толп, желающих что-то отправить, получить или оплатить. Ещё надо тушёнку продавать, без неё никак на Почте России.

Валя обречённо встаёт, чтобы достать из шкафчика-витрины нужный товар.

– Одну тебе? – мрачно уточняет она.

– Ну разумеется! Две-то мне зачем?!

Тут же всей очереди становится понятно, зачем ей одна.

– Ты бы хоть принесла свои книги почитать, – как-то заметила начальница, оформляя очередную стопку моих бандеролей.

– Принесу, – пискнула я.

Потом страдала месяц. Вроде и обещала, а вроде и неудобно вот так, с бухты-барахты, вручать человеку свои труды. Я давно уже зареклась никому собственные книги не дарить, чтобы не ставить одариваемого в неудобное положение, не заставлять читать. Но неожиданно подкрался Новый год, и я нашла выход из положения – вручила книги в качестве новогоднего подарка.

– О, ну наконец-то! – обрадовалась тётя Валя, заглядывая в свой пакетик и пакетик коллеги-соседки одновременно. – А книги разные? Отлично, прочитаем и поменяемся!

– Да сейчас! – отозвалась соседка. – Она станет Нобелевским лауреатом, знаешь, за сколько я книжку с её автографом продам?

Я скромно разглядывала побитую плитку на полу. Очередь разглядывала меня.

– Честное и непредвзятое мнение говорить потом? – уточнила начальница.

– Говорите. Я давно пишу.

Через неделю пришла с новой партией посылок. Традиционно спряталась за витрину. Но тут же услышала:

– Эй, писательница! Мне понравилось! Вторую книгу тащи, а то Ленка меняться не хочет!

А вы говорите, Нобелевская премия, Пулицеровская. Вот оно как выглядит, настоящее признание!

Новый год в посёлке (финал)

Когда я была маленькой, мы с бабушкой часто отдыхали в Кисловодске, в санатории. Иногда ездили на экскурсии в Пятигорск, Железноводск, Ессентуки. И каждый раз, проезжая по дороге, мы с бабушкой смотрели на высокие горы, утыканные домиками, и удивлялись. Как так люди на горе живут? Как они ходят по двору? А как построить дом на крутом склоне? Жителям степей не понять этой тайны.

А теперь я легко сбегаю по склону, ни за что не держась, и твёрдо знаю, что любая гора превращается в строительную площадку. Парочка опорных стен, несколько свай – и готово. Ещё лучше будет, красиво! Каскадами спускающийся участок (тут это называется «террасирование») выглядит гораздо интереснее, чем ровный кусок земли, отгороженный от соседского забором.

В детстве я всегда переживала, будет ли на Новый год снег. Снег мне требовался уже первого декабря, а тридцать первого становился жизненно необходим. Теперь я опасаюсь снега ближе к марту. И очень надеюсь, что в этот год пронесёт. Но если снег всё-таки выпадает, наш посёлок станет похож на гоголевскую Диканьку: тишина, снежные шапки на домах, огромная луна над проторённой в снегу тропинкой и дым от печных труб. В воздухе вкусно пахнет дровами. Во дворе дяди Вовы сверкает огнями наряженная… пальма. У соседа через дорогу полная иллюминация, как в американских рождественских фильмах, гирлянды свисают с крыши. Как в американских фильмах, у всех на дверях рождественские венки.

Но чаще всего на Новый год идёт дождь. И, убирая новогодние игрушки, я сначала выливаю из каждого шарика воду. Мишуру меняем каждый год, с неё просто смывает позолоту. Иногда и рисунки с шаров смывает. И каждый год я прошу Алекса пересадить куда-нибудь розу, а то она, зараза, цветёт аккурат под праздник. И портит мне все фотографии для Инстаграма. Я, понимаете ли, ёлку фотографирую, новогоднее настроение создаю. А у меня розы в кадре!

Вот такой он, Сочи. Город, где горы встречаются с морем, а лето – с зимой. Город, изменивший мои представления обо всём: о временах года и отношениях между людьми, о том, что такое вкусная еда и счастливая жизнь. Сочи научил не говорить о деньгах и не думать о политике, любить кофе и лениться всегда и везде. И наслаждаться жизнью каждый день, каждую минуту. Сочи, с его странной философией, нужно в себя впустить. И тогда он впустит вас в сказку вечного лета.

– О чём думаешь, до? – Голос дяди Сосо заставил меня вынырнуть из собственных мыслей.

– О том, что пора писать новую книжку, дядя Сосо.

– О чём?

– Пока не знаю!

За плечами на тот момент было три: две про артистов, одна про нефтяников. Дядя Сосо их не читал, но знакомством с «настоящей писательницей» очень гордился.

– Про мене напиши, до! – изрёк он, задрав палец к небу, и завёл машину.

Я посмотрела на него, как будто первый раз увидела. И поняла, что обязательно напишу. Вот, написала.

26.01.2019