Сеульский магазинчик потерянных вещей - Ким Хечжон

Нужно бежать домой. В голове крутился сценарий, который необходимо было сдать к концу недели. Я напишу о том, что пережила. Название уже выбрано: «Сеульский магазинчик потерянных вещей».

Послесловие автора. История, которая должна быть написана, когда-нибудь появится на свет

2019 год, кафе в Чиангмае[32]

В январе 2019 года я побывала в Чиангмае. Город окутывал теплом и дружелюбием, создавая ощущение всеобщей гармонии. В этой атмосфере даже мои самые стойкие обиды на миг потеряли свою остроту, и я почти простила тех, кого на дух не переносила.

В Чиангмае было много путешественников в возрасте около двадцати лет, и я подумала, как здорово было бы узнать об этом городе раньше. А когда я сидела в кафе, на ум пришло предложение: «Я уже обо всем забыла».

И в моем воображении вдруг возникла главная героиня, которая в ответ на фразу подруги втайне подумала, что это неправда. Я вернулась в Корею с этим диалогом и персонажем.

Я решила написать историю, которая разворачивалась бы в Чиангмае, и долго размышляла над этой идеей. «Допустим, старшекурсник, сбежавший с деньгами, которые я одолжила ему во время учебы в университете, работает продавцом на рынке в Чиангмае. Я, потерявшая все, случайно нахожу эту информацию в соцсетях и отправляюсь прямиком к нему за деньгами» – но дальше этого сюжет не развивался. В этой истории не было ничего выдающегося, и я сомневалась, издадут ли книгу со взрослым героем вообще. После моего литературного дебюта я представила роман под названием «Что ты делаешь за кулисами?» с главным героем, которому было чуть за двадцать, но восемь издательств отклонили его, и он оказался на «кладбище рукописей». Если эта работа не выйдет в свет, зачем вообще что-то писать? Я сдалась и вместо этого написала другой подростковый роман, действие которого происходит в Чиангмае.

Май 2022 года, в баре у площади Кванхвамун

Мой ребенок пошел в начальную школу. Он часто терял вещи: мешок для обуви, куртку, бутылку для воды, сменную обувь. Я думала, что он еще маленький и в его возрасте такое случается, но однажды он потерял три вещи за одну неделю. Когда я пожаловалась на это своему кумиру, писательнице Ким Хэён, она улыбнулась и сказала: «Хэчжон, все в порядке. Потерянные вещи когда-нибудь возвращаются. Даже если это займет время, они могут появиться неожиданно».

И она рассказала историю из детства своего сына, которому уже стукнуло тридцать. Я, как всегда, нашла утешение в ее словах и подавила свои огорчения. Но какой же силой обладало ею сказанное… Мой сын действительно нашел большую часть потерянных вещей. Это было просто совпадение, но настолько удивительное, что я решила написать об этом. Я часто представляю себе мир, где собираются потерянные вещи. Предметы не могут просто исчезнуть, они перемещаются в другое пространство, продолжая свое существование.

А что, если бы я пошла искать потерянные вещи и вернулась в то время, когда они пропали

Эта идея заинтересовала меня, но тогда я не смогла начать писать. Отложив ее в «хранилище идей», я подумала, что когда-нибудь к ней вернусь.

Весна 2023 года, запоздавшие письма от поклонников

Я пишу подростковые романы с 2008 года. С тех пор прошло уже пятнадцать лет, и мои читатели стали взрослыми. Период двадцатилетия у меня был не легче подросткового, поэтому стало интересно, как у них идут дела. Я задумалась о том, как они справляются с похожими трудностями. Постепенно от них начали приходить новости.

Как-то я проводила лекцию для детей и подростков, и после нее одна девушка подошла ко мне за автографом. Обычно на мои выступления приходили родители с детьми, но кто это? Она пояснила: «Я встретила вас пять лет назад. В литературном лагере в Чхунчжу». Теперь бывшая школьница стала студенткой и пришла на мою лекцию после того, как увидела объявление в интернете. Большинство людей не помнят имена авторов, с которыми встречаются на школьных мероприятиях, но она запомнила меня. Я была так тронута! Даже когда я вернулась домой, не могла унять трепет от этой встречи.

Я выпустила новую книгу, появилась в новостях EBS[33]. Новый помощник режиссера благодарил меня, сказав, что получил приз за сочинение по моей книге Hiking Girls в начальной школе. Ему так понравилось заниматься писательством, что это вдохновило его поступить на филологический факультет. Новый редактор из издательства, где я публиковалась, написал длинное сообщение о том, как любил мои книги в подростковом возрасте и что он до сих пор перечитывает их пару раз в год. Некоторые читатели даже пишут мне в Twitter с признанием в любви к моим книгам из их юности. И осознание того, что моя книга была частью их самых ярких лет, делает меня счастливой. Я почувствовала себя так, будто получила множество запоздавших писем от поклонников, и решила, что должна им ответить. Нет, точнее, я захотела им ответить!

В это время от Millie’s Library[34] поступило предложение написать роман с главным героем, которому чуть за двадцать. На первой встрече я рассказала о том, что хочу написать историю о человеке, ищущем потерянные вещи. Я тогда думала, что прошлое нельзя изменить, даже если вернуться в него. А большинство историй о путешествиях во времени предполагают изменение прошлого. На это в редакции ответили: «Но ты меняешь свое настоящее! Это важно». И ведь правда! Причина, по которой вы меняете прошлое, – это настоящее. Так я начала писать «Сеульский магазинчик потерянных вещей».

Пока я работала над этим текстом, снова встретилась с собой в девятилетнем, пятнадцатилетнем, семнадцатилетнем и двадцатисемилетнем возрасте. Прошлые «я» упорно трудились и были достойны восхищения. Неужели через десять лет я тоже буду так относиться к нынешней себе? Эта мысль придавала мне сил. Став писателем, я постоянно сомневалась, правильно ли все делаю. Книге непросто выйти в свет и найти своего читателя. В моем дневнике чаще всего появлялась фраза:

Хорошо, что я хотя бы забавная.

Со временем эта фраза изменилась на

Я забавная, и этого достаточно!

До тридцати пяти лет я переживала, гадая, что будет, если я дам неправильный ответ. Но теперь я могу сказать: «Ну и что, если я ошибаюсь?» и даже игриво добавить: «Эй, дай-ка я сделаю