Чужой бумеранг - Татьяна Холодцова

– Да! Да, у меня был выбор! И я им воспользовался! А у тебя он есть сейчас! Ты можешь не становиться таким, как они! – голос Кира готов был снова сорваться на крик.

– Заткнись! – оборвал его Крест. Желваки на его челюстях яростно дергались, – Говоришь, мы похожи? Мы с тобой? А знаешь, каково это – просыпаться каждое утро и ненавидеть! Ненавидеть всех! Отца, мать! Ты знаешь, как воняет старая моча? А говно, в котором спят твои родители?

– Но ты не один… – попытался перебить его Кир.

– О, да-а-а! – Крест истерически засмеялся. – Теперь у меня есть ты! Московский учитель, который приехал спасать деревню! Ты что, думаешь, я тебе спасибо скажу? Что мы обнимемся и будем плакать вместе? ТЫ ЗАЧЕМ ПРИШЕЛ?! – Крест вдруг закричал так, что эхо ударило по сараю, – Жалость проявить? Показать, какой ты добрый?

– Я просто хотел…

– Ничего ты не хотел! – Крест швырнул окурок под ноги, раздавил его каблуком. – Ты пришел потешиться. Посмотреть на деревенского урода и сказать: «О, бедняжка, давай я тебя пожалею!»

– Это не так!!! Я не жалею тебя! Я… Тебя… Понимаю!.. – гаркнул Кир.

– Да пошел ты! – Крест резко толкнул его в грудь. – Ты никогда не поймешь меня! Никогда!

– А Наташка? Опять вчера в синяках пришла! Ты ее тоже бросишь?! Тоже ненавидишь?

Крест замер на мгновение, усмехнулся, отвернулся от Кира, закурил новую сигарету, но ее тут же залил дождь. Он отбросил сигарету в сторону и процедил сквозь зубы:

– Сама виновата, не хер лезть, когда батя бухой…

– Посмотри на меня, Виталь.

Крест обернулся, лицо было мокрым. Он яростно вытер его рукавом, оставляя черную полосу от грязной куртки.

– На хер твои психологические приемы…

– Это не приемы, – сказал Кир спокойнее…

– Иди к черту! – Крест резко развернулся и пошел прочь.

Кир не стал его останавливать, он смотрел, как тот уходил в темноту, в дождь, ежась в воротник своей тонкой старой куртки… На пороге Крест остановился, пытаясь закурить, но ветер и дождь не дали ему этого сделать. Он щелкнул зажигалкой раз, другой – безрезультатно. Тогда парень, яростно отшвырнув и сигарету, и зажигалку, – исчез в темноте.

Глава 23. С Днем рождения, Виталик…

На смену холодным апрельским дождям пришли теплые майские ночи. Разговор ничуть не изменил Креста, да Кир и не рассчитывал на это. Он уже давно научился не обращать внимания на его острые выпады, держа в голове просьбу Сан Степаныча: «Кирилл Александрович, не пыли, дай нам его выпустить». Крест не оставлял попыток спровоцировать Кира на конфликт, но каждый раз натыкался на непробиваемую стену.

Дело шло к окончанию года. Девятый класс готовился к экзаменам и выпускному. В Кузичанской школе не было десятого и одиннадцатого классов. Для тех, кто осмелился мечтать о большем, дорога была в райцентр… Таких набралось шестеро. Кир помогал ребятам готовиться, проводя с ними много времени в школе.

За школой, в густой тени старого сарая, воздух гудел от майских мух. Держа руки за спиной, Щепа прижимался спиной к рассохшимся доскам, чувствуя, как заноза впивается в ладонь. Перед ним стоял Крест, медленно разминающий кулаки. Сизый перебрасывал из руки в руку ржавый гаечный ключ. Никола блокировал путь к отступлению.

– Ну что, цветочник грёбаный, – Крест с силой пнул валявшийся у ног пышный букет темной сирени, – значит, это ты Наташке веники таскаешь? А я думаю, что за мудень повадился, – он сплюнул на букет и зло засмеялся.

Щепа молчал. Он знал – любое слово сейчас только сильнее разозлит их. Он проклинал себя за то, что решил сходить за сиренью сейчас, днем…

– Тебе какого хрена от нее надо? А? Крыса? Думал, я не узнаю, что это ты?

– Ром-а-а-а-нтик, – мерзко прогнусавил Сизый. Затем ткнул Щепу в бок, – романтик сопливый.

– Почему… крыса? – Щепа вытаращил на Креста испуганные глаза. «Что он знает?» – в ужасе подумал он.

– А может, ты сам расскажешь? М? А то не все тут в курсе. Я сам только вчера узнал и охерел, – он достал из кармана складной нож, срезал маленькую веточку и засунул ее в рот, на манер зубочистки.

– Говори! – Никола резко ударил Щепу по лицу. Голова парнишки дернулась назад. Губа тут же опухла, а во рту появился металлический привкус крови.

– Я… ничего… – Щепа попытался прикрыть голову руками, но Никола схватил его за волосы и дернул вниз. В тот же момент Сизый всадил кулак в живот.

– Н-у-у-у, – медленно протянул Крест, – видишь, эти господа готовы выслушать тебя. – Он схватил Щепу за шиворот и подтянул к своему лицу, – Ну давай, расскажи, мразь, как ты КирСана после драки тогда до врачихи оттащил! А? Что? Не было? А потом с нами терся, типа правильный пацанчик… Сука! – он швырнул Щепу обратно, тот отлетел и глухо ударился спиной о сарай.

Сизый с Николой с удовольствием пинали Щепу, когда из-за угла раздался резкий свист. Кирилл шел через двор, рядом Лена.

– Вставай, мразь! – Крест схватил Щепу за шиворот и дернул вверх.

– А ну отошли от него! Живо отошли, я сказал! – крикнул Кир.

Крест обернулся на свист, держа Щепу за шиворот.

– От него? – он потряс Щепой.

– Кир, не надо, – Лена пыталась тянуть его за рукав, – не лезь к ним, у Креста нож.

– Я должен сейчас развернуться и пойти домой пить чай? – Кир вскинул брови и, не сбавляя ход, повернулся к Лене, – бросить тут его одного… с ними?

– Я просто очень боюсь за тебя…

– И правильно делаешь, докторша, – заржал Крест, услышав последнюю фразу, – а то опять придется штопать нашего героя, – он осклабился и повернулся к Сизому и Николе, которые загоготали, угождая Кресту.

Кир подошел ближе.

– Я сказал… отпустили его, – голос и взгляд Кира не обещали ничего хорошего.

Крест с силой швырнул Щепу на землю, его лицо было в крови. Крест медленно подошел вплотную к Киру. Они снова, уже не в первый раз, стояли так… напротив, прожигая друг друга взглядами.

– А то что? Ты забыл, училка, как вот тут, – он глазами указал на землю, – кровью харкал и этот, кстати, тоже тогда здесь был. Это наш разбор, так что иди на хер… давай-давай, бери свою докторшу и чешите новости смотреть.

Лена во все глаза смотрела на Креста, она только сейчас поняла, кто тогда так избил Кира.

– Ефимов, я сейчас полицию вызову! – крикнула она.

– Да что ты говоришь! А успеют приехать-то?

Кир схватил Креста за шиворот.

– Ты долго будешь тут воду мутить?

Крест занес руку с ножом для удара. Лена взвизгнула, и в этот момент из-за сарая выехал полицейский УАЗик участкового. Он один раз крякнул сиреной и становился рядом.

Крест бросил нож, дернулся, попытался вывернуться, чтобы убежать, но Кир держал его крепко.

Из УАЗика, обливаясь потом, вылез участковый.

– Что тут происходит? Еф-и-и-и-мов? Мальчик мой… я как раз по твою душу приехал! Катаюсь, ищу, все колеса вон стер по самое днище. Куда, думаю, наш Виталик пропал?

– Это не я….

– Ты, родной, ты… Вчера на заправке кто сигареты спер, еще палец средний в камеру показал, ай-яй-яй, как нехорошо. Такой хороший мальчик… такие слова говорил… такие обещания давал. Ты же у нас на учете в ПДН? И вы трое тоже?..

Крест кинул быстрый взгляд на Щепу, Сизого и Николу.

– Ну… – Крест непонимающе смотрел на участкового.

– Так у них праздник нынче… Ефимов!

– Ч-ё-ё-ё? Чё за херня, чё за праздник?

– Так с Днем рождения тебя… Виталик! Ты ж у нас уже три дня, как совершеннолетний. Вот драку затеял с гражданином, товарища избил, сигареты украл. Поздравляю тебя с Днем рождения и дарю пятнадцать суток! – тут он сменил иронично-радостный тон и стал очень серьезным, – Допрыгался, придурок? Я ж тебя предупреждал. А вы чего встали, – гаркнул он Сизому и Николе, – живо в машину! И ты тоже, – глянул