Благими намерениями… - Василий Иванович Сластихин

А если брать наших классиков, то чаще всего автора можно самого назвать не очень психически здоровым человеком. Вот сегодня, на закрытии семинара я купила книгу, пусть дорого, но надеюсь, она мне поможет разобраться в себе и в человеческой психологии.

И сейчас, когда мне сделали предложение пойти с ребятами в клуб и оторваться по полной, я им отказала. Почему, да просто так делаю всегда. Сейчас поеду в гостиницу, открою книгу и почитаю немного. А завтра вокзал и домой. К вечно ругающимся родителям. Пусть ссорятся себе на здоровье. Я не хочу, я рву отношение с Антоном, шел бы он куда подальше. Он вечно торопит меня куда-то. Давай жить вместе, давай свадьбу. А я не могу так, я не привыкла вот так быстро принимать решения. А ему все мало. Вечно давай, давай, и давай.

Я когда маленькая была, мне мама говорила. Не торопись доченька, вот я торопилась и выскочила за твоего папку, так как уже была беременная тобой. Пугала она меня, потому, как я очень красивой и милой родилась. По папе я Армянка, а по маме русская. Да и родители мои красивые, только у папы шрам огромный на голове, он его маскирует под пробор, и большие глаза. А у мамы очень красивое и правильное лицо. Так вот, все свои лучшие черты они передали мне. Я очень красивая у них получилась. Поэтому мама и переживала за меня. Сейчас понимаю, что это были установки родительские, но они же верные. А может и нет, совсем не верные. Я боюсь действий и поступков. Тысячу раз пытаюсь все обдумать и перестраховаться.

Приходит на ум повесть Ричарда Баха Чайка по имени Джонатан Ливингстон»

«Большинство чаек не утруждают себя излишними знаниями о полете – им вполне достаточно научиться летать от берега до пищи и обратно. Для большинства чаек главное не полет, а еда. Для этой же чайки, главное заключалось не в еде, а в самом полете. Больше всего на свете чайка по имени Джонатан Ливингстон любил летать.

Подобный образ мыслей, как выяснилось, не сулил ему большой популярности. Даже его родители не очень-то одобряли то, что Джонатан целыми днями летал один, сотни раз повторяя свои эксперименты с планированием на малых высотах».

А ведь и, правда, люди не особо задумываются над своей жизнью, не видят дальше своего носа или клюва. Озабочены едой и развлечениями. Им не нужно изучать саму жизнь, не нужны им и познания. Как те чайки, они с работы и на работу, с бара в бар. Так и проходит их жизнь. А я так не хочу, не могу и не буду. Вот мои родители, взяли бы и подумали совместно, зачем они ругаются? Для чего все это. К чему они идут и куда смогут прийти в этих отношениях?

А куда иду я? Что я делаю? Ведь я на чайку Джонатана не похожа совсем, хотя восхищаюсь им. Он смело идет к своим интересам. А я?

«– Ну почему, Джон, почему? – причитала его мать. – Почему тебе так тяжело походить на других в нашей стае, Джон? Зачем ты летаешь так низко, ты же не пеликан и не альбатрос. Тебе надо хорошо питаться. Сынок, у тебя же остались одни перья да кости!

– Мамочка, ну и пусть у меня будут лишь перья да кости. Я просто хочу узнать, на что я способен в воздухе, вот и все. Я просто хочу узнать.

– Послушай, Джонатан, – сказал его отец, и в голосе его звучала доброта. – Зима уже близко. Лодок будет мало, а рыба уйдет в глубину. Если тебе обязательно надо учиться, тогда изучай пищу, и как ее побольше добыть. То, что ты изучаешь полет, конечно, неплохо, но, сам понимаешь, одним полетом сыт не будешь. Не забывай, что ты летаешь только для того, чтобы есть».

Господи, так же думают все люди! И родители мне так и говорят. Папа меня так долго отговаривал от профессии психолога. Он говорил, что прокормить себя будет трудно. Что максимум, на что я пригожусь этому миру, работа в школе. А эту деятельность он за работу не считает.

– Света, у мамы солоны, – говорил он, – у меня магазины. Это дает нам возможность жить хорошо, достойно. А ты зачем идешь учиться на психолога? Понимаю, если бы психология помогала тебе в продажах. Но я не думаю, что в институте тебе дадут такую информацию. Иди лучше на врача, если людям хочешь помогать, на стоматолога, без денег точно не останешься.

Это же слова отца Джонатана. Именно так он и говорил и если бы чайка поддался на уговоры и решил жить, как все, заботясь только о плесневых корках, которые выбросили за борт рыбаки. То он стал той серой массой, которая называется стая. И это плохо? Нет, это не плохо, просто я так не хочу. Я хочу по-другому. А куда нас ведет эпоха потребления? Именно туда и ведет. Продавай да покупай! Вот девиз нашей жизни. Продавай, что бы покупать. Или, как в повести, летай, чтобы есть!

Искал ли Джонатан помощи? Искал ли он ответы на свои вопросы у авторитетов? Нет, главный в этой стае был такой же, как и все и живёт той же жизнью. И самое главное, что чайка просто шел и делал, экспериментировал. Падал, поднимался и делал. Вот и добился того, что на него обратили внимание. Да, стая ему дала базовое образование, научила летать и добывать пищу, а дальше он двигался самостоятельно. Ориентировался, конечно, на авторитеты, но все делал сам. Для него примером были птицы, которые летали быстрее и дальше.

А тогда гуру мой кто? Чайка Чьянг, или такой же, как и все в этом мире. Чьянг не продавал услуги, он делал то, что ему велело сердце, а именно передавал свой и свою мудрость тому, кто заслужил это по праву. А семинар, который я посетила, это просто очередной урок, как ловить рыбу, а гуру обычный представитель мира чаек. И ничего больше. Продавец своих мыслей с хорошей командой маркетологов, которые раскрутили его имя. И сейчас, учит молодых и не совсем молодых чаечек, как добывать еду повкуснее. Но если так думать и рассуждать, то получается, что вся индустрия психологии и психотерапии это просто обычная жизнь по законам стаи? Супервизии, интервизии, группы, повышение квалификации, профессиональные сообщества, постоянная пропаганда для психологов о необходимости постоянного обучения. Что это все? Да ничего, просто нужно понимать, что кто-то делает