Под вересковым небом - Метте Танзен

производителей продуктов. Мы собираемся каждый год, осенью, когда становится поспокойнее. В этом году праздник устраивает один из наших пастухов. Возможно, тебе было бы интересно. Кроме того, — Лив подмигивает мне, — тебе нужно познакомиться с кем-то, иначе ты тут совсем заскучаешь.

— Ох, — приглашение Лив трогает меня до глубины души, — это так мило с твоей стороны.

— Я могу зайти за тобой в восемь.

— Полный сервис! Я буду очень рада. Ровно в восемь часов буду на улице — и можешь меня забирать.

Я быстро записываю Лив свой адрес, и мы обмениваемся — уже давно пора — номерами телефонов.

— Ну, тогда до скорого! — Лив машет мне рукой и уже обращается к вновь прибывшим покупателям.

В прекрасном настроении я отхожу от сырного ларька. Нужно еще купить овощи, фрукты, хлеб — и тогда выходные спасены! Я заглядываю еще в два ларька, а потом хватаю велосипед и направляюсь в пекарню к Класу. Посмотрим, дома ли мастер.

Как только я захожу в пекарню, тут же чувствую на своей штанине маленький носик.

— Дереза, — я наклоняюсь к ней, — я тоже рада тебя видеть!

Такса энергично виляет хвостом, а потом утыкается носом в мою корзину с покупками.

— Пойдем, я знаю, что ты питаешь особую слабость к моркови. — Я опускаю руку в корзину и вырываю одну морковину из недавно купленного пучка. — Держи.

Я наблюдаю, как Дереза хватает морковку и гордо несет трофей на свою подушечку возле двери. В этот момент я размышляю о Юстусе. «Возможно, он прав: я постоянно думаю о еде, даже когда вижу маленькую таксу. Хотя, — я мысленно поправляю себя, — я думаю не о еде, а о Еде, с большой буквы. Да, разница небольшая, но важная». Может быть, мне действительно стоило бы что-то сделать из этого, как советовала Бетти. Она твердо убеждена, что в моей любви к хорошей еде кроется какой-то дар, талант, который стоило бы развивать и использовать.

— Стратегический запас на бедрах, — тихо шепчу я и не могу сдержать улыбку. — Да, в таком случае эта фраза приобретает совершенно иное значение.

— Кто это решил почтить нас своим присутствием?

Я узнаю этот баритон. Клас стоит в дверном проеме и смотрит на меня. Интересно, как долго?

— Дереза любит тебя.

— Или мою морковку, — подмечаю я.

— Ты занята сегодня вечером? — мужчина самоуверенно откидывает кепку со лба.

Я уже говорила, что люблю целеустремленных мужчин?

— Да, занята, — отвечаю я просто, потому что даже целеустремленных мужчин надо иногда держать в напряжении, иначе они упустят свою цель — и будет очень-очень жаль. — Ты опоздал, Клас. Тебя опередили.

Идеально

Еще издалека я замечаю горящие факелы. Они обрамляют с двух сторон гравийную дорожку, ведущую к деревянному амбару.

— Это ферма Зёрена, — Лив обгоняет меня, — одного из местных пастухов, который держит четыреста степных овец. Он каждый день выходит с ними на пустошь. Животные предотвращают чрезмерную растительность: щиплют кусты и деревья. Если бы не они, пустошь давно бы уже заросла.

Я следую за Лив в мерцающем свете. Под ногами хрустит гравий. Жаль, что уже стемнело и я могу разглядеть только очертания фермы. Чтобы добраться до нее, нам с Лив пришлось довольно долго ехать по деревне. В какой-то момент улочки стали настолько узкими, что я готова была развернуться и отправиться домой. К счастью, Лив была за рулем: она мастерски уворачивалась от огромных тракторов, которые двигались навстречу. Женщина с точностью до миллиметра маневрировала на своем автофургоне между тракторными шинами, деревьями и столбами забора.

— Зёрен тоже делает сыр, но из овечьего молока? — Я стараюсь не отставать от бегущей впереди меня Лив, которая, к слову, еще и несет большую доску с сырным ассорти.

— Нет, — Лив поворачивается ко мне, не переставая двигаться вперед. — Молоко степных овец нужно только для ягнят. Большинство из них забивают, когда те достигают определенного возраста. Никогда не пробовала жаркое из баранины?

Я задумываюсь, готовлюсь ответить, но мы уже оказываемся в месте назначения: двери амбара распахнуты настежь. Перед ними, на небольшой поляне, уже собралось два-три десятка человек. Они расположились около двух чаш для костра, в которых ярким пламенем горят дрова. Дети резвятся вокруг, рядом бегает несколько собак, слышен смех. Какая чудесная атмосфера!

— Вот ты где! — широкоплечий мужчина оставляет гостей, подходит к Лив сзади, хватает ее за талию и с легкостью поднимает.

— Осторожно, осторожно! — Лив пытается удержать в руках сырное ассорти. — У меня тут груз.

Мужчина осторожно опускает Лив на землю и в ответ получает поцелуй в щеку.

— Зёрен, а где ты расположил закуски?

— В амбаре, справа от двери.

Видимо, на этот праздник каждый приносит что-то с собой. Мне неловко, ведь я пришла с пустыми руками.

— Замечательно, тогда я отнесу сыр туда. И, Зёрен…

— Да?

— Познакомься. Это Фрауке, она из Гамбурга, но сейчас живет здесь.

После этих слов Лив исчезает в амбаре. Тем временем Зёрен не отходит от меня ни на шаг. Тех слов, которые бросила Лив, явно хватило, чтобы пробудить в нем любопытство. И не только его. Вскоре я знакомлюсь с Маттиасом, Максом, Карлой и другими гостями праздника. Меня, словно какой-то кубок, передают из рук в руки. Вскоре мне становится ясно, что здесь все знакомы друг с другом уже целую вечность, а я на этом вечере новичок. Все они называют себя жителями пустоши и производят продукты, которые то и дело демонстрируют. Зёрен — впереди всех.

— Салями и крупнорубленые колбаски на сто процентов состоят из мяса степных овец! Попробуй, чувствуешь нотки дикого мяса? Мясо степных овец особенно нежное, это результат активного движения животных.

Потом ко мне подходят Макс и Карла. Они выращивают на своей ферме в песчаных почвах картофель. Поскольку однажды этого дохода перестало хватать для жизни, Карла, по профессии специалист по рекламе, придумала идею с картофельными чипсами. Сегодня Макс и Карла производят чипсы четырех вкусов и упаковывают их в шикарные бумажные пакетики. Я пробую все вкусы, больше всего мне нравится вариант «Розмарин, тимьян и морская соль». Потом я с радостью встречаю Маттиаса, местного пивовара. Меня как раз одолевает жажда. Маттиас наливает мне темное деревенское пиво, и ему льстит, что я за одну секунду опустошаю кружку и прошу вторую.

Потом я решаю присесть. Вокруг чаш для костра Зёрен расположил несколько деревянных лавок, обитых серебристо-серой овчиной. Я опускаюсь на одну из скамеек, вытягиваю ноги. Вдалеке узнаю силуэт Лив, которая возвращается из амбара, и машу ей.

— Ну что, как прошло знакомство? — Лив подходит ко мне и садится