Сибирский приключенческий роман 2 - Галина Алексеевна Беломестнова

В дорогом костюме, пальто и касторовой шляпе, Сохнин выглядел настоящим франтом, хотя в его осанке все же проглядывала военная выправка.

– Прошу прощения, что прервал вашу беседу, но я был крайне удивлен и обрадован, увидев здесь хоть одного знакомого человека.

Арсений представил Сергея Сохнина Ирине. Та, вполне благосклонно, протянула новому знакомому затянутую в лайковую перчатку руку, и офицер галантно поцеловал ее.

В руках у Сергея Сохнина был небольшой чемодан.

– Вы командированы куда-то? – поинтересовался Арсений.

– Нет, – чуть смутившись, ответил тот. – Я уезжаю, и, судя по всему, очень надолго.

– Решили оставить военную карьеру? – усмехнулся Сеня.

– Какая тут к черту военная карьера, вы же сами видите, что вокруг творится, – рассердился Сергей. – После нашей последней встречи события стали разворачиваться так, что мне не оставалось ничего другого как подать в отставку, но мне отказали. Немного подождав, я сам себя демобилизовал, поскольку уже не вижу смысла служить идиотам и помогать им в расхищении нашей страны.

– По сути, вы дезертировали и вас могут схватить в любой момент?

– Да, но наш общий знакомый (он не стал упоминать фамилию Аргунцева) помог мне выправить новые документы, и теперь я уезжаю за границу. – Он слегка покосился на даму.

– Прошу не беспокоиться, вашего друга господина Аргунцева Ирина прекрасно знает. Она тоже покидает Россию на этом пароходе, – успокоил его Арсений.

Он уже понял, что пути-дороги двух фронтовиков опять пересеклись в Хабаровске. Андреич, через Якова Рака, помог своему другу обзавестись новым паспортом и уехать во Владивосток.

– Не нажили вы, Сергей Алексеевич, имущества для переезда в чужие края, – Арсений кивнул на чемоданчик.

– Ничего, – усмехнулся бывший штабс-капитан, – кое-какие сбережения есть, так что на первое время хватит. Ну а вы-то какими судьбами здесь? – сменил тему офицер.

Арсений вкратце, без утайки, поведал ему о своих злоключениях.

– Наслышан, наслышан о «подвигах» генерала Красильникова, – усмехнулся Сергей. – Ну да все хорошо, что хорошо кончается, любезный Арсений Петрович. Кстати, Александр, при встрече, искренне надеялся, что вы, с вашим характером, сумеете выйти живым из любой передряги.

Меж тем Ирина оценивающе поглядывала на своего будущего попутчика и, казалось, была довольна тем, что отправится в плавание не одна.

– Ну что ж, не смею прерывать вашу прощальную беседу, – Сохнин приподнял шляпу. – Прощайте, Арсений, спасибо вам за все. Не поминайте лихом.

Сергей поклонился Ирине и, повернувшись на каблуках, направился к корабельному трапу.

Арсений с грустью поглядел вслед человеку, с которым судьба сводила его в столь рискованных ситуациях.

«Жаль, – подумал он, – уезжает хороший честный русский человек, интеллигент, офицер, патриот. Будет ли он востребован на чужбине? Как знать».

– Кто он? – Ирина слегка теребила Сеню за рукав пальто. Женское любопытство, на время, пересилило даже горечь расставания.

Арсений рассказал ей то немногое, что знал о Сохнине.

– Приятно осознавать, что у тебя есть такие порядочные знакомые, – серьезно сказала она. – Я записала твой адрес, напишу тебе письмо, если ты вдруг надумаешь уезжать из России, дай мне знать. Приезжай, буду ждать.

Посадка на судно близилась к завершению. Арсений довел Ирину до трапа, где они обнялись и поцеловались на прощание.

– Ладно, ступай. Долгие проводы – лишние слезы. – Ее красивые глаза действительно были полны слез. – Уходи, а то разревусь сейчас и никуда не уеду. – Она слегка оттолкнула его от себя. – Прощай, любовь моя!

Арсений видел, как она быстро поднялась по трапу и, пройдя по палубе, скрылась в толпе пассажиров. Он еще долго стоял на причале и глядел, как судно отчаливает от причальной стенки и выходит на середину акватории бухты Золотой Рог. Напоследок он увидел ее. Она стояла у борта и махала ему рукой. Неподалеку он различил статную фигуру Сергея Сохнина.

Однако в этот день у него произошла еще одна встреча со старым знакомым. Не успел он пройти привокзальную площадь, как его окликнул мужской голос.

– Сенько, бувай здоров! – американский военный, в котором Арсений сразу узнал Николу, с радостной улыбкой спешил к нему навстречу.

– Мыкола, вот так встреча! – искренне обрадовался Арсений.

– А мени Энтони говорил, шо вы встречались, чому ж вы мени не позвалы?

– Звеняйте пан охвицер, нема часу було, – рассмеялся Арсений.

– О то ж люблю, шо здесь богато людын балакоють на украиньской мове! – воскликнул Никола. – А то у нас у Штатах я зовсим забывать ридну мову спочав. А шо, куме, пидемо у шинок, тай по чарочке горилки выпьимо?

После расставания с Ириной у Арсения было тягостно на душе, и он, видя искреннюю радость бывшего малоросса, согласился с его предложением. Они устроились в каком-то привокзальном питейном заведении, где изрядно выпили и пришли в благодушное настроение. Никола рассказывал ему о своей службе в штабе, показывал письма от родных и делился впечатлениями от пребывания во Владивостоке.

– Скоро ворочаемося до дому, – рассказывал он, – займусь хозяйством, тай жинка пишеть, шо диты зовсим от рук отбились, растуть як байстрюки без батьки.

– Так, стоп, мне Тонни говорил, что у тебя только сын?

– Та ни. Через половыну роки як я уйшов в армию, жинка мени доню родыла. Ишшо маленька. А я, вже много стран повидав, тай нигде краше, чем у Америки, нема краю. Тильки здесь, у Приморье, еще люди як родные, а вот на ридной Украине так и ни був, – он пригорюнился и стал заспевать какую-то хохляцкую песню.

Арсений прислушался. Слова были ему знакомы. Он стал подпевать, и посетители кабачка с удивлением наблюдали, как русский мужчина и американский офицер все громче выводили:

Чому ж я не сокил,

Чому не летаю,

Чому ж мени, Боже,

Ты крылья не дав,

Я б землю покинув

Тай в небо злитав!

Арсений настолько расчувствовался, что после посещения еще нескольких кабаков пригласил Ника – Мыколу к себе домой. Там они еще опрокинули по чарочке, и Сеня подарил американскому приятелю томик стихов любимого им Тараса Шевченко.

Вернувшаяся с работы домой Прася с удивлением обнаружила у себя дома американского «интервента», который отплясывал с ее мужем гопака. Насилу угомонив «теплую» компанию, она проводила гостя и уложила пьяненького супруга спать.

– Надо же, – удивлялась она, – никогда не видела его в таком состоянии.

Крестовая сопка

Бегство российских эмигрантов из Владивостока с каждым днем принимало все более беспорядочную форму. Судов для пассажиров не хватало, постепенно назревала паника. Люди выстраивались в длинные очереди, ночевали в порту, чтобы попасть на любое судно.

Грузчикам жалко было этих перепуганных буржуев и обывателей, но их не на