Сибирский приключенческий роман 2 - Галина Алексеевна Беломестнова

– Вот так встреча, – Сеня был сконфужен и не знал как себя вести.

Прасковья мало что понимала в сложившейся ситуации и простодушно представила гостью.

– Это Ирина, твоя давнишняя знакомая. Случайно разыскала нас во Владивостоке. Она пришла вечером, но ты был на ночной смене, и поэтому я предложила ей переночевать.

– Да, мы с Арсением Петровичем давнишние знакомые, – в голосе дамы прозвучал едва заметный сарказм, – еще с Хабаровска.

Добрая душа Пашутка засуетилась, встречая мужа: «Что же мы стоим, проходи Сеня, умывайся. Мы как раз собирались чаевничать. Тебе сейчас надо съесть чего-нибудь, проголодался после работы». Она достала завернутый в одеяло и полушубок чугунок с гречневой кашей и мясом. Арсений почувствовал, что сильно голоден. Треволнения ночной схватки не прошли даром. Ему чертовски хотелось лишь одного – поесть и уснуть.

Насытившись, он почувствовал себя лучше.

– Как ты очутилась в Приморье? – спросил он Ирину.

– Ты знаешь, мне удалось встретиться с твоими хорошими знакомыми Серафимой и Георгием.

– Но они ведь отправились в Японию?

– Нет, там они не задержались, а прибыли в порт Дальний, откуда собирались добраться до Северных Американских Штатов. Там-то мы и познакомились в гостинице, и я узнала, что ты жив-здоров. На судне прибыла во Владивосток, и вот я здесь.

– Да, мир тесен, – изумился Арсений.

– Ты сильно изменился, Сеня, – грустно сказали Ирина, – возмужал и даже как-то постарел.

– Работа тяжелая, да и пребывание в плену наложило свой отпечаток.

Разговор как-то не клеился, тем более что Прасковья тревожно поглядывала то на Арсения, то на его гостью. Паше надо было бежать на работу в столовую, но она сердцем уже почувствовала соперницу в этой светской женщине.

Арсений взял себя в руки и успокоил жену.

– Не волнуйся, женушка, я только провожу знакомую и вернусь домой, – твердым голосом сказал он ей.

Прасковья, чуть ссутулившись, поспешила по улице в сторону порта, и столько было в этой женской фигурке трогательной беззащитности, что Арсений еще с большей силой уверился в том, что никогда не оставит эту нежную и по-детски добрую и доверчивую женщину. Словно почувствовав его взгляд, Паша обернулась и поправила свой нарядный цветастый платочек. Улыбнувшись, он кивнул ей головой, давая понять: «Иди спокойно, родная, ни о чем не беспокойся».

– Я понимаю, Сеня, что ты чертовски устал, но не хотелось бы откладывать разговор надолго, – обратилась к нему Ирина. – Тем более что во Владивостоке задерживаться нельзя. Со дня на день сюда прорвутся красные. Короче, я приехала за тобой…

– Знаешь, Ира, – Арсений закурил папиросу и, немного помолчав, продолжил: – Слишком много событий произошло за столь короткое время. Я не смог в установленное время встретиться с тобой. И тогда, в полной уверенности, что ты, не дождавшись меня, уехала за границу, я решил строить свою жизнь самостоятельно. Прошел почти год, я полюбил хорошую женщину, и у нас теперь семья.

– Погоди, погоди, – закричала Ирина, – из рассказа Серафимы я знаю, какие опасности и лишения тебе пришлось пережить. Но неужели у тебя совсем нет сердца, и ты не помнил о нашей любви? Неужели ты предпочтешь эту пусть милую, добрую, но простодушную женщину мне, которая полюбила тебя всем сердцем и желала только одного – увезти своего возлюбленного мужчину из этого ада войны и насилия. Объясни, как это понимать?

– А так и понимать, что не встреть ты Георгия с Симой, то действовала бы по своему строгому плану и только порой, с сожалением, вспоминала о сгинувшем невесть где отчаянном парне.

– Ты несправедлив ко мне, я пыталась тебя разыскивать, я даже встретилась у Вари с твоим бывшим командиром Аргунцевым. Однако он ничего не знает о твоей судьбе, разве только тот факт, что ваш отряд был почти полностью уничтожен в одном из боев подле Хабаровска.

– Ну вот видишь, Ира, у тебя были все основания со спокойной душой ехать к своему брату и строить свою судьбу совсем в другом ключе. Никто из нас не виноват в том, что наши судьбы сложились именно так. Поэтому не упрекай меня и не рви себе сердце. Ты молодая, красивая женщина, да к тому же еще и с немалым состоянием, а я кто, голь перекатная, бывший беспризорник. Я не хочу быть примаком и приживалкой при знатной даме, так что остаюсь при своем интересе.

Арсений лукавил, памятуя о спрятанных в тайге ценностях, но как до них добраться, он понятия не имел, а посему пока не морочил себе голову подобными прожектами.

– Ты жесток, Сеня, – в глазах Ирины блеснули слезы. – Я так надеялась на то, что мы поедем по миру. Вспомни наши мечты.

– Поверь мне, дорогой мой человек, – с волнением заговорил Арсений, – я настолько вдосталь набродяжничался и напутешествовался за эти годы, что мечтаю только о домашнем очаге и спокойной жизни! Меня сейчас никуда не тянет, и, наконец, я люблю свою жену, мы обвенчаны в церкви, и вскоре у нее будет ребенок.

Про ребенка он присочинил, хотя, возможно, не был далек от истины.

– Ладно, прости меня за минутную слабость, – в глазах женщины пропали слезы и появился решительный блеск. – Я проведу в городе два дня. Надеюсь, мы побеседуем еще как старые друзья. А теперь проводи меня до какой-нибудь гостиницы.

Они вышли вдвоем. Арсений проводил даму до гостиницы.

Прости, прощай

Сеня знал, что Ирина решительный и волевой человек, и от своего стремления увести его с собой она вряд ли откажется. Эта немка, с примесью удалой русской крови, привыкла воплощать свои планы в жизнь. С такой женщиной можно было бы партизанить, заниматься разбоем или окунуться в революционную борьбу, но Арсений понял, что теперь ему нужна не такая сорви голова, а именно Прася.

Через несколько часов, отдохнув и приведя себя в порядок, он вышел в город и направился в гостиницу. Поднимаясь к ней в номер, он приготовился к возможным эксцессам со стороны эмансипированной амазонки. Ирина встретила его с таким видом, словно между ними ничего не произошло.

– Я несколько лет не была во Владивостоке. До чего же изменился город. Если бы не война, то можно было бы подумать, что это оазис процветания и изобилия.

Действительно, магазины Кунста и Альбертса, Бриннера и Чурина ломились от дорогих товаров как европейского, так американского и азиатского ассортимента.

– Что ж ты хотела, город имеет статус порто-франко, – ответил Арсений.

У Ирины был весьма скромный багаж, из чего следовало, что она приехала налегке.

– Предлагаю пообедать в ресторане и прогуляться по магазинам, – предложила женщина. – Здесь