На тонкой ниточке луна… - Валерий Леонидович Михайловский

былого пира: раскрытые пустые банки из-под дешевых консервов, грязные ложки, два залапанных жирными руками стакана, куски черного, уже подсохшего хлеба. На полу валялись две пустые бутылки. Николай поднял одну. «Пшеничная, — прочитал он. — Хорошо живут», — подумал милиционер, потом взял со стола одну пустую банку из-под килек в томатном соусе, наполовину наполненную окурками.

— Никакой фантазии: водка, килька — и в аут! — громко сказал он.

Разбудить обитателей этого жилища было делом нелегким.

— Ты кто будешь? — повторял свой вопрос милиционер, потрясывая за плечи то одного, то другого.

— Вася, экскаваторщик, — наконец-то ответил один, не открывая глаз.

Глаза все же потом разлепились.

— Опа — менты! — почти выкрикнул он заплетающимся языком и снова закрыл глаза, но Николай был настойчивым и сотрясал тело пьяного человека с такой силой, что голова его болталась в разные стороны, грозясь удариться о стенку или металлическую стойку.

— Проверка паспортного режима, — громко сказал милиционер.

— Какая проверка? Мы тута вдвоем живем… работаем… — путался в определениях экскаваторщик.

— Кто еще находится на вашей территории?

— Никого больше нет, — икнув, ответил Вася. И привычным движением заложил папиросу за оттопыренную губу, нашарив спички, чиркнул. Пыхнул дымом, сизое облачко образовалось над его косматой головой.

— А КрАЗ чей? — спросил милиционер, хотя он уже был осведомлен о водителе старого самосвала.

— Жоркин. Он в своем вагончике спит.

— Когда он приехал?

— Под утро уже… Да, уже светло было, ну, как всегда, — наморщив лоб, вспоминал экскаваторщик.

— С кем он приехал? — напирал милиционер. Он сейчас мнил себя этаким Шерлоком Холмсом. Ему казалось, что вот сейчас этот еще не пришедший в себя человек расколется и все расскажет. Ему казалось, что он зацепился за нужную ниточку.

— Сам. С кем же ему быть? — экскаваторщик недоуменно поднял брови.

— Что он делал, когда приехал?

— Сети поставил и лег спать.

— Он с вами тоже пил?

— Нет, он на работе никогда не пьет, он же за рулем, — ответил экскаваторщик.

Он подошел к ведру с водой, зачерпнул большой эмалированной кружкой и жадно выпил большими глотками.

— А водку кто привез?

— Жора и привез. Он парень что надо, он никогда о друзьях не забывает, — экскаваторщик многозначительно помахал пальцем.

«Сети, сети, сети, — подумал милиционер. — Проверим, что за сети ставил этот Жора». С этой мыслью он вышел из вагончика, поняв, что большего добиться от Василия не смог бы даже самый опытный сыщик.

— У Жоры что, моторка есть? — спросил милиционер у вышедшего на улицу экскаваторщика.

— А как же! Мы же иногда рыбачим. Вот она там, внизу, стоит, — Василий показал рукой в сторону берега.

Николай быстрым шагом подошел к КрАЗу. Обошел его, ловко взобрался на подножку грузовика, оттуда подтянулся, схватившись за край борта, оглядел кузов. Там стояло несколько бочек. Искомой деревянной лодки не обнаружилось. Затем легко поднялся по ступенькам вагончика, постучал. Жора тут же проснулся, открыл дверь.

— Здравствуйте, Георгий Анатольевич Трошин. Я по адресу попал? — спросил несколько игриво милиционер.

— Здравствуйте. Чем обязан такой чести? — спросил Жора в тон прозвучавшему вопросу.

— У меня к вам будет несколько вопросов, — продолжал изображать из себя учтивого гостя милиционер Николай.

— Хоть несколько десятков. Я в чем-то провинился?

Нет, нет, что вы? Это формальность, плановые проверки. Месторождения, нефть… Вы понимаете?

— Да, конечно… Как не понять? — Георгий улыбнулся.

— Так вот… Когда вы приехали на карьер?

— В шесть утра.

— Один?

— Естественно, а с кем я должен был приехать?

Милиционер оставил без ответа этот вопрос.

— Что вы делали с шести утра до сего часа? А сейчас уже шестнадцать часов.

— Это допрос?

— Что вы, это просто сбор сведений. Мы должны знать, чем занимаются люди на месторождениях.

— Поставил сети в протоке и лег спать. Я же всю ночь не спал, — невозмутимо ответил Георгий.

— И вы можете показать, где находятся выставленные сети?

— Конечно, если хотите, я могу вас отвезти туда на моторке. Мне все равно проверить нужно. Сейчас вода теплая и рыба может задохнуться.

— Да, я с удовольствием съезжу с вами. Я ведь тоже рыбак, и мне будет интересно.

Жора был готов к такому развитию событий, он заправил еще утром полный бак бензина. Предполагая, что Тэранго будут искать, он предупредил Могульчина, к которому доставил беглеца, чтобы увезли его дальше, под Ларьяк, притом — немедленно.

— Заправьте полный бак бензина, — распорядился милиционер. — Нам придется проехать в стойбище Могульчиных. Вы не против? — спросил лейтенант, ехидно глянув в лицо Жоры. — Там у меня кое-какие дела, — добавил он.

— Нет, не против. Я знаю о священной обязанности каждого советского гражданина помогать милиции, — ответил Жора иронично. — А бак в моторной лодке полный: сколько там бензина ушло? Сети-то совсем рядом. Так что я в вашем распоряжении, лейтенант.

Сети действительно были выставлены в протоке. Бравый и опытный в делах рыбацких милиционер удостоверился, что поставлены сети недавно: на свежезапутанной рыбе налета, ила нет, значит, сеть стоит недавно.

Могульчины, уже предупрежденные Жорой, конечно же, не видели никого подозрительного. Да, конечно, они знают Жору, как поведали они, а приезжал он к ним последний раз еще неделю назад. Да, они знают, что в сторону Нижневартовска проехал какой-то ненец-чудак, но обратно он не возвращался.

— Откуда и зачем приехал тот ненец? — допытывался лейтенант.

— Слышали от людей, что приехал он издалека, из тундры: очки ему нужно купить, — отвечал светлоглазый, не похожий на ханта хозяин стойбища.

— Какие еще очки? — недоуменно спросил милиционер.

— Обыкновенные, — отвечал спокойно Могульчин, — газеты читать.

— Что еще вам известно об этом человеке? — напирал Николай.

— А ничего больше не знаем, — ответил Могульчин. — Говорят, в Сургут он собирался, — вспомнив об инструктаже Жоры, добавил он.

— В Сургут? — удивленно спросил милиционер.

— В Сургут, — невозмутимо подтвердил хозяин стойбища. — Может, чаю поставить? — предложил он и уже поднялся с места.

— Не до чаю, — в сердцах проронил милиционер и сверкнул недобро глазами в сторону Георгия, — поехали обратно.

VI

Сквозь чистое окно с раздвинутыми белоснежными занавесками в комнату ворвалось солнце. На столе, освещенном его лучами, обозначились контрастные тени от кружек, чайника с загнутым носочком, из которого как-то робко вытягивалась тонкая ниточка угасающего пара. Зинаида поежилась, приподняв плечи, обхватив себя руками, будто стало зябко.

— Что с тобой, Зина? — услышала она голос подруги.

Ответа не последовало. Солнце снова вспыхнуло и тут же вонзилось в вату облаков.

— Как переменчива северная погода… — задумчиво произнесла Зина.

— Ты меня будто не слышишь, — возмущенно продолжала Настя. — Мы же на почту собрались. Скоро обед, а я тебя расшевелить не могу. Может, ты передумала? — Настя посмотрела на