Удивительные истории о соседях - Майк Гелприн

одном доме. Она уехала и стала писать тебе все реже, а потом и вовсе перестала. Или… это был ты? Впрочем, тогда ты женился и переехал в другой город, оставив прошлое в прошлом.

Семнадцать лет… Все твои воспоминания были собраны временем и разлукой в старый пыльный ящик. Он спрятан где-то глубоко внутри. Там, куда ты не заглядывал долгие годы. Ты был так увлечен своими отношениями, а затем убит горем, что напрочь забыл о ком-то столь важном.

Эмоциональная осень, апельсиновый торт, глупое школьное прозвище, стихи Асадова и бумажные письма… Как ты мог не понять?!

Семнадцать лет – и вот она вновь стоит перед тобой и… ничуть не изменилась. Как ты мог забыть?!

– Леська… – голос звучит хрипло, едва слышно, – вернулась.

Золотистые брови вздрагивают, надламываются изящно у переносицы, возвращая ей тот юный облик. На сочной зеленой траве выступают жемчуга росы и скатываются вниз по румяным щекам. Олеся поджимает чувственные губы и часто кивает.

Шаг вперед. Она крепко смыкает руки за твоей спиной и утыкается лицом в грудь. Ее волосы все такие же мягкие и яркие. Пахнут спелыми цитрусами и гвоздикой. Кладешь подбородок на ее макушку и шумно вдыхаешь забытый родной аромат, смежив веки.

– А ты… все еще коротышка.

– А ты… – сдавленный то ли всхлип, то ли смех, – все еще идиот!

Лариса Александрова

Консьержка

1

Уговаривать Ольгу Ивановну стать консьержкой долго не пришлось. Жила она в доме со дня заселения, старых жильцов знала хорошо. Из тех, кто переехал в последние годы, знакома была с соседями по этажу и, конечно же, с собачниками. У нее у самой был пудель Филя. Всегда аккуратно подстриженный, осенью и зимой он франтил в теплых разноцветных жилетках, связанных безумно любящей его хозяйкой.

Прежнюю консьержку, прозванную в доме Баба Геля-Громобой, уволили со скандалом. Уж больно много в последнее время поступало на нее жалоб! Любила та пошуметь без повода, но особенно раздражала всех ее привычка выяснять, кто к кому и зачем приходит. Баба Геля обсуждала гостей громко, в выражениях не стесняясь. В общем, наступил предел, и ее «попросили».

Появление Ольги Ивановны было встречено с симпатией.

– Наконец-то нашли интеллигентного человека, – говорили жильцы друг другу и, проходя мимо нее, приветливо кивали:

– Доброе утро, добрый вечер!

Первоначальное опасение Ольги Ивановны «а вдруг хулиган какой или подозрительная компания в подъезде окажутся, как я их утихомирю?» председатель домового правления рассеяла сразу:

– В голову не берите! Если ситуация будет из ряда вон выходящая – звоните мне или Михалычу из третьей квартиры. Он отставной полковник, в милиции работал. Любит во все влезать, справедливость восстанавливать. Ему в удовольствие, и вам спокойно. Вообще-то у нас обычно тихо, вы же знаете.

Освоилась Ольга Ивановна быстро. Недели через две лица примелькались, и вскоре она поквартирно знала абсолютно всех, а еще приходящих: провожающих, встречающих, выгуливающих собак, поливающих цветы.

С работой консьержкой ее размеренная и спокойная жизнь изменилась. Если раньше телефонный разговор с подругой она переживала целую неделю, то теперь только и успевала сообщать той последние новости. Ведь она знала многое: и почему у Ирочки из 12 квартиры глаза заплаканные, и к кому на днях приезжала скорая, и из-за чего постоянно ссорятся Кузнецовы.

Новой консьержке особенно обрадовались пенсионеры. Они подолгу простаивали у окошка дежурки. Пришлось даже специально стул из дома принести: люди-то все ногами да сердцем больные!

Сама Ольга Ивановна работала до пенсии машинисткой в НИИ. Болтать не привыкла, но слушать умела – за что и поплатилась временем любимых сериалов, ведь жильцы заходили к ней и в квартиру. Кто ключ оставить для родственников, кто разговор продолжить, а кто предыдущую серию обсудить. Конечно, можно было бы попросить: «Люди добрые! Отдохнуть хочется!», но поводы их появлений были порой столь трогательными:

– Иванна! Иду с утречка за творогом и сметаной. Те купить?

В такие минуты Ольга Ивановна понимала, что не зря живет на свете.

Единственным, с кем не поладила консьержка, был Семенов Н. П. с четвертого этажа. Тот, что за квартиру не платит полгода (в суд подавать правление собирается!), вечно ходит небритый, в мятой одежде. Деньги около магазина выпрашивает на бутылку: сведения точные, Римма Степановна, из пятой, говорила. Поначалу Ольга Ивановна пыталась найти ему оправдание. «Опустился мужчина после того, как жена ушла», – размышляла она каждый раз при встрече с ним, а однажды даже попробовала усовестить соседа, но тот грубо ответил:

– Уйди, мать! Бу-бу-де-шь приставать… у-волю!..

Ну а дальше такое пошло, что консьержка сразу заткнула уши и вынуждена была пожаловаться Михалычу. Теперь полковник время от времени подмигивал:

– Как бои местного значения? Ведете?

2

Пригласили Ольгу Ивановну в консьержки осенью, а весной она заметила, что от избытка разговоров стала уставать. Пластинка бесед крутилась как заведенная, одно и то же да одно и то же. И тогда ее стали занимать жильцы, о которых ничего, кроме фамилии и имени, не знала.

Вот, например, Татьяна Петровна из 53 квартиры. Небольшого роста женщина за сорок, с усталым бледным лицом. Уходила на работу рано, но часам к четырем всегда была дома. Проходя мимо консьержки, автоматически кивала головой: «Здрасьте!» Никогда ни о чем не спрашивала, в разговоры не вступала. Носила Татьяна Петровна серое пальто, с потрепанным, явно в летах, мехом. По всему судя, была она женщиной одинокой, уже ни на что не надеющейся. Хорошо, ой как хорошо знала Ольга Ивановна такую жизнь! Порой не то что краситься, на улицу выходить не хочется.

Однако вскоре консьержка заметила, что с Татьяной Петровной что-то стало происходить. Она даже внешне изменилась. Купила новую яркую куртку, зимнюю шляпку. Потом и объяснение появилось. Ольга Ивановна ахнула! Не ожидала она такого поворота дел. Мужчина! Крупный, под два метра! Черная шевелюра. Улыбчивый, энергичный. Приходил ненадолго, часа на полтора. Два раза в неделю, всегда в определенные дни. Иногда после его ухода Татьяна Петровна выбегала на улицу и возвращалась с сумками, полными продуктов. В прозрачном пакете были видны яблоки, бананы, рыба.

«Это хорошо, что он ей деньги дает, – думала Ольга Ивановна. – Заботливый…»

Нравилась Ольге Ивановне эта пара. Удивляло лишь то, что мужчина днем приходил. «Женат, видно», – строила она догадки.

Как хотелось Ольге Ивановне хоть что-то знать об их знакомстве. За неимением сведений стала она сочинять свои истории.

К примеру, могли они познакомиться в магазине? Татьяна Петровна выходила оттуда с тяжелой сумкой, а мужчина дверь придержал.