Копенгагенская интерпретация - Андрей Михайлович Столяров

клетки с четкими мембранами и органеллами? Никаким наблюдением мира это не объяснить. Потому, повторяю, что в тот период - а длился он миллиарды лет - никакого наблюдателя не было вообще. Говоря проще, что заставляет материю развиваться? Что неуклонно подталкивает ее вверх, ступенька за ступенькой по лестнице эволюции? Что наконец поднимает ее до разума, до субъектности, способной наблюдать и это наблюдение осознавать?

Маревин иронически говорит:

- Если вы, Леонид, о Творце, то есть о Боге, то в этих координатах можно объяснить все что угодно.

Физик поднимает кверху указательный палец.

- Вот! Андрей Петрович! Вы почти в точку попали. Да, действительно, речь идет о Творце, но, разумеется, не о Боге, предвечном и всемогущем, намерений которого нам не понять. Речь тут о Логосе. На мой взгляд, Фиц Зоммерфельд предложил очень удачный термин. Но о Логосе, не как об ипостаси божественности, не как о Духе Святом, что, по сути, есть тот же Бог, а как о реально существующем факторе эволюции. Вы, надеюсь, слышали про концепцию космогенеза Ли Смолина? Пресса тоже писала о ней раз стопитсот...

Мэр берет бутылку за тонкое горло и приподнимает ее над столом:

- Логос... шмогос... Смолин... Шмолин какой-то... Леонид, учти, если ты еще раз что-нибудь такое произнесешь, я тебе вот этой штукой - по голове...

А ведь это игра, неожиданно понимает Маревин. Они друзья, нет, точнее - они союзники. Но союз этот против кого? Впрочем, тоже понятно - против полковника Беляша. И сейчас они аккуратно втягивают в этот союз и меня.

Он говорит:

- Это идея естественного космологического отбора: образование новых Вселенных из черных дыр, как бы выворачивающихся наизнанку, причем часть дочерних Вселенных имеет антропную конфигурацию, в них зарождается жизнь, а часть так и остаются пустыми.

Леонид кивает:

- Все верно. Хорошо сформулировали. Вот, Терентий Иванович, гляньте, сразу чувствуется - образованный человек... Причем, пустые, как вы их назвали, Вселенные деградируют - в соответствие со вторым началом термодинамики, их пожирает неумолимая энтропия, они растворяются в ней, бесследно, уходят в Ничто, а в антропных конфигурациях зарождается жизнь, начинается негэнтропийный процесс, разворачивая - это свойство всех сложных систем - безудержную экспансию, заполняя собой сначала всю Землю, что мы наблюдаем сейчас, а в перспективе - Солнечную систему, Галактику и наконец всю Вселенную...

- Ноосфера Вернадского, Сверхразум, о котором писал Тейяр де Шарден, - продолжает Маревин, показывая, что он не совсем уж тупой.

- Именно так! - восклицает, повернувшись к нему, Леонид. - Причем, синтезируя эти концепты, что на основе копенгагенской интерпретации и осуществил все тот же Фиц Зоммерфельд, можно предполагать, что Сверхразум, возникнув и осознав свое космическое одиночество, уткнувшись в пределы, за которые ему физически выйти нельзя, начинает способствовать возникновению антропных Вселенных, воздействуя каким-то образом на трансформацию черных дыр, то есть конфигурируя сам Большой взрыв. Вот это воздействие и есть Логос. Он превращает хаос Большого взрыва в структурно-функциональный Космос, он упорядочивает динамику Галактик, звезд и планет, он представляет собой движитель самоорганизации, результатом которой являются жизнь, разум и сам человек. - Леонид прикладывает указательные пальцы к вискам. - Но здесь следует понимать один важный момент. Логос - это не постоянное и неизменное излучение, это импульс, длительный, сильный, и все же подверженный размыванию той же самой безжалостной энтропией. Он ограничен, со временем он начинает ослабевать. И если разум не успевает его подхватить, если не успевает взять всю Вселенную под контроль, она тоже начинает деградировать, погружаясь в небытие, что мы и наблюдаем сейчас.

Леонид останавливается:

- Андрей Петрович, вы хотите что-то сказать?

- Да... - медленно произносит Маревин. - Мне кажется, что здесь присутствует противоречие. Вселенная однородна: существует множество звезд, подобных нашему Солнцу, множество планет, подобных нашей Земле. Логос пронизывает ее всю - значит, жизнь должна была зародиться во множестве мест...

Физик кивает - он подобного возражения ожидал.

- Я вас понимаю. Но учитывать следует еще и тот факт, что жизнь возникает все таки не везде и далеко не всегда. Вы о «Поясе Златовраски» слышали?  Об узком пространственно-временном коридоре, где только и наличествуют трансформации звездного условия для абиотического химизма в закономерный планетарный биологизм. Одно это уже сильно ограничивает жизнеобразующий ареал. Кстати, отсюда следствие: все иные цивилизации, если, конечно, они существуют, возникли практически одновременно с земной и находятся сейчас примерно на той же стадии технологического развития. У них примерно те же проблемы. И вообще жизнь - субстанция хрупкая. А если глобальная эпидемия, приведшая к вымиранию разумных существ? А если гигантское вулканическое извержение, которые на Земле происходили не раз? А если упадет невообразимых размеров метеорит? Шестьдесят шесть миллионов лет назад, в конце мезозоя, из-за падения такого метеорита вымерли динозавры. Но пыльно-огненным смерчем могла бы быть сметена и вся жизнь на Земле. И любопытно вот еще что: а если бы динозавры не вымерли? Появился бы тогда хомо сапиенс, тотально доминирующий сейчас биологический вид, или по земле до сих пор бродили бы, пережевывая траву и листья, всякие диплодоки и стегоцефалы? И разум начали бы обретать именно динозавры: хватательные конечности, наподобие рук, у них уже появились. Вот от каких случайностей все зависело... Нет, хотим мы этого или не хотим, а следует признать, пусть тревожный, но факт. Мы во Вселенной, скорее всего, одни. И рассчитывать мы можем лишь на себя. На свой разум, на свой творческий потенциал, который представляет собой кульминацию разума. Нам передана своеобразная эстафета жизни. У нас в руках находится судьба всей нашей Вселенной. От нас зависит - умрет она или будет существовать. Или вот, если хотите, интересная аналогия, сформулированная, между прочим, Иоахимом Флорским почти тысячу лет назад. Бог-отец, Иегова, даровал нам Ветхий завет, правила, по которым следует жить. Бог-Сын, Иисус Христос, даровал нам Новый завет, тоже правила, но уже обновленные, соответствующие новому цивилизационному бытию И теперь Логос, метафорически - Дух Святой, дарует нам Третий Завет, пока еще чисто словесный, не оформленный, к счастью, в догматический церковный канон. Причем этот Третий Завет, судя по всему, будет последним. Видите, догадки о нашем предназначении вспыхивали уже тогда.

Мэр по привычке, обретенной на совещаниях, барабанит пальцами по столу.

- Скажи, Леонид, я правильно понимаю,