Семь лун Маали Алмейды - Шехан Карунатилака

Один из снимков — увеличенная копия второго. На оригинальном снимке дети с палками измываются над обнаженным тамилом. На заднем плане «бенц», номерной знак не видно, а вот человека на заднем сиденье — да. Он выглядывает в открытое окно, наблюдает за беспорядками. Лицо его непроницаемо, губы плотно сжаты. На другом, расплывчатом, снимке — лицо этого человека крупным планом. Министр Сайрил Виджератне показывает Эльзе фотографию и шипит:

— С этим вы что намерены делать?

— То есть вы признаете, что это вы? — Эльзе хватает ума не улыбнуться.

— Полегче, мисс. Вы не первая обвиняете меня в том, что это я устроил беспорядки. Можно подумать, это в моей власти. Толпа рассвирепела, и тамилы, к сожалению, попали под удар. Вот и всё.

— Ни в чем не повинные тамилы?

— К сожалению.

— Так почему вы не остановили их?

— В событиях 1983-го виноваты ваши люди, а не я, — говорит министр. — Разбуди спящего льва — и он тебя растерзает. Не забывайте об этом.

— Откуда толпа узнала, в каких домах живут тамилы?

— Вы не слишком-то грамотно разыгрываете свои карты, миссис Матанги.

— Мисс.

— Я отдам вам фотографии. Разумеется, кроме этих двух.

— Разумеется.

— Но мне нужны негативы. Где они?

— Об этом могут знать подружка и дружок Маали.

— Это дети Стэнли. Я не могу их трогать.

— Только одну из них.

— Если принесете мне негативы, прочее можете оставить себе.

— Будь у меня негативы, они бы мне не понадобились.

— И окажите мне еще одну любезность.

Эльза пытается прочитать улыбку министра и понять, чего он хочет.

* * *

Ты плаваешь под потолком и слушаешь, как министр Сайрил рассказывает Эльзе Матанги о британском торговце оружием с израильской военной техникой; правительство желало бы пообщаться с ним, но по условиям нового договора с китайцами не имеет на это права. Это оружие можно было бы отдать полковнику Махатийе, говорит министр, при условии, что полковник с его помощью вырвет у Верховного власть над «Тиграми». Но Махатийя не доверяет ни военным, ни британцам. И правительству нужен посредник.

— Только не говорите об этом вашему партнеру Кугарадже. Наши источники утверждают, что он связан и с «Тиграми», и с индийской разведкой.

— Думаете, я этого не знаю?

— Взамен вы получите все фотографии, разумеется, кроме этих двух. И вас не посадят в тюрьму. В вашем положении это предложение мечты. Лучшего предложения вы никогда не получите.

— Меня убьют, вот что я получу. Или вы, или они.

— Мы убиваем только плохих людей. Те, кто угрожает нашей стране, — люди плохие, хуже некуда.

— А те, кто погиб в 1983-м?

— Это было давно. Незачем вспоминать. Если, конечно, вы не хотите, чтобы те события повторились.

— А если я отвезу негативы в Канаду и сообщу журналистам, что правительство Шри-Ланки поставляет оружие террористам?

— Вы все же умнее этого. Я должен узнать ваше решение, прежде чем вы уйдете из этого кабинета.

Министр мог бы сказать не «прежде чем», а «если», но этого не потребовалось. Тому, у кого власть, незачем угрожать в открытую: его угроза и так ясна.

— Если КНФПСТМ согласится на это, мы хотим, чтобы Индия не участвовала. И мы требуем защитить мирное тамильское население.

— Не КНФПСТМ. Лично вы. Кажется, вы забыли об Алмейде. Мы не убивали его. А вот насчет вас и Куги дать гарантий не можем.

— Мы в такие дела не лезем, сэр.

— Гибель коллеги вас явно не очень расстроила.

— Я потеряла много коллег, сэр. Нам к этому не привыкать.

— Как и мне, дорогая, — отвечает сын великого человека и дядя парнишки в боа из перьев. — Не забывайте об этом.

— Постараюсь.

Эльза никогда не играла в покер, но у нее получилось бы здорово.

— Даю вам времени до конца выходных. Не больше. Мне нужны негативы, и в воскресенье вы явитесь ко мне на совещание.

— Можно мне пока забрать фотографии?

Министр взял трубку, буркнул приказ.

В кабинет вошли вооруженные люди в черном, не военные и не полицейские, и выпроводили Эльзу Матанги. Один остался, чтобы собрать конверты. Эльза без улыбки покачала головой, когда ее выводили из кабинета.

Министр положил трубку, кивнул.

— Сорок восемь часов. Время пошло. Мне нужны негативы и ваше слово, сейчас. Снимки пока что останутся у меня.

* * *

— Если мне еще хоть раз позвонят насчет Маали Алмейды, я отправлю тебя — да, тебя лично — в Джафну выполнять поручения индийцев.

Кухонным ножом он вскрывает конверт, едва не отрезав себе кончик пальца.

— Чертов ублюдок. Такое чувство, будто призрак этого гомика явился испортить мне день.

Если б ты только знал, думаешь ты. Если б только знал.

— Мендис, ты слышал меня?

— Да, сэр, — робко пищит дюжий капрал, расставляющий папки в углу.

— Ты говорил, ко мне пришли?

— Да, сэр. Двое копов.

— Пусти. И не зови меня к телефону, если только не позвонит сам знаешь кто.

— Да, сэр.

Дюжий молодчик выходит в дверь возле шкафа. Прямоугольный кабинет завален папками, картами, на столах груды оружия. За стеклом в шкафу (ключ вставлен в замок) — «Узи», калашников, браунинг тридцать восьмого калибра, гранаты, пули дум-дум. На столе в углу множество телефонов и табличка с именем: «Майор Раджа Удугампола». Тебе доводилось сиживать возле этого стола, просить об одолжениях и взамен получать приказы.

Дюжий молодец возвращается с двумя полицейскими. Один дородный и молчаливый, второй поджарый и разговорчивый. Майор хмуро глядит на них, продолжая вспарывать конверты.

— Заместитель суперинтенданта полиции Ранчагода. Детектив Кассим. Я выбрал вас по рекомендации. У вас много работы.

— Сэр!

Оба вытягиваются в струнку, избегая встречаться взглядом с большим человеком.

— Много мусора осталось в «Лео»?

У Кассима руки чешутся достать блокнот, в котором записаны точные данные. Но, видимо, ему вспомнилась история о том, как майор Раджа сломал нос рядовому за то, что вертелся в строю.

— Семьдесят семь, — рявкает он.

— Не врите. Я думал, сорок с чем-то.

— На прошлой неделе привезли еще, сэр, — сообщает Ранчагода.

— Я попросил ввести комендантский час. Министр сделает. Вы займетесь транспортом. За кладбище отвечает СОГ. У вас достаточно машин?

— У нас есть три грузовика.

— Ха! Этого мало. Водителей я найду. Придется сделать несколько ходок. Еще до меня доходят очень плохие слухи.

— Какие, сэр?

— Что мы нанимаем преступников. Говорят, они скармливают трупы кошкам. Лучше бы оказалось, что это ложь.

— Хороших мусорщиков отыскать нелегко, сэр. Никому нельзя доверять. Наши негодники не святые, но не убивают и не торгуют наркотиками, — говорит Ранчагода, Кассим стоит, потупясь.

— Вот и хорошо.

— А насчет кошек мне ничего не известно, сэр.

— О'кей. Посмотрим.