Аутсайдер - Тедди Уэйн

«Где ты? – спросила Эмили в ответ. – Мы можем поговорить?»

Был лишь один способ объяснить, почему она отказывает дочери в устной коммуникации.

«Вчера вышла подышать свежим воздухом, – ответил он, – и проснулась с больным горлом. Других симптомов нет, но говорить трудно. Думаю, мне не стоит ни к кому приближаться».

После того как Эмили выразила надежду, что мама здорова, и пообещала заглянуть к ней позже, он вернул телефон Кэтрин в особняк и спрятал его под раковиной, замотав звукоизолирующими тряпками на случай, если Эмили снова отправится на поиски. Он еще вернется за ним сегодня, когда будет устраивать «утопление» Кэтрин.

* * *

Конор сказал Эмили, что будет заниматься до позднего вечера. С наступлением ночи надел перчатки для мытья посуды, извлек смартфон Кэтрин из-под раковины и вновь отнес его в спальню, написав Эмили от ее имени, что горло по-прежнему немного болит, но других симптомов нет. Затем взял полотенце из ванной, летнее платье и свободные сандалии из шкафа, а также трусики из стоящей внутри корзины для белья.

Трусики были шелковыми и черными. Вполне возможно, именно это белье он не раз стягивал с ее бедер собственными руками.

Вернувшись на кухню, он открыл бутылку шардоне из холодильника, вылил вино в водосток, наполнил бокал водой из-под крана, чтобы не оставлять отпечатков пальцев и губ, и поставил его в раковину, а бутылку и пробку – на столешницу.

Одежду и полотенце Конор отнес на пирс и положил на скамейку, чтобы все выглядело так, будто Кэтрин напилась и устроила ночной заплыв – типичное хобби жителей Каттерса. Затем сходил в хижину, вернул на место перчатки и направился к Эмили.

Больше от него не требовалось никаких ухищрений. Теперь события будут развиваться своим чередом, как если бы Кэтрин действительно утонула.

– Чем хочешь заняться? – спросила Эмили.

– Мне все равно, – ответил Конор. – Можем посмотреть фильм.

– Кажется, мы давно не… ну ты понял.

Они не занимались сексом с самой смерти Кэтрин. Это было последнее, чего сейчас хотелось Конору.

– Я очень измотан. Давай в другой раз.

Кажется, отказ задел Эмили.

– Ты никогда не пренебрегал сексом. Ни разу.

Так оно и было: Конор хватался за любую возможность, всякий раз надеясь, что именно сегодня сумеет прорваться сквозь «барьер», воздвигнутый телом Эмили. Однажды полиция может спросить, не показалось ли ей странным поведение Конора незадолго до и вскоре после исчезновения ее матери. Нельзя, чтобы это отложилось у Эмили в памяти.

– Может, мне нужно второе дыхание, – пошутил он. – Ага, вот и оно!

Они улеглись в постель, но теперь барьер возник у Конора.

– Такого со мной никогда не случалось, – признался он.

– Что-то не так… со мной? – встревожилась Эмили.

– Конечно нет, – заверил Конор, опасаясь, что она почует неладное. – Попробуем еще раз.

Пока они целовались и ласкали обнаженные тела друг друга, Конор представлял свои прошлые сексуальные похождения, уносившие его далеко от Эмили и Каттерс-Нек. Элли, девчонки в Нью-Йорке, вечеринка по случаю Хеллоуина на втором курсе колледжа, когда он занялся любовью сразу с двумя старшекурсницами из женской команды… Тщетно.

И тут он неожиданно для себя вспомнил тренировку с Кэтрин, когда она впервые нагло толкнула его попой.

Это не только обеспечило ему мгновенную эрекцию; не успев даже перейти к соитию и понять, что происходит, он вдруг кончил, словно тело пыталось изгнать токсин.

– Прости, – пробормотал Конор. – Не знаю, почему так вышло.

– Сочту за комплимент, – улыбнулась она. – Сейчас принесу бумажные полотенца. Простыня совсем новая.

Конор лежал, сгорая от стыда, и тут до него дошло: такое с ним уже случалось, но лишь однажды.

Вот что он упустил. Они с Кэтрин не занимались сексом в ее спальне с июля, и к этому времени от его ДНК на постели не осталось и следа. Зато следов было полно в «мерседесе» Кэтрин.

Глава двадцать пятая

На следующее утро Конор пронес в особняк тряпки и пульверизатор с белым уксусом и водой, нашел в сумочке Кэтрин, лежавшей в спальне, ключи от машины, проник в темный гараж и осмотрел салон автомобиля, подсветив его встроенной лампочкой на потолке салона и фонариком на смартфоне.

Россыпь едва заметных белых пятнышек усеяла потолок «мерседеса» и кожаную обивку заднего сиденья. После того эпизода, когда у него случилась преждевременная эякуляция, они успели позаниматься там сексом еще раз. Конор протестировал спрей на маленьком участке заднего сиденья, но удалить пятна полностью не удалось. Можно было попробовать более мощное чистящее средство или отбеливатель, но это заметно повредило бы кожу и, как и в случае с паркетом в хижине, могло не полностью стереть ДНК. Скорее всего, со временем высохшие микроскопические фрагменты его семени отпадут сами. Но времени у него как раз и не было.

От затхлого запаха гаража у Конора защекотало в носу, и, не успев прикрыть лицо ладонью, он громко чихнул три раза подряд, забрызгав слюной салон автомобиля.

Черт. Теперь избавиться от его следов поможет только профессиональная уборка. Но об этом, само собой, не шло и речи.

Как только выяснится, что Кэтрин исчезла, особенно под предлогом несчастного случая, первым делом полиция осмотрит дом, после чего примется искать улики в машине. Делать вид, что Кэтрин утонула во время ночного заплыва, больше не имело смысла.

Остаток дня ушел на то, чтобы продумать новый план.

* * *

Когда стемнело, Конор забрал все вещи Кэтрин с пирса, сложил в рюкзак и, прежде чем пойти к Эмили, спрятал его в кустах недалеко от особняка.

В гостевом доме он первым делом проверил почту – не только из интереса, но и чтобы поменьше разговаривать с Эмили. И тут увидел слова, с которых начиналось письмо из фирмы Джона: «Уважаемый мистер О’Тул, мы рады пригласить Вас…»

Его звали на второй этап собеседования, который должен был состояться в сентябре.

Сердце Конора воспарило, но в ту же секунду рухнуло в пропасть. Это был шанс построить карьеру, о которой он мечтал всю весну и лето, все три года обучения в школе права. Но теперь предложение утратило смысл. Он не просто разрушил свою жизнь. Он разрушил потенциально успешную жизнь.

– Что с тобой? – спросила Эмили.

Конор пересказал ей содержание письма.

– Вот это да! Отчего же ты такой хмурый?

– Уверен, это всего лишь очередная уступка Джону.

– Не скромничай, – возразила Эмили. – Помни: ты всегда получаешь все, что хочешь. Ты лучший на свете продажник. Ты круче всех.

С наступлением ночи тревога только усилилась. Раньше Конор просто делал то, что должен был, причем здесь