Песнь гор - Нгуен Фан Кюэ Май

— Тебя сегодня прямо не узнать, — мама расплылась в улыбке. На ее щеках ярче проступили ямочки. — Вся сияешь… Ни о чем мне рассказать не хочешь?

— Ох, мама! — смущенно простонала я.

— Ты вовсе не обязана, — она взяла крошечные весы, взвесила кусочек коричневой коры и убрала в мешочек. — Просто ты такая счастливая. Я не смогла удержаться от вопросов.

Я кивнула.

— Да, мама, я очень счастлива. Впервые за долгое время.

— Чудесно.

— Счастлива, потому что ты дома, а дяде Дату уже лучше.

— А еще, поди, из-за какого-то мальчика? — с маминых губ не сходила улыбка.

Я легонько стукнула ее кулаком по спине, пряча лицо за ладонями.

— Неужели у меня на лице всё написано?

— Да не то слово, — мама усмехнулась. — Не забывай, я и сама когда-то была в твоем возрасте.

— Ну… это тот парень, который мне лотос подарил.

— Так это от него?

— А еще он мне велик починил.

— Надо же. Мастер на все руки, как и твой отец.

— Этим он мне и нравится, наверное. Умеет меня насмешить, как и папа.

— Расскажи мне о нем побольше.

— Ну… Мы ровесники. Ему тоже шестнадцать. Зовут его Там. — Мне понравилось, как прозвучало его имя из моих уст. — Мам, только, прошу, никому не рассказывай!

— Конечно, обещаю! — она притянула меня к себе. — Какая чудесная тайна. Я так рада, что ты меня в нее посвятила.

Придя в школу на следующий день, я надеялась поболтать с Тамом, но оказалось, что некоторые мои одноклассники видели, как он помогает мне с велосипедом, и теперь все над нами потешаются.

— Там и Хыонг — жених и невеста, Там и Хыонг — жених и невеста! — дразнили они. А еще без конца хихикали и перешептывались. От этого мне было страшно неловко. Таму, наверное, тоже. После занятий он ушел домой с мальчиками. Несколько дней, проезжая мимо него, я очень хотела остановиться и поболтать, но мне не хватало духу.

Я старалась сосредоточиться на выпускных экзаменах, но чем бы ни занималась, в памяти то и дело всплывало лицо Тама, а в ушах звучали его низкий голос и смех. Я осознала, что скучаю. Со временем я даже начала обижаться на него за то, что он так захватил мои мысли, оставив во мне такую дыру, наполненную пустотой, а я не знаю, чем ее заполнить.

Время тянулось с черепашьей скоростью. Прошла неделя, лотос завял, я собрала упавшие лепестки и выбросила их в корзину. Начала ходить домой другой дорогой, чтобы только не встречаться с Тамом и его друзьями.

В тот вечер я села за письменный стол и раскрыла тетрадку. Передо мной лежал учебник со сложной задачкой по математике, которую нужно было решить.

В дверь постучали. Вошла Нюнг.

— Хыонг, там к тебе парень пришел. Сказал, что его зовут Там.

— Ой! — я вскочила. — Попроси его подождать, тетушка!

Я прислонилась к двери. Голова шла кругом. Кинувшись к шкафу, я вытащила ворох любимых рубашек. Взяла одну, отшвырнула в сторону, выбрала следующую. Надела, но тут же передумала.

Вышла в гостиную. Тама в ней не было. Наверное, я так долго переодевалась, что он попросту ушел? Дядя Дат и Нюнг сидели в свете нашей масляной лампы и мастерили сандалии, воркуя друг с дружкой, точно голубочки.

Бабуля подошла ко мне.

— Он ждет на улице.

— Ты что, лекцию ему устроила? — я уставилась на нее.

— Нет, но прошу тебя…

Я вскинула руку и направилась к двери.

Там стоял под деревом bàng, заложив руки за спину. Он был такой высокий — даже выше, чем в прошлый раз, когда мы с ним разговаривали. Вокруг него разливался лунный свет, бросая отблески на лицо.

— Привет, Хыонг, — поздоровался он.

— Здравствуй, — я шагнула ему навстречу. Ноги и руки вдруг стали такими неуклюжими, что непонятно было, что с ними делать.

— Это твое, — он протянул мой платок, выстиранный и сложенный прямоугольником. — По-прежнему лотосом пахнет…

— Оставь себе, если хочешь, — сказала я, и сама изумившись собственному ответу.

— Это что же, подарок? — Там расплылся в улыбке. — Тогда взамен и я тебе кое-что дам, — он достал из-за спины вторую руку. А в ней был букетик цветов лотоса, прекрасных и полураскрывшихся. — Пришлось прийти к лодочнику на поклон. Купил их в обмен на его прощение.

— Какое же ты чудо! — я невольно рассмеялась. Бутоны нежно коснулись меня. Я тотчас простила Тама за то, что он не говорил со мной целую неделю.

Мы стояли молча. Я любовалась цветами.

— Ты говорила, что можешь мне книг одолжить, — с улыбкой напомнил Там.

Я кивнула, радуясь, что он это запомнил. Чем больше книг он у меня возьмет, тем больше у меня будет причин снова с ним заговорить.

— Заходи, — пригласила я. — у меня есть из чего выбрать.

— Если ты не против, я подожду снаружи… Давай ты просто принесешь мне три свои самые любимые?

— А если окажется, что ты их уже читал?

— Значит, перечитаю.

Я зашла домой и протянула бабуле цветы.

— Он подарил мне их, а взамен попросил одолжить ему книги. И пусть ты его не знаешь, зато он заядлый читатель!

Бабуля вскинула брови. А я кинулась к книжной полке.

— «Война и мир» Льва Толстого? — прочел Там, когда я протянула ему первую книгу. — Я столько слышал об этом романе!

— Когда дочитаешь, поделись впечатлением, — попросила я. — Только книжка длинная. — Я показала две другие. — Не знаю, понравятся ли тебе эти.

— О, любовная лирика Суан Кюинь и Нгуен Биня? Мои любимые поэты!

— Слушай… не пытайся мне угодить. Я знаю, что стихи нравятся не всем. Могу принести взамен прозу, если хочешь.

— Нет-нет, — во взгляде Тама читалась искренность. — Мне нравится поэзия, честное слово. И любовная лирика сейчас как раз под настроение!

— Ох… — меня обдало жаром. Пришлось отвести глаза.

— Прости, Хыонг, — шепнул Там. — Наши одноклассники… Я каждый день хотел с тобой поговорить в школе, но боялся тебя смутить.

— Напрасно, — я подняла на него изумленный взгляд. — Я рада быть тебе другом.

— А я тебе, — Там улыбнулся.

— Думаю, ты должен узнать одну вещь… — я прикусила губу. — Моя бабушка — торговка.

— Мне одноклассники рассказывали.

— И, наверное, советовали не ходить ко мне в гости? — К горлу подкатил горький ком.

— Да мне плевать, — твердо ответил Там. — Люди вправе заниматься торговлей.

Никогда и ни от кого я еще не слышала подобных речей. На уроках учителя обличали торговцев и капиталистов, называли их «cặn bã của xã hội» — отбросами общества, которые нужно